Лекарственные средства в терапии: что, кому, как, когда, с какой целью?

Содержание

Лекарственная терапия — справочник методов лечения — ЗдоровьеИнфо

Лекарственная терапия (Фармакотерапия) — лечение лекарственными средствами, или иначе, фармакологическими агентами. Химиотерапия обозначает фармакотерапию в применении к онкологии. Фармакотерапию относят к консервативным (неинвазивным) методам лечения. Фармакотерапией также называется раздел фармакологии, изучающий терапию лекарственными препаратами.

Виды фармакотерапии

Различают следующие виды фармакотерапии:

Этиотропная терапия — идеальный вид фармакотерапии. Этот вид фармакотерапии направлен на устранение причины болезни. Примерами этиотропной фармакотерапии могут быть лечение противомикробными средствами инфекционных больных (бензилпенициллин при стрептококковой пневмонии), применение антидотов при лечении больных с отравлениями токсическими веществами.

Патогенетическая терапия — направлена на устранение или подавление механизмов развития болезни. Большинство применяемых в настоящее время лекарств относится именно к группе препаратов патогенетической фармакотерапии. Антигипертензивные средства, сердечные гликозиды, антиаритмические, противовоспалительные, психотропные и многие другие лекарственные препараты оказывают терапевтическое действие путем подавления соответствующих механизмов развития заболевания.

Симптоматическая терапия — направлена на устранение или ограничение отдельных проявлений болезни. К симптоматическим лекарственным средствам можно отнести обезболивающие препараты, не влияющие на причину или механизм развития болезни. Противокашлевые средства — также хороший пример симптоматических средств. Иногда эти средства (устранение болевого синдрома при инфаркте миокарда) могут оказывать существенное влияние на течение основного патологического процесса и при этом играть роль средств патогенетической терапии.

Заместительная терапия — используется при дефиците естественных биогенных веществ. К средствам заместительной терапии относятся ферментные препараты (панкреатин, панзинорм и т. д.), гормональные лекарственные средства (инсулин при сахарном диабете, тиреоидин при микседеме), препараты витаминов (витамин D, например, при рахите). Препараты заместительной терапии, не устраняя причины заболевания, могут обеспечивать нормальное существование организма в течение многих лет. Не случайно такая тяжелая патология как сахарный диабет — считается особым стилем жизни у американцев.

Профилактическая терапия — проводится с целью предупреждения заболеваний. К профилактическим относятся некоторые противовирусные средства (например, при эпидемии гриппа — ремантадин), дезинфицирующие препараты и ряд других. Применение противотуберкулезных препаратов типа изониазида также можно считать профилактической фармакотерапии. Хорошим примером проведения профилактической терапии является использование вакцин.

 

От фармакотерапии следует отличать химиотерапию. Если фармакотерапия имеет дело с двумя участниками патологического процесса, а именно — лекарством и макроорганизмом, то при химиотерапии имеется уже 3 участника: лекарство, макроорганизм (больной) и возбудитель болезни. Лекарственное средство воздействует на причину заболевания (лечение инфекционных заболеваний антибиотиками; отравлений — специфическими антидотами и т. д.).

Один из видов этиотропной терапии — заместительная фармакотерапия, при которой лекарства замещают недостающие физиологически активные вещества (применение витаминов, гормональных препаратов при недостаточности функции желёз внутренней секреции и др.)

Три поколения лекарств

Этой статьей мы открываем спецпроект, который расскажет о состоянии сегодняшней фармацевтической индустрии, о том, как она складывалась исторически и о наиболее замечательных лекарствах прошлого, настоящего и будущего. Прогресс в естественных науках увлек за собой и фармацевтику, создав базу для рационального «конструирования» лекарств, в том числе на основе биологических молекул. Многие знают про случайное открытие и последующее выделение из плесневого гриба пеницилла первого антибиотика, революционизировавшего лечение инфекционных болезней и способствовавшего спасению миллионов человеческих жизней во всем мире.

Однако далеко не всем известно о достижениях, позволивших синтезировать малые лекарственные молекулы, в промышленных масштабах получать продуцируемые живыми клетками биопрепараты, а также создавать лекарства самой прогрессивной на сегодняшний день передовой (advanced) терапии. Обо всем этом, а также об истории развития фарминдустрии, ее современном состоянии и будущих перспективах, и расскажет наша статья.

Спецпроект о современных лекарствах, истории их создания, методах разработки и тенденциях развития.

Партнер спецпроекта — компания GE Healthcare Life Sciences — производит высокотехнологичное оборудование и обладает всеми биотехнологическими, инженерными и производственными возможностями. Компания воплощает опыт, инновационные решения и широкий спектр услуг для создания крупносерийного биофармацевтического производства, разработки новых лекарств и вакцин, исследования клеток и белков. Это позволяет заказчикам GE по всему миру занимать лидирующие позиции, быть более эффективными и прогрессивными. Компания поддерживает исследователей, фармацевтические компании и врачей в разработке, производстве и использовании новых препаратов и методов лечения.

Введение

Народ жаждет лекарств.
Клавдий Гален

О лечении болезней и сохранении жизни задумывались еще врачеватели древнего мира, создававшие различные снадобья на основе природных экстрактов. В наше же время, когда полноценная жизнь и успех неразрывно ассоциируются со здоровьем, его поддержание, в том числе с помощью лекарств, становится особенно важным. Широкое внедрение современных медикаментов уже позволило значительно увеличить среднюю продолжительность жизни во всем мире, и прогнозируется, что в дальнейшем продолжительность жизни людей будет только расти. Такие достижения были бы невозможны без развития современной фармацевтической индустрии и постоянного совершенствования методов лекарственной терапии. При этом в истории открытия лекарств было несколько этапов, когда внедрение новых технологий создавало предпосылки для появления принципиально новых классов лекарственных средств. В частности, развитие методов органического синтеза запустило эру лекарств — малых молекул; появление биотехнологических методов привело к широкому внедрению биологических препаратов; а исследования в области клеточных и генных технологий на наших глазах создают наиболее продвинутый на сегодняшний день класс лекарств — передовую терапию (advanced therapy).

Малые молекулы, биопрепараты и передовая терапия это три группы препаратов, отличающиеся по химической структуре, свойствам и терапевтическим возможностям, которые условно можно назвать поколениями, поскольку исторически они появлялись последовательно и открывали новые горизонты в лечении самых разных заболеваний.

Мы проследим за развитием фармацевтической отрасли от первых аптек до современных высокотехнологичных производств и расскажем о создании каждого из трех поколений лекарств, их преимуществах и недостатках, а также рассмотрим самые последние тренды современной лекарственной индустрии.

Status quo современной фармацевтики

История открытия лекарств начинается с древних времен, но формирование современной лекарственной индустрии не состоялось бы без научных прорывов, произошедших уже в новом времени.

Предпосылки появления лекарственной индустрии: от аптек до первых фармпроизводств

Использование натуральных экстрактов в медицинских целях насчитывает тысячи лет: известно, что еще Гиппократ и Гален упоминали об аптеках как о местах хранения и приготовления лечебных снадобий. Более поздние упоминания относятся к VIII–IX векам — периоду, когда аптеки появились на территории арабского Халифата, где лекари Востока активно изучали возможности использования лекарственных растений. Впоследствии появление аптек при монастырях, а затем и в городах средневековой Европы было связано с алхимией и поиском спасительного «средства от всех болезней». Хранимые в средневековых аптеках снадобья могли иметь странный состав — включать более сотни разных компонентов, и помимо экстрактов растений содержать, например, мясо гадюки, жир комаров или пепел волчьей шерсти. При создании таких «лекарств» аптекари средневековья опирались в большей степени на магию и суеверия, чем на научное знание [1], [2] и потому подобные препараты часто были бесполезны или даже вредны.

Однако примерно в конце XVII века опора на эмпирический опыт и наблюдение стала постепенно заменять теоретические изыскания в медицине, что привело к пониманию необходимости более рационального и научно обоснованного использования лекарств. В новое время такие возможности появились благодаря развитию химических методов, когда мощности аптечных лабораторий позволили выделять активные лекарственные вещества из растений, снижая связанные с примесями токсические эффекты, и открывая возможности более точного назначения и дозирования лекарств. Неудивительно, что некоторые аптечные лаборатории перерождались в фармацевтические производства, впервые появившиеся в Европе XIX века (рис. 1).

Рисунок 1. Штаб-квартира старейшей фармацевтической компании Merck KGaA в Дармштадте, Германия. Компания Merck зародилась в 1668 году как семейная аптека, а уже в XIX веке перешла к промышленному производству лекарств. Стоит отметить, что помимо германской Merck KGaA, сегодня существует еще и американская Merck & Co, изначально бывшая лишь филиалом компании в США. После вступления Соединенных Штатов в Первую мировую войну руководитель американского филиала Джордж Мерк вынужден был разорвать официальные отношения с материнской компанией в Германии, а также передать контрольный пакет акций Конторе по управлению иностранной собственностью (Alien Property Custodian, APC), надеясь вернуть их после окончания войны. Тем не менее в 1919 году акции американского представительства были выставлены на аукцион и ушли «с молотка», однако выкупил их сам Джордж, причем за внушительные $3,75 млн. Таким путем американский филиал обособился, превратившись в отдельную компанию Merck & Co, ставшую сегодня одним из ключевых игроков фарминдустрии с отделениями в 70 странах мира.

Рисунок 2. Реклама аспирина начала 20 века. Целебные свойства салициловой кислоты, получаемой из коры ивы, были известны еще со времен шумеров, а в XIX веке химик немецкой фармацевтической компании Bayer Феликс Хоффман синтезировал из нее одно из самых используемых ныне лекарств во всем мире — знаменитый аспирин.

Мощным стимулом для развития фармацевтической индустрии также послужила промышленная революция XVIII–XIX веков. В частности, бурное развитие текстильной промышленности привело к совершенствованию методов очистки органических соединений из минеральных источников и методов органического синтеза, позволивших модифицировать структуру существующих соединений для придания им новых свойств и получения совершенно новых веществ. В то время ниша лекарственной индустрии фактически пустовала, и некоторые предприимчивые промышленники переходили с производства красителей на выпуск медикаментов. Известнейшим примером является немецкая компания Bayer, начинавшаяся как завод по производству красителей фуксина и анилина, а позже выпустившая на рынок, наверное, самое известное ныне лекарство — аспирин (рис. 2 и 3).

Рисунок 3. Синтез ацетилсалициловой кислоты (аспирина) из салициловой методом ацетилирования в присутствии фосфорной (или серной) кислоты в качестве катализатора (на рисунке не показана).

Современное состояние

Со времени зарождения фарминдустрия преобразилась в огромную высокотехнологичную отрасль, которая оценивается в $1,1 трлн и при этом не прекращает расти. По прогнозам экспертов, при среднегодовом росте в 3–6% к 2024 году размер лекарственной индустрии на рынке может достигнуть $1,5 трлн. Стоит отметить, что львиная доля этого объема приходится на крупные фармкомпании, проводящие массированные исследования и разработки (research and development, R&D), неотъемлемо сопровождающие создание новых лекарственных препаратов (рис. 4).

Рисунок 4. Топ-10 крупнейших фармацевтических компаний мира. Цифры в кружочках показывают годовой доход компаний в млрд долл. (на 2018 год), цифры со стрелочками под ними — годовой прирост.

Затраты фармкомпаний на R&D сегодня оцениваются в $150 млрд в год, а их среднегодовой рост составляет около 3%. Такие неслыханные темпы разработок объясняются борьбой за первенство в излечении заболеваний, составляющих основное бремя системы здравоохранения. И если в начале XX века к таким болезням можно было отнести различные инфекции (они тогда были основными причинами смертности), то после открытия в 1928 г. Флемингом пенициллина [3] и последовавшего массового внедрения в широкую медицинскую практику антибиотиков инфекционные болезни отступили на второй план, уступив место инфаркту и инсульту, а также онкологическим заболеваниям. В печальной статистике причин смертности последних лет конкуренцию сердечно-сосудистым заболеваниям и раку составляют также респираторные и нейродегенеративные заболевания.

И хотя прогноз в лечении этих болезней долгие годы был неутешительным, в последнее время появляется надежда, во многом связанная с разработкой биопрепаратов и передовой терапии. На рынке растет доля биофармацевтических компаний, и инвестиции в разработки инновационных препаратов последнего поколения постоянно увеличиваются. По оценкам экспертов, объем рынка только передовой терапии уже к 2024 году может составить $10 млрд.

Первое поколение: малые молекулы

Малые молекулы — это лекарства небольшой молекулярной массы (<900 атомных единиц массы — а.е.м), с массового производства которых фактически началась современная фармацевтика. И хотя разработка первых таких препаратов относится еще к XIX веку, малые молекулы до сих пор преобладают, составляя около 90% наименований современных лекарств.

В первой половине XX века произошло несколько знаковых открытий, повлиявших на развитие лекарственной индустрии. В первую очередь — химический синтез антибактериальных препаратов сальварсана и сульфаниламидов и, конечно, открытие всем известного антибиотика пенициллина . Дальнейший прогресс привел к выпуску множества новых классов лекарств уже во второй половине XX века. Рассмотрим наиболее значимые лекарства первого поколения, появившиеся в тот период.

Противовирусные средства

Создание эффективных противовирусных лекарств — дело весьма непростое, и исторически их разработка была медленной и полной препятствий. И если антибактериальные препараты всего за тридцать с лишним лет прошли путь от впервые синтезированного сальварсана до выделения целого ряда используемых по сей день антибиотиков, то противовирусным средствам понадобилось почти 60 лет для достижения современного уровня эффективности [5]. Хорошим примером того, насколько сложной может быть разработка противовирусных средств, является эволюция в лечении гепатита С, и потому стоит рассмотреть ее поподробнее .

Анти-HCV терапия: проблемы и решения

Вирус гепатита С (hepatitis C virus, HCV) — серьезная проблема мирового здравоохранения: он является основной причиной цирроза печени, и, по оценкам, им заражены более 170 миллионов человек во всем мире (около 3% населения Земли) [5], [8]. Изучение этого вируса началось с секвенирования генома одного из его штаммов в 1989 году, однако до разработки эффективной анти-HCV терапии было еще далеко.

До эры драг-дизайна большинство лекарств было открыто, по сути, случайно, а точнее — благодаря эмпирическому опыту и наблюдению. Биологический механизм действия лекарства при этом зачастую оставался неясным. За подробностями приглашаем обратиться к статье «Драг-дизайн: как в современном мире создаются новые лекарства» [12].

Поначалу создание противовирусных лекарств было затруднено отсутствием адекватных моделей для изучения вируса in vitro: нужны были клеточные культуры, имитирующие взаимодействие вирус—хозяин, ведь только так можно проверить действенность потенциального лекарства. Первые подобные клеточные системы появились в 1950-х годах, однако пригодная для вируса гепатита С линия клеток гепатоцеллюлярной карциномы человека Huh-7 появилась лишь в 2001 году.

Однако одними клетками не обойтись: для эффективного изучения HCV и разработки противовирусной терапии необходимы и исследования на животных. Так вышло, что долгое время единственными доступными животными для изучения вируса были шимпанзе, однако они не очень подходят по финансовым и этическим соображениям. Первыми небольшими животными, на которых стало возможно изучение HCV in vivo, стали мыши с трансплантированными гепатоцитами человека (они также появились в 2001 году).

Последующее развитие генетических технологий позволило получить трансгенных мышей, подверженных заражению HCV, что позволило гораздо лучше изучить иммунные ответы и патологию заболевания. В настоящее время доклинические испытания противовирусной терапии включают тестирование на клетках и фармакокинетическое профилирование на животных [5].

Совокупность достижений

Разработка эффективных противовирусных препаратов стала плодом внедрения научных достижений в фарминдустрию, что придало новый импульс и шарм высоких технологий немного хаотичному до того процессу создания лекарств. В анти-HCV терапии это привело к смене парадигмы: стандарт медицинской помощи образца 2001–2011 годов (интерферон + рибавирин с невысокой эффективностью, зато массой побочных эффектов) сменился лечением препаратами, действующими непосредственно на вирус. Это стало возможным, в том числе, благодаря изучению цикла репликации НСV и роли в этом процессе вирусных ферментов. Ингибирование фермента NS5B одобренным в 2013 году софосбувиром позволило успешно лечить НСV практически в 100% случаев всего за 12 недель при незначительных побочных эффектах [14]. Это стало настоящей революцией, поскольку успешное лечение стало возможным практически для всех пациентов.

Малые молекулы против ВИЧ

Разумеется, мы не можем обойти вниманием вирус иммунодефицита человека (ВИЧ), открытие которого в 1980-х годах стало серьезным общественным вызовом, а угрожающее шествие вызываемого этим вирусом СПИДа привело к шквалу работ по созданию противовирусных препаратов, способных остановить эту смертельную болезнь. И именно здесь медицина столкнулась с принципиально новыми препятствиями.

В микробиологии давно известно явление лекарственной резистентности, однако для молодой противовирусной науки потеря эффективности первого препарата антиретровирусной терапии (АРВТ) зидовудина оказалось настоящим сюрпризом: ведь при скрининге он показал полное подавление цикла репродукции вируса.

Выявление случаев лекарственной устойчивости стимулировало дальнейшие исследования в области АРВТ, что в конечном итоге помогло выработать стратегии для создания и других противовирусных лекарств. Сегодня хорошо известно, что ввиду частых мутаций вирусов длительная терапия приводит к отбору наиболее устойчивых мутантов, становящихся доминирующими, что и приводит к лекарственной устойчивости. Как выяснилось, такая устойчивость при вирусных инфекциях появляется даже чаще, чем при бактериальных, что особенно важно при лечении таких хронических вирусных инфекций, как ВИЧ и HCV [5].

Препараты для лечения сердечно-сосудистых заболеваний

Несмотря на то, что сердечно-сосудистые заболевания до сих пор остаются в топе основных причин смертности, с 1950-х годов в их лечении удалось добиться значительного прогресса благодаря появлению новых классов лекарств. Мы рассмотрим историю нескольких классов кардиопротекторов, появившихся в то время.

Ингибиторы карбоангидразы

Рисунок 5. Роль карбоангидразы в поддержании кислотно-щелочного равновесия. В результате расщепления карбоангидразой угольной кислоты образуются протон (H+) и гидрокарбонат-анион (HCO3), при этом в норме первый обменивается на реабсорбирующийся в кровь ион натрия, который вместе с гидрокарбонат-анионом поддерживает буферную емкость крови, не давая ей закисляться. При нарушении этого процесса происходит повышенный выход ионов натрия вместе с мочой, вследствие чего буферная емкость крови нарушается и возникает ацидоз.

Как только сульфаниламиды стали использовать в качестве антибактериальных препаратов, выяснилось, что они могут вызывать ацидоз — закисление крови и других тканей организма, вызванное повышенным содержанием ионов водорода. Оказалось, что этот побочный эффект связан с ингибированием фермента карбоангидразы (рис. 5).

Позже обнаружилось, что при нарушении работы карбоангидразы, помимо ацидоза, происходит повышенный диурез (образование мочи), сопровождающий выведение ионов натрия из организма. Обнаружение диуретических свойств ингибиторов карбоангидразы привело к идее их использования в качестве мочегонных препаратов, первым из которых стал ацетозаламид (утвержден в 1952 году). Также оказалось, что диуретики можно использовать и для снижения артериального давления, поскольку повышенный диурез, выводя жидкость из организма, уменьшает и объем циркулирующей крови, снижая тем самым кровяное давление и нагрузку на сердце. Кроме того, снижение содержания ионов натрия способствует уменьшению сопротивления стенок сосудов, что также понижает артериальное давление. В 1957 году вышел первый антигипертензивный препарат, действие которого было основано на этих эффектах — диурил (хлортиазид), — а в последующие годы было синтезировано и много других классов малых молекул, используемых для понижения давления [16].

Бета-блокаторы, антагонисты кальция и статины

В 1960–1970-х годах разработали так называемые бета-блокаторы — вещества, способные связываться с β-адренорецепторами [17], [18] в клетках сердца и препятствовать связыванию с этими рецепторами нейромедиаторов адреналина и норадреналина, снижая частоту сокращений сердца и уменьшая тем самым нагрузку на него (видео 1) [19].

Видео 1. Бета-блокатор пропранолол, попадая сначала в кишечник в виде таблетки, растворяется и проникает в кровь, доходя до сердца. Пропранолол занимает активные сайты адренорецепторов в кардиомиоцитах, не давая связаться с ними нейромедиаторам норадреналину (норэпинефрину) и адреналину и снижая кардиостимуляцию.

Рисунок 6. Блокаторы кальциевых каналов блокируют прохождение кальция в клетку. (Сокращение: CCBcalcium channel blockers.) Ионы кальция стимулируют многие клеточные процессы. При некоторых кардиозаболеваниях количество кальция (в клетках сердечной мышцы и гладкомышечных клетках кровеносных сосудов) чрезмерно повышается, приводя к излишней стимуляции и патологическим изменениям. CCB блокируют трансмембранные кальциевые каналы, ограничивая количество переносимых в клетки ионов. Это, с одной стороны, снижает частоту сердечных сокращений, снимая нагрузку на сердце, а с другой — заставляет кровеносные сосуды расслабляться и расширяться, улучшая кровоснабжение сердечной мышцы и снижая кровяное давление.

Другой класс созданных в 1960-х кардиопротекторов — блокаторы кальциевых каналов (или антагонисты кальция) — блокируют прохождение ионов кальция в клетку, предотвращая излишнюю стимуляцию сердечной мышцы (рис. 6).

В 1970–1980-х годах были разработаны статины — препараты, ингибирующие HMG-CoA редуктазу — фермент, участвующий в процессе биосинтеза холестерина в печени. Ранее считалось, что избыток холестерина в организме безусловно вреден с точки зрения сердечно-сосудистых заболеваний , а потому разработка ингибиторов этого фермента надолго захватила умы исследователей.

Эти открытия обратили на себя внимание научного сообщества и вызвали интерес к поиску лекарств, способных снижать уровень холестерина. Более поздние исследования установили, что риск смертности связан главным образом с уровнем так называемого «плохого» холестерина — липопротеинов низкой плотности (ЛПНП), разносящих холестерин по сосудистой системе вместе с плазмой крови [20], [21]. Как было показано, холестерин ЛПНП составляет около 70% общего холестерина, и интересно, что менее распространенный холестерин липопротеинов высокой плотности (ЛПВП), напротив, обратно коррелирует со смертностью от ССЗ [22].

Началось всё с обнаружения японским микробиологом Акирой Эндо компактина — вещества плесневых грибов, способного к мощному ингибированию HMG-CoA редуктазы. Поиск эффективных и безопасных для человека ингибиторов этого фермента привел к выпуску первого статина — ловастатина — в 1987 году. Этот препарат получали путем ферментативного брожения плесневых грибов; впоследствии было выпущено множество полу- или полностью синтетических статинов [22].

Статины эффективны в снижении холестерина ЛПНП, и потому широко используются для профилактики сердечно-сосудистых заболеваний у людей, входящих в группу риска.

Ингибиторы ангиотензинпревращающего фермента (АПФ)

Ингибиторы АПФ снижают кровяное давление путем инактивации АПФ — одного из ключевых звеньев ренин-ангиотензиновой системы, регулирующей кровяное давление (рис. 7). История открытия этих веществ весьма примечательна. В середине 1960-х бразильский фармаколог Серхио Феррейра прибыл в Лондон для работы в лаборатории сэра Джона Вейна в Королевском хирургическом колледже Лондонского университета, позже прославившегося исследованиями механизма действия аспирина (рис. 8).

Рисунок 7. Ренин-ангиотензиновая система участвует в регуляции кровяного давления. Активная форма гормона ангиотензина — ангиотензин-II, повышающий кровяное давление за счет сужения кровеносных сосудов и повышения объема циркулирующей крови, — получается из гормона-предшественника под влиянием ангиотензинпревращающего фермента (АПФ, ACE). Именно на ингибирование АПФ направлено действие множества лекарств, снижающих кровяное давление. Помимо синтеза ангиотензина-II, гипертензивное действие АПФ вызвано разрушением брадикинина — пептида, расширяющего сосуды и снижающего кровяное давление.

Рисунок 8. Британский фармаколог Джон Вейн, получивший в 1982 году Нобелевскую премию за изучение механизма действия аспирина. Эти исследования помогли причислить аспирин к нестероидным противовоспалительным препаратам, о которых мы расскажем ниже.

В то время Вейн был глубоко погружен в исследования ключевых звеньев ренин-ангиотензиновой системы, и, как ему удалось выяснить, ключевой фермент этой системы — АПФ — находится в основном в тканях легких, а ангиотензин I (АТ-I) конвертируется в ангиотензин II (АТ-II) главным образом при прохождении крови через легочные артерии.

Бразилец Феррейра на тот момент исследовал возможность снижать кровяное давление с помощью компонентов змеиного яда. Он привез с собой в Лондон очищенный экстракт яда бразильской гадюки жарарака, который, как он выяснил, содержал стабилизатор брадикинина (пептида, расширяющего сосуды). Этому загадочному и потенциально перспективному веществу исследователь дал название брадикинин-потенциирующего фактора (bradykinin potentiating factor, BPF).

Работа Ферейры весьма заинтересовала фармаколога Вейна, и ядовитый экстракт был проверен на ингибирование АПФ — оказалось, что он снижает конверсию АТ-I в АТ-II в легких собак. Необходимо было выделить молекулу-ингибитор, и Джон Вейн, в то время научный консультант фармацевтической компании ER Squibb and Sons (ныне часть Bristol-Myers Squibb), убедил исследователей компании заняться этим вопросом. Оказалось, что самым мощным и стабильным соединением яда с антигипертензивным эффектом оказался пептид тепротид, обладавший свойствами ингибитора АПФ. Однако тепротид оказался токсичным, слишком кратко действовал, а вводить его можно было только путем инъекций. В 1970-х руководство компании свернуло проект, однако исследователи Дэвид Кушман и Мигель Ондетти продолжили заниматься этой темой в свободное от основной работы время.

13 марта 1974 года они обсуждали статью, описывающую свойства ингибиторов пищеварительного фермента карбоксипептидазы А (Carboxypeptidase A, CPB A). Этот фермент был изучен гораздо лучше, чем АПФ, но очень похож на него по структуре. Исследователи предположили, что главное отличие между ними в том, что у АПФ в активном сайте «больше места», предназначенного для размещения двух (а не одного, как у CPB A) отщепляемых аминокислотных остатков. Исходя из этой гипотезы, Кушман и Ондетти приступили к синтетической модификации ингибитора CPB A, чтобы адаптировать его под сайт АПФ. И вот, через полтора года, синтезировав и протестировав 60 различных веществ, они, наконец, получили первый препарат класса ингибиторов АПФ — каптоприл. Примечательно, что до начала такого рационального поиска они успели протестировать более 2000 веществ из коллекции Squib на возможность ингибирования АПФ, и не одно из этих соединений не показало удовлетворительной активности [23], [24].

По сути дела, это был один из первых успешных примеров рационального драг-дизайна, приведшего к рождению нового класса антигипертензивных лекарств, появление которых стало одним из крупных прорывов в профилактике сердечно-сосудистых заболеваний. Каптоприл запатентовали в 1976 году, а одобрили для медицинского использования в 1980-м. В течение нескольких лет после этого были разработаны и выпущены ингибиторы АПФ второго поколения: эналаприл и лизиноприл, обеспечивающие более длительное действие.

Противовоспалительные препараты

Многие заболевания сопровождаются воспалением, являющимся в здоровом организме нормальной ответной реакцией на повреждение тканей или попадание в организм чужеродных агентов. Тем не менее часто воспаление бывает весьма болезненным, и создание противовоспалительных препаратов, снимающих такие симптомы и облегчающих течение заболеваний, помогло улучшить самочувствие огромного количества людей. Рассмотрим создание двух альтернативных групп противовоспалительных средств: кортикостероидов и нестероидных противовоспалительных препаратов.

Аналоги стероидных гормонов — кортикостероиды

В 1930-х годах Эдвард Кендалл и Тадеуш Рейхштейн выделили гормоны коры надпочечников и описали их структуру, а в 1948–1949 годах при содействии заведующего ревматологическим отделением знаменитой клиники Мэйо доктора Филипа Хенча выделенное из коры надпочечников «вещество E» (впоследствии названное кортизоном) успешно протестировали на пациентах с ревматоидным артритом [25]. Выяснилось, что этот гормон обладает противовоспалительным действием, что позволило в 1950 году зарегистрировать его синтетический аналог как лекарство. Впоследствии синтезировали и внедрили множество синтетических аналогов природных гормонов — кортикостероидов, — и ныне они используются практически повсеместно, причем не только в виде отдельных лекарств, но и в составе различных комбинированных препаратов. «За открытия гормонов коры надпочечников, их структуры и биологических эффектов» Эдвард Кендалл, Тадеуш Рейхштейн и Филип Хенч в 1950 году получили Нобелевскую премию (рис. 9).

Нестероидные противовоспалительные препараты

Альтернативой кортикостероидам является другой обширный класс органических соединений — нестероидные противовоспалительные препараты (НПВП). Своего рода пробным камнем для этих лекарств стал аспирин — препарат, ингибирующий циклооксигеназу с последующим снижением образования медиаторов воспаления — простагландинов. Аналогичным образом действуют и другие НПВП (рис. 10).

Рисунок 10. Механизм действия НПВП — ингибирование циклооксигеназы (ЦОГ). Такое ингибирование снижает образование простагландинов из арахидоновой кислоты под действием ЦОГ1 и ЦОГ2. Простагландины — медиаторы боли и воспаления; также играют роль в защите слизистой желудочно-кишечного тракта, работе почек и системы свертывания крови. Именно поэтому блокирование их синтеза может приводить к побочным эффектам (особенно со стороны ЖКТ). При этом считается, что ЦОГ1 и ЦОГ2 опосредуют образование разных типов простагландинов, имеющих разные эффекты, причем за боль и воспаление отвечает в большей степени ЦОГ2. Это легло в основу так называемой «ЦОГ2-гипотезы», позволившей создать коксибы — строго селективные НПВП, ингибирующие только ЦОГ2 (на рисунке справа). Согласно этой гипотезе препараты, ингибирующие только этот фермент, не будут иметь побочных эффектов со стороны ЖКТ. «ЦОГ2-гипотеза» позже подтвердилась, однако оказалось, что коксибы имеют опасные побочные явления со стороны сердечно-сосудистой системы [26], что даже привело к отзыву с рынка двух таких лекарств: рофекоксиба в 2004 г. и вальдекоксиба в 2005 г.

Первыми неаспириновыми НПВП стали индометацин (1964 г.) и ибупрофен (1969), а затем появилось множество препаратов этого класса, и сегодня это одни из наиболее часто используемых во всем мире лекарств.

Малые молекулы против рака

Первые успехи в создании малых молекул, способных подавлять рост опухолей, можно отнести к 1940-м годам, когда американские фармакологи Луис С. Гудман и Альфред Гилман в ходе химиотерапии опухолей впервые испытали алкилирующие агенты: аналоги токсичного иприта, применявшегося в ходе Первой мировой войны в качестве отравляющего газа. Эти испытания оказались небезуспешными, и в последующие годы был разработан целый ряд химиотерапевтических препаратов, способных уничтожать опухолевые клетки и тем самым останавливать или замедлять течение онкологических болезней. Механизм действия химиотерапевтических препаратов в большинстве случаев связан с определенным воздействием на клеточный цикл, в результате которого деление опухолевых клеток оказывается нарушенным, а сами клетки погибают (рис. 11).

Рисунок 11. Воздействие различных химиотерапевтических препаратов на разные стадии клеточного цикла

К сожалению, химиотерапевтические агенты уничтожают как раковые, так и нормальные клетки — особенно быстро делящиеся. Этим вызвано множество тяжелых побочных эффектов. Понимание ограниченности химиотерапевтических препаратов заставляло врачей и исследователей искать вещества, способные избирательно воздействовать на опухолевые клетки, не затрагивая нормальные. В 1990-х годах такие возможности появились благодаря развитию фундаментальной науки: методы молекулярной биологии помогли находить гены и белки, ответственные за образование отдельных видов опухолей, а развитие диагностики позволило выявлять такие случаи клинически.

В свою очередь, прогресс в химии позволил создавать обширные библиотеки синтетических веществ, а развитие структурной биологии дало возможность изучения онкологических мишеней и подбора молекул, бьющих точно в цель. Технический прогресс позволил проводить роботизированное тестирование до нескольких миллионов синтетических молекул за раз и отбирать наилучшим образом связывающиеся с мишенями и оказывающие наиболее интенсивный эффект молекулы-кандидаты [12]. Все это подготовило почву для таргетной терапии [27] и появления лекарств, прицельно бьющих по молекулярным онкологическим мишеням.

Первой таргетной малой молекулой стал ингибитор тирозинкиназ иматиниб («Гливек») — препарат, совершивший настоящую революцию в онкологии, позволив успешно лечить больных с хроническим миелолейкозом — диагнозом, бывшим до этого фактически смертельным приговором. При этой болезни мутантные тирозинкиназы BCR-ABL перманентно активируют молекулярные сигнальные пути, запускающие деление клеток, в результате выходящее из-под контроля и ведущее к злокачественному перерождению. Ингибирование «Гливеком» BCR-ABL помогает блокировать аномально активированные сигнальные каскады и притормозить патологическое деление, останавливая тем самым и развитие заболевания. «Гливек» был первым протеинкиназным ингибитором, специфически воздействующим на сигнальный путь, запускающий деление клеток, однако впоследствии было выпущено множество других препаратов этого класса.

Преимущества и недостатки малых молекул

К преимуществам малых молекул можно отнести их способность проникать в клетку, обусловливающую возможность воздействия не только на мишени, находящиеся на поверхности или вне клетки, но и на молекулы, задействованные в каскадах внутриклеточных биохимических реакций. Как показала практика, ингибирование передачи сигнала внутри клетки может быть крайне эффективным, а учитывая растущее понимание природы различных патологий и роли в их развитии внутриклеточных сигнальных путей, в ближайшем будущем можно ожидать появления новых малых молекул, нацеленных на молекулярных виновников таких болезней.

К другим плюсам можно отнести лекарственную форму, которая у большинства малых молекул предназначается для перорального приема. Считается, что при сходной эффективности пероральная терапия предпочтительней инъекционной, поскольку более комфортна и менее обременительна для пациентов, а значит, повышает приверженность лечению. Всемирная организация здравоохранения признала отсутствие приверженности одной из основных проблем при лечении хронических заболеваний и пришла к выводу, что ее улучшение может иметь иногда даже более благоприятное влияние на здоровье пациентов, чем повышение эффективности отдельных методов лечения.

Безусловно, малые молекулы имеют и некоторые недостатки, иногда приводящие к снижению эффективности и ограничению возможности их применения. Одним из таких недостатков может быть их фармакокинетика, ведь малые молекулы метаболизируются ферментами печени и затем выводятся через почки. Это нагружает выделительную систему и может ограничивать применение малых молекул у пациентов с серьезными нарушениями функции этих органов [28]. Некоторые другие ограничения малых молекул обобщены на рисунке 12.

Рисунок 12. Ограничения малых молекул в качестве лекарств. 1. Мишени малых молекул — в основном ферменты и рецепторы, имеющие активные центры для связывания лекарств. При этом приблизительно у 75% белков человеческого протеома такие сайты вообще отсутствуют (например, у факторов транскрипции, скаффолд-белков и неферментативных белков), и потому они не могут «попасть под прицел» малых молекул. 2. Терапевтическая эффективность требует довольно высоких концентраций лекарств, что может вызывать побочные (off-target) эффекты из-за конкурентного связывания малых молекул с нецелевыми мишенями, имеющими сходные сайты связывания. 3. Малые молекулы обычно специфически связываются только с одним доменом мишени, в то время как у некоторых белков их несколько, и их «добавочная» активность может снижать эффективность действия лекарств. 4. Ингибирование малыми молекулами может вызывать компенсаторную избыточную экспрессию белков-мишеней и их накопление, что опять же приводит к снижению эффективности действия лекарств. 5. Мутации генов, кодирующих белки-мишени, могут вызывать конформационные изменения в сайтах связывания, и нарушение связывания лекарств (а это уже лекарственная устойчивость).

Второе поколение: биопрепараты

Биопрепараты — это лекарства, активная субстанция которых продуцируется живыми системами и затем выделяется из них, для чего используют различные биотехнологические методы. При этом биопрепараты гораздо сложнее малых молекул — не только по молекулярному строению, но и для характеристики. Поэтому их аналитический контроль требует привлечения различных физико-химических и биологических методов на всех стадиях производства. В целом это достаточно разнообразная группа лекарств — как правило, крупных молекул со сложной структурой (рис. 13).

Рисунок 13. Сравнение размера и молекулярных масс различных лекарств: аспирина, гормонов инсулина и эритропоэтина и моноклонального антитела

Среди них можно выделить пептидные гормоны, моноклональные антитела, факторы свертывания крови и ферменты. Эти препараты не могли бы появиться без многочисленных достижений молекулярной биологии XX века, таких как расшифровка генома человека и других видов [10], появление генной инженерии [29], развитие структурной биологии [30], открывшей возможность визуализации взаимодействий биомолекул и изучения механизмов действия различных лекарств. Все эти технологические прорывы революционизировали лекарственную индустрию в XX веке и способствовали увеличению доли биопрепаратов на рынке до сегодняшних 25%.

Гормоны

В 1970-х годах была разработана технология генной инженерии [31], позволившая помещать нужные генетические последовательности в клетки-продуценты, а затем культивировать последние с получением целевых белков — продуктов внедренных генов. Это дало возможность создавать генно-инженерные лекарства, и первой компанией, выпустившей на рынок подобный продукт, была Eli Lilly, в 1982 году запустившая продажи хумулина — человеческого инсулина, синтезированного в клетках E. сoli (рис. 14).

Рисунок 14. Хумулин — человеческий инсулин производства Eli Lilly. Слева вверху — полковник Элай Лилли, основавший Eli Lilly — одну из крупнейших фармацевтических фирм, названную в честь ее основателя. Eli Lilly первой наладила производство и выпуск инсулина животного происхождения (1923 г.), а затем в 1982 году — и первого человеческого (генно-инженерного инсулина).

Рисунок 15. Человеческий рекомбинантный эритропоэтин производства Amgen. Создание этого препарата стало настоящим прорывом в лечении анемии, связанной с хронической почечной недостаточностью, позволив облегчить ее симптомы, снизив потребность пациентов в переливании крови и улучшив качество их жизни.

Три года спустя две группы исследователей, возглавляемых Фу-Куен Линем в Чикаго и Кеннетом Джейкобсом в Бостоне, независимо друг от друга смогли внедрить ген человеческого эритропоэтина в клетки яичника китайского хомячка (chinese hamster ovary, CHO) и синтезировать в них белок [32]. Это послужило основой для производства препарата человеческого эритропоэтина (утвержден FDA в 1989 году), ставшего одним из первых рекомбинантных препаратов, продуцируемых линиями клеток млекопитающих (рис. 15). Использование таких клеток в качестве систем экспрессии открыло возможности биотехнологического производства сложных белков, требующих неосуществимых в бактериальных клетках посттрансляционных модификаций.

Ферменты

Ферменты участвуют во множестве биохимических процессов в организме человека, и потому идея вводить их как лекарства для нормализации тех или иных патологических состояний более чем оправданна. Яркий пример реализации такой идеи — алтеплаза: лекарство, используемое в лечении сердечно-сосудистых заболеваний и представляющее собой фермент, участвующий в расщеплении тромбов (рис. 16). Этот препарат стал первым одобренным к использованию лекарством, полученным путем производства в клетках млекопитающих (FDA — в 1987 г.) [33], [34].

Рисунок 16. Алтеплаза. Препарат, разработанный первой биотехнологической фармкомпанией Genentech и представляющий собой фермент tPA (tissue plasminogen activator — тканевый активатор плазминогена), участвующий в лизисе тромбов.

Однако наиболее выдающихся успехов в лечении рекомбинантными ферментами удалось добиться при коррекции так называемых болезней накопления — состояний, обусловленных генетической нехваткой определенных лизосомальных ферментов. При таких болезнях биомолекулы, в норме расщепляемые ферментами лизосом, накапливаются в клетках, вызывая нарушения их работы и в конечном итоге — гибель. Лизосомные болезни накопления хоть и редки, но зачастую смертельны, и потому разработка в 1980-х годах лечения путем восполнения недостающего фермента (фермент-заместительной терапии) имела большое значение.

Рисунок 17. Клетка человека с болезнью Гоше. У людей с этой наследственной болезнью есть дефект в гене, кодирующем глюкоцереброзидазу — фермент, расщепляющий глюкозереброзид (нерастворимый липид, входящий в состав клеточных мембран). При болезни Гоше глюкоцереброзидаза не может функционировать правильно, и глюкоцереброзид накапливается в лизосомах макрофагов, где он в норме расщепляется. Макрофаги увеличиваются в размерах и на гистологических препаратах по видимой структуре становятся похожими на «мятую бумагу» (на рисунке).

В то время доктор Роско Брэди и его коллеги из Национального института здравоохранения США работали над тем, чтобы остановить или обратить вспять прогрессирование самой распространенной лизосомной болезни накопления — болезни Гоше, связанной с недостаточностью фермента глюкоцереброзидазы (рис. 17). Они вводили пациентам с болезнью недостающий фермент, выделенный из плаценты, и это приводило у последних к объективным улучшениям: повышению гемоглобина, количества тромбоцитов, увеличению плотности костной ткани и др. [35] (Здесь и ниже речь идет о лечении болезни Гоше I типа.)

Полученные результаты обнадеживали, однако внедрение подобного лечения казалось сомнительным, ведь промышленное производство лекарства из такого нетривиального материала, как человеческая плацента, было делом крайне непростым. Достаточно сказать, что для проведения клинических испытаний исследователям потребовалось собрать 22 000 плацент, которых хватило лишь на один годичный курс лечения одного пациента.

Тем не менее первый препарат для лечения болезни Гоше — аглюцераза, полученный из плаценты человека, — FDA одобрило к применению в 1991 году. Но этот препарат был экономически нерентабелен ввиду как ограниченности исходного сырья, так и стоимости его обработки. Ведь человеческая плацента может содержать различные патогены: от вирусов до иммуногенных форм плацентарных белков, и это требует дополнительных стадий деконтаминации, что само по себе увеличивает стоимость производства. А поскольку дополнительная очистка еще и снижает конечный выход ценного продукта, и без того немалые затраты возрастают еще больше [36].

Неудивительно, что вскоре дорогая и сложная в производстве аглюцераза была заменена более технологичным аналогом — рекомбинантной глюкоцереброзидазой (имиглюцеразой), одобренной для использования в 1994 г. Имиглюцеразу производят с использованием клеток CHO (яичников китайского хомячка; см. врезку). Она оказалась не менее клинически эффективна, чем ее плацентарная предшественница, однако может производиться в неограниченных количествах и свободна от патогенов [35].

GE Healthcare — производитель питательных сред и добавок HyClone для производства рекомбинантных белков в клетках СНО

Являясь одним из ведущих поставщиков продукции для выращивания клеток, GE Healthcare не перестает инвестировать в разработку новых видов продукции в целях предоставления новых, инновационных решений и услуг своим заказчикам, работающим в сфере биофармацевтической промышленности. GE Healthcare использует свой более чем 45-летний опыт в производстве высокоэффективной продукции для выращивания клеточных культур, чтобы дать возможность заказчикам сократить затраты и повысить производительность.

Питательная среда HyCell CHO компании GE Healthcare задает высокий стандарт производительности культивирования. HyCell CHO — универсальная питательная среда с известным химическим составом, не содержащая компонентов животного происхождения. Среда разработана с использованием проприетарного метода исследования метаболического пути в целях достижения устойчивой производительности и максимизации выхода в процессе получения рекомбинантных белков. Универсальность среды обеспечивает получение рекомбинантных белков, быстрое приспособление клеток, а также исключительные показатели роста, плотности клеток и производительности при выращивании широкого спектра клеточных клонов CHO. По требованию заказчика среда может поставляться в специальной упаковке, отвечающей его потребностям и используемым им биотехнологиям.

По результатам представленного исследования использование питательной среды HyCell CHO компании GE Healthcare привело к таким показателям выработки продукта, которые в пять и более раз превышают характеристики конкурентных сред.

Материал предоставлен партнёром — компанией GE Healthcare

В дальнейшем были разработаны и другие препараты фермент-заместительной терапии для лечения лизосомальных болезней накопления: болезни Фабри, болезни Помпе и др.

Факторы свертывания

Весьма полезным приложением заместительной терапии стало применение рекомбинантных факторов свертывания для лечения гемофилии. Это редкое генетическое заболевание, при котором из-за врожденной недостаточности факторов свертывания нормальная коагуляция крови [37] оказывается нарушенной, что проявляется кровотечениями и кровоизлияниями. По типу наследственно недостающего фактора свертывания различают две разновидности болезни:

Гены, кодирующие эти факторы, находятся в X-хромосоме, а потому гемофилия обычно поражает только мужчин (является так называемым Х-сцепленным заболеванием), в то время как женщины-носительницы, как правило, не болеют, но передают гены гемофилии по наследству. В настоящее время зафиксировано менее сотни случаев заболевания гемофилией женщин во всем мире, в то время как приблизительно у одного из пяти тысяч мужчин выявляются симптомы гемофилии А, а у одного из двадцати тысяч — симптомы гемофилии В.

До появления заместительной терапии у таких больных наблюдались различные степени проявления заболевания, начиная от кровоизлияний в суставах и мягких тканях и заканчивая опасными для жизни эпизодами кровотечений. Устранение таких событий и является целью фактор-заместительной терапии, поскольку они приводят к значительному снижению качества жизни и сокращению ее продолжительности.

В 1950–60-х годах основным способом лечения гемофилии были инъекции цельной плазмы крови, которая содержала лишь незначительное количество требуемых факторов, и потому необходимы были длительные инфузии больших объемов плазмы, проводимые, как правило, в стационаре. Однако уже во второй половине 1960-х разработали технологию криопреципитации, заключающуюся в осаждении белков крови при определенном режиме оттаивания свежезамороженной плазмы, что дало возможность концентрировать факторы свертывания в значительно меньшем объеме. А к концу 1960-х появились уже и способы очистки и отделения от плазмы факторов VIII и IX, что позволило более точно дозировать эти белки и лечиться уже на дому.

К сожалению, за подобное улучшение терапии пришлось заплатить непомерную цену: тысячи образцов донорской плазмы объединялись для создания одной партии концентрата, и препараты факторов крови оказались контаминированы смертельно опасными вирусами. Это привело к тому, что в 1980-х около 60–70% пациентов с тяжелой гемофилией успели инфицироваться ВИЧ, и почти 100% заразились гепатитом С. Эта ужасная трагедия запустила исследования по деконтаминации препаратов плазмы, инактивация болезнетворных агентов в которых производилась в то время сухим жаром, обработкой детергентами и пастеризацией. Однако из-за постоянной обеспокоенности возможным заражением неизвестными инфекциями возрос интерес к разработке более безопасного производства заместительных факторов, и очень скоро в авангарде создания таких препаратов встала уже известная технология экспрессии рекомбинантных белков.

И если в 1980-х были клонированы гены факторов VIII и IX, то уже в 1990-х были одобрены к применению первые препараты рекомбинантных аналогов этих факторов свертывания [38]. Внедрение этой технологии позволило создавать более эффективные препараты фактор-заместительной терапии. Одним из заметных направлений для этого стало создание рекомбинантных белков с более длительным периодом полувыведения, что достигается различными модификациями молекул факторов свертывания, например пегилированием или «сшиванием» с FC-фрагментами антител. Было показано, что продукты с более длительным периодом полувыведения снижают частоту внутривенных инъекций, способствуя лучшей приверженности, улучшают результаты лечения и потенциально позволяют пациентам вести более активный образ жизни [39].

Моноклональные антитела

В 1970-х создали фундаментальную технологию, легшую в основу принципиально новых препаратов — моноклональных антител. Речь идет о технологии гибридóм, за разработку которой ее создатели Жорж Кёлер и Сезар Мильштейн были удостоены Нобелевской премии в 1984 году [40], [41].

Рисунок 18. Принцип гуманизации антител

Первый препарат, созданный при помощи гибридомной технологии, — Orthoclone OKT3 (муромонаб-CD3) — вышел на рынок в 1986 году и предназначался для снижения иммунного отторжения при трансплантации органов. Это было мышиное антитело и, хотя его появление знаменовало начало принципиально нового направления в создании лекарств, широкое внедрение подобных средств было под большим вопросом ввиду сильной токсичности чужеродных для человеческого организма антител. Однако благодаря генной инженерии стала возможной оптимизация: изменение кодирующих последовательностей в сторону «очеловечивания» (гуманизации) и внедрение такого измененного генетического материала в клетки продуцентов для последующей экспрессии химерных белков. Такие белки состоят из «каркаса» человеческих антител (составляющего ≈70%) и вариабельных фрагментов мышиных антител (≈30%), отвечающих за связывание с эпитопами антигена (рис. 18).

Первое химерное терапевтическое моноклональное антитело, появившееся на рынке, — абциксимаб (препарат ReoPro, утвержденный FDA в 1994 году) — предназначалось для предотвращения агрегации тромбоцитов во время оперативных вмешательств. Создание химерных антител было шагом к меньшей токсичности, однако их достаточно крупные мышиные фрагменты все же вызывали иммунную реакцию. Поэтому следующим улучшением стало создание гуманизированных антител — с процентным соотношением человеческой и мышиной частей уже 95:5, а затем и полностью человеческих (на 100%) антител.

Из первых гуманизированных антител можно отметить вышедший в 1998 году «Герцептин» (трастузумаб) — препарат, прицельно воздействующий на сверхсинтезированный рецептор HER2 с целью лечить агрессивную и смертоносную форму рака молочной железы [27]. Повышенная экспрессия гена этого рецептора приводит к увеличению количества соответствующих рецепторов на клетках, их димеризации и активации сигнальных каскадов, посылающих в ядро клетки сигналы к делению. В таких условиях деление клеток «теряет тормоза», приводя к росту опухоли. Одобрение в 1998 году «Герцептина» открыло новую страницу в лечении HER2-положительного рака молочной железы, позволив значительно улучшить выживаемость пациентов как на ранних, так и на поздних стадиях заболевания.

К другим знаковым препаратам можно причислить адалимумаб — первое полностью человеческое антитело, одобренное в США в 2002 году [43]. Производимое под брендом «Хумира» компанией Abbvie, это антитело связывает и ингибирует фактор некроза опухоли (TNF) — ключевой провоспалительный цитокин. Лечение эффективно купирует воспалительные процессы, что позволяет назначать адалимумаб при многих воспалительных заболеваниях, причем даже в случаях, когда другая терапия неэффективна — например, при псориазе, болезни Крона, ревматоидном артрите и др. Во многом благодаря своей эффективности адалимумаб стал самым продаваемым лекарством в мире: по данным финансового отчета Abbvie, только за 2018 год продажи «Хумиры» достигли внушительных $19,9 млрд.

Антитела и иммуноонкология

Совсем недавно прорывным направлением стало использование антител в качестве ингибиторов контрольных точек иммунного ответа, позволившее поставить мощные силы иммунитета на борьбу с опухолевыми клетками. Эта область иммунотерапии опухолей дала надежду на жизнь многим больным, считавшимся безнадежными [44], а ученые Джеймс П. Эллисон и Тасуку Хондзё, сделавшие решающий вклад в разработку этой технологии, в 2018 году были удостоены Нобелевской премии: «Иммунитет без тормозов: Нобелевская премия за антитела против рака» [45].

Контрольные точки иммунного ответа — это рецепторы на клетках иммунной системы, а также на некоторых нормальных клетках организма, взаимодействие с которыми помогает иммунным клеткам «узнавать своих», и, избирательно уничтожая чужеродные агенты, не затрагивать при этом клетки и ткани собственного организма (рис. 19).

Рисунок 19. Ингибиторы контрольных точек иммунного ответа связываются с рецепторами на поверхности клеток. С 2011 года было одобрено к использованию несколько препаратов моноклональных антител, способных связываться с контрольными точками иммунного ответа. На рисунке изображено связывание пембролизумаба, ниволума

Современные противоопухолевые средства в терапии раковых заболеваний


В крупнейших лабораториях мира постоянно разрабатываются новые препараты для лечения онкологических патологий. После апробации на добровольцах они успешно используются на практике. В последнее время противоопухолевые препараты стали достойной альтернативой хирургического лечения и лучевой терапии. Современные средства менее токсичны, чем их предшественники, обладают более мощным воздействием на злокачественные опухоли. Если вы не знаете где купить противоопухолевые препараты, зайдите в наш каталог.


Содержание:

Алкилирующие средства


Так называются антинеопластические средства с выраженной противоопухолевой и цитостатической активностью. После приема препаратов интермедиаты, являющиеся частицами алканов, присоединяются к ДНК, нарушая ее структуру. Злокачественные клетки утрачивают способность к делению. Запускается процесс их гибели, результатом которого становится распад на отдельные частицы. В онкологии особенно часто проводится лечение такими алкилирующими средствами:


  • Циклофосфамидом;


  • Хлорметином;


  • Ифосфамид


  • Альтретамином;


  • Мелфаланом;


  • Бусульфаном;


  • Хлорамбуцилом;


  • Кармустином;


  • Стрептозоцином.


Препараты назначаются при раке, поражающем молочные железы, толстый кишечник, пищеварительный тракт, поджелудочную железу, органы репродуктивной и мочевой систем.



В эту группу цитостатических противоопухолевых химиотерапевтических лекарственных средств входят препараты, многие из которых в течение десятилетий применяются в онкологии. В основе механизма действия лежит ингибирование или конкурентный антагонизм определенных биохимических реакций. Их подавление отрицательно сказывается на размножении мутировавших клеток. Пациентам со злокачественными новообразованиями практикуется назначение следующих средств:


  • Метотрексата;


  • Фторурацила;


  • Флоксуридина;


  • Меркаптопурина;


  • Тиогуанина;


  • Пентостатина.


Антиметаболиты включаются в терапевтические схемы пациентов с остро протекающим лимфолейкозом, грибообразным микозом, хориокарциномой, остеогенной саркомой, опухолями лица, раком молочных желез, легких.

Растительные алкалоиды


Несмотря на растительное происхождение активных ингредиентов, такие препараты обладают высокой терапевтической эффективностью. Они достаточно быстро останавливают


митотические циклы злокачественных клеток. В онкологии хорошо зарекомендовала себя терапия следующими группами растительных алкалоидов:


  • винкалоидами — Винбластином, Винкристином;


  • таксанами — Паклитакселом, Доцетакселом;


  • подофиллотоксинами — Этопозидом, Тенипозидом.


У противоопухолевых средств есть определенная нейротоксичность. Из-за выраженных побочных эффектов они используются в лечении онкологических патологий исключительно короткими курсами. Противоопухолевые препараты недорого продаются в нашей аптеке.

Противоопухолевые антибиотики



Это особая группа цитотоксических средств, активные ингредиенты которых прерывают деление переродившихся клеток. Особенно часто лечение пациентов проводится с помощью антрациклинов и блеомицинов, но с успехом применяются и антибиотики — предшественники современных противораковых препаратов. Наибольшая терапевтическая эффективность характерна для таких противоопухолевых средств:


  • Дактиномицина;


  • Даунорубицина;


  • Доксорубицина;


  • Блеомицина;


  • Митомицина.


Противоопухолевые антибиотики применяются преимущественно в сочетании с другими препаратами, но в некоторых случаях используются и в качестве монолечения.

Другие группы препаратов с противоопухолевой активностью


Относительно недавно разработаны препараты для лечения определенной формы рака. Они избирательно воздействуют на опухоль, сформировавшуюся в том или ином внутреннем органе. Состав средств представлен компонентами как растительного, так и полусинтетического происхождения. Наиболее результативным считается лечение следующими препаратами:


  • биотерапевтическими средствами (Альдеслейкином, Целмолейкином, Меланом) злокачественной опухоли, развивающейся из меланоцитов, рака почек;


  • препаратами с платиной (Цисплатином, Карбоплатином) новообразований яичек, нейробластомы, остеогенной саркомы;


  • антрацендионом Митоксантроном остропротекающего миелолейкоза, новообразований молочных желез, простаты;


  • соединением мочевины Гидроксимочевиной миелолейкоза в хронической форме, истинной полицитемии, тромбоцитемии, меланомы;


  • соединением метилгидразина Прокарбазином лимфогранулематоза;


  • лекарствами, подавляющими активность коры надпочечников (Митотаном, Аминоглутетимидом) злокачественные патологии надпочечников, груди;


  • блокатором тирозинкиназы Иматинибом миелолейкоза с хроническим течением.


При выборе противоопухолевого препарата онкологи ориентируются не только на вид патологии, но и на тяжесть ее течения, выраженность симптоматики, размеры злокачественного новообразования.

Гормональные средства в терапии рака


Среди раковых опухолей гормонозависимые новообразования занимают особое место, том числе и потому, что они достаточно хорошо поддаются лечению. Это вариант злокачественного рака, при котором определенная часть атипичных клеток имеют рецепторы к мужским или женским половым гормонам. Если снизить их выработку в организме, то новообразование не будет укрупняться, а в дальнейшем уменьшится в размерах. Какими гормональными препаратами проводится лечение рака:


  • глюкокортикостероидом Преднизоном;


  • прогестагенами Гидроксипрогестероном, Медроксипрогестероном, Мегестролом;


  • эстрогенами Диэтилстильбэстролом, Этинилэстрадиолом;


  • антиэстрогенами Тамоксифеном, Анастрозолом;


  • андрогенами Тестостероном, Флуоксиместероном;


  • антиандрогеном Флутамидом;


  • аналогом гонадолиберина Лейпрорелином.


Любое гормональное средство токсично по отношению к организму, поэтому его используют в минимально возможных дозировках. Препараты способны провоцировать развитие побочных реакций, но большинство из них носит обратимый характер. Противоопухолевые препараты в Москве продаются в нашей аптеке.

Лекарственная терапия — Медицинские термины


Лекарственная терапия  (медикаментозная терапия) — обобщенное наименование самого распространенного метода лечения и профилактики заболеваний, основанного на применении лекарственных средств искусственного или природного происхождения. Стратегически самостоятельными направлениями Л.т. принято считать: заместительную терапию (используется при заболеваниях, вызванных нарушениями выработки организмом важных в функциональном отношении биологически активных веществ, в основном гормонов — например, при сахарном диабете), этиотропную (причинную) терапию (используется для устранения непосредственной причины заболевания — например, для подавления возбудителей инфекционных заболеваний), симптоматическую терапию (направлена на устранение или уменьшение выраженности симптомов заболеваний — например, снятие боли, отечности и т.п.), патогенетическую терапию (направлена на нормализацию течения патологических процессов, лежащих в основе заболеваний) — например, воспалительного, нарушений обмена веществ, проводимости нервных импульсов, профилактическую терапию (имеет целью предупреждение, например, инфекционных заболеваний, обострений течения или возникновения приступов при хронических заболеваниях). На практике, однако, указанные направления редко реализуются в их чистом виде — устранение болезненных симптомов в большей или меньшей степени оказывает влияние на течение патологических процессов, заместительная терапия используется с профилактическими целями, а прием лекарств с целью профилактики — подавляет симптоматику и т.д. Это связано как с множественным характером влияния лекарственных средств на органы, ткани, физиологические системы, так и с сильной взаимной связью основных биологических и физиологических процессов в организме — обстоятельствами, которые позволяют влиять на течение патологических процессов разными путями и типами лекарств. Алгоритм принятия врачебного решения об использовании тех или иных лекарственных средств, на самом деле, редко строится на основе стратегических принципов. Врачу приходится учитывать множество самых разнообразных факторов и выбирать из множества вариантов Л.т. те, которые обеспечивают разумное соотношение лечебной эффективности, переносимости и безопасности лекарств в каждом конкретном случае. Успешное и безопасное использование Л.т. зависит от правильности и своевременности постановки диагноза, способности врача комплексно оценить особенности больного (необходимо учесть состояние защитных сил организма в данный период, пол, возраст, чувствительность к определенному лекарству и индивидуальную его переносимость, наличие сопутствующих заболеваний и/или состояний, например, беременности, вероятность и опасность осложнений, связанных с приемом лекарств и их влиянием на течение патологических процессов, сопутствующих основному, и проч.). Кроме того, опытный специалист обязательно принимает во внимание возможность изменения эффектов (интенсивности и направленности) при одновременном назначении нескольких препаратов, применении других лечебных процедур, влияние времени приема, зависимость от пищевого режима, характера питания и многие другие обстоятельства, в том числе психический тип пациента. Данный перечень не исчерпывает всех особенностей выбора оптимальной Л.т. — в реальных условиях почти всегда решение о назначении тех или иных лекарственных средств принимается в условиях неполной информации и, достаточно часто, при дефиците времени. Важным для эффективности Л.т. является также максимально точное соблюдение больным всех рекомендаций, предписаний и назначений врача.

Минздрав обновил схемы лечения COVID-19 в девятой версии рекомендаций » Медвестник

Минздрав утвердил девятую версию рекомендаций по диагностике и лечению новой коронавирусной инфекции. Основные изменения касаются маршрутизации и амбулаторного лечения пациентов.

Согласно девятой версии временных рекомендаций Минздрава по диагностике и лечению COVID-19, амбулаторное лечение могут проходить пациенты с легким течением инфекции, взрослые со среднетяжелым течением при отсутствии факторов риска.

Принципы и схемы терапии:

  1. Для лечения COVID-19 могут быть использованы пять препаратов: фавипиравир, ремдесивир, умифеновир, гидроксихлорохин (с азитромицином или без него) и интерферон-альфа.
  2. Применение ремдесивира возможно только в стационаре.
  3. Ремдесивир следует использовать при сатурации 94% и ниже, когда требуется кислород, проведение ИВЛ или ЭКМО.
  4. До подтверждения диагноза в лечении легких форм Минздрав по-прежнему рекомендует препараты для лечения сезонных ОРВИ: интраназальный интерферон-альфа, индукторы интерферона, противовирусные препараты с широким спектром активности.
  5. В амбулаторных условиях профилактические дозы низкомолекулярного гепарина или нефракционированный гепарин должны получать пациенты:
    • с ограниченной подвижностью,
    • ТГВ/ТЭЛА в анамнезе,
    • злокачественным новообразованием,
    • крупной операцией или травмой в предшествуюший месяц,
    • тромбофилией,
    • старше 70 лет,
    • сердечной, дыхательной недостаточностью,
    • ожирением,
    • системным заболеванием соединительной ткани,
    • получающие гормональную заместительную терапию или пероральные контрацептивы.
  6. В схемы лечения амбулаторных пациентов могут быть включены прямые пероральные антикоагулянты: апиксабан или ривароксабан.
  7. При наличии признаков бактериальной суперинфекции в схему лечения на 5—10 дней включают один из антибиотиков: амоксициллин+клавулановая кислота, амоксициллин, азитромицин, левофлоксацин, моксифлоксацин, кларитромицин.

Таблица 1. Схемы лечения COVID-19 в амбулаторных условиях

Легкое течение

1. фавипиравир/гидроксихлорохин/умифеновир

2. ИФН-α, интраназальные формы

3. парацетамол

Среднетяжелые формы (без пневмонии)

1. фавипиравир или гидроксихлорохин

2. ИФН-α, интраназальные формы

3. парацетамол

4. ривароксабан или апиксабан (при наличии факторов риска тромбообразования)

Среднетяжелые формы (с пневмонией)

1. фавипиравир/гидроксихлорохин

2. ривароксабан или апиксабан (при наличии факторов риска тромбообразования)

3. дексаметазон или преднизолон или метилпреднизолон по показаниям

4. ИФН-α, интраназальные формы

5. парацетамол

Таблица 2. Схемы лечения COVID-19 в условиях стационара

Легкие формы

1. фавипиравир/гидроксихлорохин/умифеновир

2. ИФН-α, интраназальные формы

3. антикоагулянтный препарат

4. НПВП по показаниям

Среднетяжелые формы

1. фавипиравир/ремдесивир/гидроксихлорохин

2. барицитиниб или тофацитиниб

3. антикоагулянтный препарат

4. НПВП по показаниям

1. фавипиравир/ремдесивир/гидроксихлорохин

2. олокизумаб или левилимаб

3. антикоагулянтный препарат

4. НПВП по показаниям

При лихорадке выше 38°C более трех дней в схемы включается антибиотик

Тяжелые формы (пневмония с дыхательной недостаточностью и ОРДС)

1. фавипиравир

2. тоцилизумаб или сарилумаб

3. антикоагулянтный препарат

4. НПВП по показаниям

При лихорадке выше 38°C более трех дней в схемы включается антибактериальная терапия

Цитокиновый шторм

1. метилпреднизолон/дексаметазон

2. тоцилизумаб или сарилумаб

3. антикоагулянтный препарат

1. метилпреднизолон

2. канакинумаб

3. антикоагулянтный препарат

При наличии противопоказаний к применению генно-инженерных биологических препаратов:

1. метилпреднизолон или дексаметазон

2. антикоагулянтный препарат

При наличии противопоказаний к применению глюкокортикоидов:

1. тоцилизумаб или сарилумаб или канакинумаб

2. антикоагулянтный препарат

Современная тенденция терапии — сверхмалые концентрации лекарственных препаратов (аналитический обзор)

Рос. психиатр. журн. — 2014. — № 2. — С. 63-79.

История изучения воздействий малых и сверхмалых доз различных веществ

Накоплены обширные данные о свойствах малых и сверхмалых доз (СМД), у истоков использования которых стоит гомеопатия. Их действенность в настоящее время уже не подлежит сомнению [75, 87, 103, 104, 106, 120]. Большой интерес это явление представляет для медицины, в том числе психиатрии. Основоположником гомеопатического метода лечения считается немецкий врач и ученый Самуил Ганеман (1755-1843) [23, 27, 42, 97]. С. Ганеман начал серию испытаний воздействия различных лекарственных средств на здоровых людях. Он пытался добиться таких же проявлений при применении лекарственных препаратов, какие наблюдал при отдельных болезненных расстройствах. Получив соответствующий результат, он использовал именно эти лекарственные вещества (но в малых дозах) для лечения аналогичных расстройств у больных. C. Ганеман писал, что для лечения заболеваний нужно применять средство, способное вызвать искусственную болезнь, возможно более подобную естественной болезни.

Им был сформулирован основной принцип его метода: similia similibus curentur — подобное лечится подобным [15, 23, 39, 42, 45, 97]. Этот основной принцип гомеопатии, соединенный с возможностью лечения малыми дозами лекарств, в обобщенном виде был С. Ганеманом представлен в 1810 г. в капитальном труде «Органон врачебного искусства». Уменьшение доз «подобных» лекарств, по С. Ганеману, закономерно усиливает лечебный эффект. Важнейшим условием этого является и разработанная С. Ганеманом методика приготовления лекарственных разведений — строгая система встряхиваний. Лекарство, приготовленное таким образом, «динамизируется», приобретает «силу» [24, 31, 42, 57, 97, 103]. Эту методику приготовления лекарств С. Ганеман называл также потенцированием, а разведения — потенциями [38, 42, 45, 97, 103]. Таким образом, гомеопатия (от греч. homois — подобный, одинаковый; pathos — болезнь) представляет собой способ лечения болезни, заключающийся в применении малых доз тех лекарств, которые в больших дозах вызывают у здорового человека признаки данной болезни.

Выдвинутое Ганеманом [12, 42, 74, 97] наряду с другими принципами гомеопатии (подобное исцеляет подобное, единственное лекарство, минимальная доза) положение о потенцировании лекарства [12, 39, 42, 48, 74, 86, 97, 103] заключается в последовательном многократном разведении вещества, когда одна часть берется из исходного раствора, к ней добавляется определенное число частей растворителя, после чего полученный раствор подвергается строго определенному количеству встряхиваний. Затем из полученного раствора снова берется одна часть, переносится в чистую емкость и опять добавляется определенное число частей растворителя, раствор опять подвергается встряхиванию, часть его переносится в новую чистую емкость и т.д. Число последовательных разведений, произведенных таким образом, соответствует потенции лекарства, а число частей растворителя — шкале разведения (десятичной, сотенной). Так, 200С означает 200 разведений в 100 раз каждое (по сотенной шкале), 30Д означает 30 разведений в 10 раз каждое (по десятичной шкале) [18, 37, 86].

Ганеман пришел к необходимости сочетать (именно сочетать!) многократное разведение исходного раствора и механическое десятикратное встряхивание [24, 42, 111].

Разведения выше Д 24 и С 12 формально являются субмолярными, так как в них отсутствуют молекулы исходного вещества [57, 103, 111], следовательно, это разведения за пределами числа Авогадро [31, 33, 39, 57, 60, 86]. Таким образом, потенцирование — это процесс, с помощью которого гомеопатическое лекарство получает свои лечебные свойства [38, 42, 86, 97]. В то же время подчеркивается [86], что потенцирование не является тем процессом, который делает лекарство гомеопатическим. Гомеопатическим лекарство делает только одно — подобие между свойствами препарата и клинической картиной, так как лекарство должно излечивать клинические состояния, подобные тем, которые оно само вызывает у здоровых людей [23, 42, 86, 97]. Следовательно, гомеопатия не идентична с малыми дозами, это только один из принципов ее учения [37, 42]. Всего же выделяют четыре фундаментальных правила гомеопатии: 1) подобное исцеляет подобное же; 2) единственное лекарство; 3) использование минимальной дозы; 4) потенцирование лекарства [42, 48, 53, 55, 97]. Кроме того, в учении С. Ганемана указывается на особую роль в гомеопатическом методе так называемых миазмов [10, 11, 13, 16, 23, 42, 93, 94, 111]. Миазм в переводе с греческого означает загрязнение [37, 94].

Теория миазмов, разработанная С. Ганеманом, — это теория возникновения, развития и лечения хронических болезней [66, c. 19]. Миазм — это способ патологической адаптации человека к изменениям внешней и внутренней среды, являющийся базой для развития хронических заболеваний [66, c. 18].

Современные исследователи трактуют миазм как состояние измененной реактивности организма [66]. С самого начала было выделено три миазма.

Это псора, которой присущи функциональная слабость, гипоэргия, гипотрофия, гипотония; принцип псоры — дефицит. Сикоз — это гиперэргия, гипертрофия, гипертония, отложения, разрастания; принцип — избыток. Люэс — это дизэргия, дистрофия, дистония, т.е. ответ не к месту, не в том направлении и с ненадлежащей силой; принцип — деструкция. Названия миазмов были сохранены как дань уважения к создателю учения, однако уже в те времена не возникало сомнений, что псора — это отнюдь не чесотка, сикоз — нельзя ассоциировать с гонореей, а люэс только чисто внешне может напоминать картину сифилиса. В дальнейшем последователи Ганемана выделили еще несколько миазмов [23, 49, 93].

Швейцарский ботаник К. Негели в ХIХ в. [37, 38] и ряд исследователей в ХХ в. показали наличие у сверхвысоких разведений разных веществ биологической активности [31, 38], не имеющей очевидной связи с гомеопатической доктриной. Наибольшую известность в научной среде приобрели экспериментальные работы со сверхмалыми дозами (СМД) Ж. Бенвенисте [22, 103, 119] и Е.Б. Бурлаковой (цит. по [111]). В дальнейшем было выявлено, что психотропный препарат пирацетам положительно влияет на условно-рефлекторную память крыс в дозах, которые меньше общепринятых в 100 тыс. раз [104]. Похожие результаты наблюдали позже в макромолекулах, клетках, органах, тканях, организмах и даже популяциях при воздействии на них противоопухолевых, антиметастатических, радиозащитных и нейротропных препаратов, ингибиторов и стимуляторов роста, гормонов, адаптогенов, иммуномодуляторов, детоксикантов, антиоксидантов, а также различных физических факторов — ионизирующего излучения и т.п. Выяснилось, что это не особенность какого-то препарата или биологического объекта, а новый тип взаимодействия любых биоло

подходов к лечению наркозависимости DrugFacts

ПРИМЕЧАНИЕ. В этом информационном бюллетене обсуждаются результаты исследований эффективных подходов к лечению наркомании и наркомании. Если вы обращаетесь за лечением, вы можете позвонить в Национальную линию помощи Управления наркологической помощи и психического здоровья (SAMHSA) по телефону 1-800-662-HELP (1-800-662-4357) или перейти на сайт https://findtreatment.gov / Для получения информации о горячих линиях, консультационных услугах или вариантах лечения в вашем штате.

Что такое наркомания?

Наркомания — хроническое заболевание, характеризующееся компульсивным или неконтролируемым поиском и употреблением наркотиков, несмотря на пагубные последствия и изменения в мозге, которые могут длиться долго.Эти изменения в мозге могут привести к вредному поведению людей, употребляющих наркотики. Наркомания — это тоже рецидивирующее заболевание. Рецидив — это возвращение к употреблению наркотиков после попытки прекратить.

Путь к наркомании начинается с добровольного приема наркотиков. Но со временем способность человека не делать этого оказывается под угрозой. Поиск и прием препарата становятся навязчивыми. В основном это связано с влиянием длительного воздействия лекарств на функцию мозга. Зависимость влияет на части мозга, отвечающие за вознаграждение и мотивацию, обучение и память, а также контроль над поведением.

Зависимость — это болезнь, поражающая как мозг, так и поведение.

Можно ли вылечить наркозависимость?

Да, но это непросто. Поскольку зависимость — хроническое заболевание, люди не могут просто прекратить употреблять наркотики на несколько дней и вылечиться. Большинству пациентов требуется длительный или повторный уход, чтобы полностью прекратить употребление и восстановить свою жизнь.

Лечение от наркозависимости должно помогать человеку в следующих действиях:

  • прекратить употребление наркотиков
  • Пребывание без наркотиков
  • быть продуктивным в семье, на работе и в обществе

Принципы эффективного лечения

Основываясь на научных исследованиях с середины 1970-х годов, следующие ключевые принципы должны лечь в основу любой эффективной программы лечения:

  • Зависимость — сложное, но поддающееся лечению заболевание, которое влияет на функции и поведение мозга.
  • Ни одно лечение не подходит для всех.
  • Люди должны иметь быстрый доступ к лечению.
  • Эффективное лечение удовлетворяет все потребности пациента, а не только его или ее употребление наркотиков.
  • Продолжительное лечение критически важно.
  • Консультации и другие поведенческие методы лечения являются наиболее часто используемыми формами лечения.
  • Лекарства часто являются важной частью лечения, особенно в сочетании с поведенческой терапией.
  • Планы лечения необходимо часто пересматривать и изменять в соответствии с меняющимися потребностями пациента.
  • Лечение должно касаться других возможных психических расстройств.
  • Детоксикация с медицинской помощью — это только первый этап лечения.
  • Лечение не должно быть добровольным, чтобы быть эффективным.
  • Употребление наркотиков во время лечения необходимо постоянно контролировать.
  • Лечебные программы должны проверять пациентов на ВИЧ / СПИД, гепатиты B и C, туберкулез и другие инфекционные заболевания, а также обучать их шагам, которые они могут предпринять, чтобы снизить риск этих заболеваний.

Какие методы лечения наркозависимости?

Есть много вариантов, которые оказались успешными в лечении наркозависимости, в том числе:

  • поведенческое консультирование
  • лекарства
  • Медицинские устройства и приложения, используемые для лечения абстинентного синдрома или обучения навыкам
  • Обследование и лечение сопутствующих проблем психического здоровья, таких как депрессия и тревога
  • Долгосрочное наблюдение для предотвращения рецидива

Разнообразный уход с индивидуальной программой лечения и вариантами последующего наблюдения может иметь решающее значение для успеха.При необходимости лечение должно включать как медицинские, так и психиатрические услуги. Последующее наблюдение может включать системы поддержки восстановления на уровне общины или семьи.

Как лекарства и устройства используются при лечении наркозависимости?

Лекарства и устройства можно использовать для лечения симптомов отмены, предотвращения рецидивов и лечения сопутствующих состояний.

Вывод средств. Лекарства и устройства могут помочь подавить абстинентный синдром во время детоксикации. Детоксикация сама по себе не «лечение», а только первый шаг в этом процессе.Пациенты, которые не получают дальнейшего лечения после детоксикации, обычно возобновляют употребление наркотиков. Одно исследование лечебных учреждений показало, что лекарства использовались почти в 80% детоксикаций (SAMHSA, 2014). В ноябре 2017 года Управление по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов (FDA) предоставило новое показание к электронному стимулирующему устройству, NSS-2 Bridge, для использования в уменьшении симптомов отмены опиоидов. Это устройство помещается за ухом и посылает электрические импульсы для стимуляции определенных нервов головного мозга.Кроме того, в мае 2018 года FDA одобрило лофексидин, неопиоидный препарат, предназначенный для уменьшения симптомов отмены опиоидов.

Профилактика рецидивов. Пациенты могут использовать лекарства, которые помогают восстановить нормальную функцию мозга и уменьшить тягу к еде. Существуют лекарства для лечения опиоидной (героин, болеутоляющие), табака (никотин) и алкогольной зависимости. Ученые разрабатывают другие лекарства для лечения зависимости от стимуляторов (кокаина, метамфетамина) и каннабиса (марихуаны).Людям, употребляющим более одного препарата, что очень часто, необходимо лечение от всех веществ, которые они употребляют.

  • Опиоиды: Метадон (Dolophine ® , Methadose ® ), бупренорфин (Suboxone ® , Subutex ® , Probuphine ® , Sublocade ) и налтрексон ® ( ) используются для лечения опиоидной зависимости. Действуя на те же цели в мозге, что и героин и морфин, метадон и бупренорфин подавляют симптомы абстиненции и облегчают тягу.Налтрексон блокирует действие опиоидов на их рецепторные участки в головном мозге и должен использоваться только у пациентов, которые уже прошли детоксикацию. Все лекарства помогают пациентам сократить количество попыток найти наркотики и связанное с этим преступное поведение, а также сделать их более открытыми для поведенческих методов лечения. Исследование NIDA показало, что после начала лечения как комбинация бупренорфина / налоксона, так и состав налтрексона пролонгированного действия одинаково эффективны при лечении опиоидной зависимости. Поскольку для лечения налоксоном необходима полная детоксикация, начало лечения среди активных потребителей было трудным, но после завершения детоксикации оба препарата имели одинаковую эффективность.
  • Табак: Никотиновая заместительная терапия имеет несколько форм, включая пластырь, спрей, жевательную резинку и леденцы. Эти продукты доступны без рецепта. Управление по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов США (FDA) одобрило два рецептурных лекарства от никотиновой зависимости: бупропион (Zyban ® ) и варениклин (Chantix ® ). Они по-разному работают в мозге, но оба помогают предотвратить рецидив у людей, пытающихся бросить курить. Лекарства более эффективны в сочетании с поведенческими методами лечения, такими как групповая и индивидуальная терапия, а также телефонные линии для отказа от курения.
  • Алкоголь: Три препарата были одобрены FDA для лечения алкогольной зависимости, а четвертый, топирамат, показал многообещающие результаты в клинических испытаниях (широкомасштабные исследования с участием людей). Три утвержденных препарата следующие:
    • Налтрексон блокирует опиоидные рецепторы, которые участвуют в поощрении употребления алкоголя и в влечении к алкоголю. Он снижает вероятность рецидива пьянства и очень эффективен у некоторых пациентов. Генетические различия могут повлиять на то, насколько хорошо препарат действует у некоторых пациентов.
    • Акампросат (Campral ® ) может уменьшить симптомы длительного абстиненции, такие как бессонница, беспокойство, беспокойство и дисфория (обычно плохое самочувствие или несчастье). Он может быть более эффективным у пациентов с тяжелой зависимостью.
    • Дисульфирам (Antabuse ® ) препятствует распаду алкоголя. Ацетальдегид накапливается в организме, что приводит к неприятным реакциям, включая покраснение (тепло и покраснение лица), тошноту и нерегулярное сердцебиение, если пациент употребляет алкоголь.Соблюдение предписаний врача (прием препарата в соответствии с предписаниями) может быть проблемой, но оно может помочь пациентам, у которых есть сильная мотивация бросить пить.
  • Сопутствующие состояния: Доступны и другие лекарства для лечения возможных психических состояний, таких как депрессия или тревожность, которые могут способствовать развитию зависимости.

Лучшие программы лечения включают комбинацию методов лечения и других услуг для удовлетворения потребностей конкретного пациента.

Как поведенческая терапия используется для лечения наркозависимости?

Поведенческая терапия помогает пациентам:

  • изменить свое отношение и поведение в отношении употребления наркотиков
  • повысить навыки здорового образа жизни
  • сохраняются с другими формами лечения, такими как лекарства

Пациенты могут получать лечение в самых разных условиях с различными подходами.

Амбулаторная поведенческая терапия включает широкий спектр программ для пациентов, регулярно посещающих консультанта по поведенческому здоровью.Большинство программ включают индивидуальное или групповое консультирование по вопросам употребления наркотиков или и то, и другое. Эти программы обычно предлагают формы поведенческой терапии, такие как:

  • когнитивно-поведенческая терапия, , которая помогает пациентам распознавать, избегать и справляться с ситуациями, в которых они с наибольшей вероятностью будут употреблять наркотики
  • многомерная семейная терапия — разработана для подростков с проблемами злоупотребления наркотиками, а также их семей — которая направлена ​​на устранение ряда факторов, влияющих на их модели злоупотребления наркотиками, и предназначена для улучшения общего функционирования семьи
  • мотивационное интервью, максимально раскрывает готовность людей изменить свое поведение и пройти лечение
  • мотивационные стимулы (управление непредвиденными обстоятельствами), в котором используется положительное подкрепление для поощрения воздержания от наркотиков

Поначалу лечение иногда бывает интенсивным, когда пациенты проходят несколько амбулаторных сеансов каждую неделю.После завершения интенсивного лечения пациенты переходят на обычное амбулаторное лечение, которое проводится реже и на меньшее количество часов в неделю, чтобы помочь им выздороветь. В сентябре 2017 года FDA разрешило маркетинг первого мобильного приложения reSET ® для лечения расстройств, связанных с употреблением психоактивных веществ. Это приложение предназначено для использования в амбулаторных условиях для лечения расстройств, связанных с употреблением алкоголя, кокаина, марихуаны и стимуляторов. В декабре 2018 года FDA одобрило мобильное медицинское приложение reSET ® для лечения расстройств, связанных с употреблением опиоидов.Это приложение представляет собой рецепт на когнитивно-поведенческую терапию, и его следует использовать в сочетании с лечением, включающим бупренорфин и управление непредвиденными обстоятельствами. Узнайте больше о reSET ® в этом выпуске новостей FDA.

Стационарное или стационарное лечение также может быть очень эффективным, особенно для людей с более серьезными проблемами (включая сопутствующие расстройства). Лицензированные стационарные лечебные учреждения предлагают круглосуточную структурированную и интенсивную терапию, включая безопасное жилье и медицинское обслуживание.В стационарных лечебных учреждениях могут использоваться различные терапевтические подходы, и они, как правило, нацелены на то, чтобы помочь пациенту после лечения вести образ жизни без наркотиков и преступлений. Примеры стационарных лечебных учреждений включают:

  • Терапевтические сообщества , которые представляют собой четко структурированные программы, в которых пациенты остаются в общежитии, как правило, от 6 до 12 месяцев. Все сообщество, в том числе лечебный персонал и выздоравливающие, действуют как ключевые агенты перемен, влияя на отношение, понимание и поведение пациента, связанное с употреблением наркотиков.Подробнее о терапевтических сообществах читайте в Отчете об исследованиях терапевтических сообществ.
  • Краткосрочное лечение в стационаре , которое, как правило, направлено на детоксикацию, а также на обеспечение начального интенсивного консультирования и подготовки к лечению в условиях сообщества.
  • Дом отдыха, , который обеспечивает краткосрочное проживание под присмотром пациентов, часто после других видов стационарного или стационарного лечения. Жилье для восстановления может помочь людям перейти к независимой жизни — например, помочь им научиться управлять финансами или найти работу, а также соединить их с службами поддержки в сообществе.

Отличается ли отношение к лицам, работающим в сфере уголовного правосудия?

Научные исследования с середины 1970-х годов показывают, что лечение наркозависимости может помочь многим правонарушителям, употребляющим наркотики, изменить свое отношение, убеждения и поведение в отношении злоупотребления наркотиками; избежать рецидива; и успешно избавиться от наркозависимости и преступности. Многие принципы лечения наркомании одинаковы для людей в системе уголовного правосудия и для населения в целом.Однако многие правонарушители не имеют доступа к необходимым им услугам. Некачественное лечение или лечение, не соответствующее потребностям правонарушителей, может оказаться неэффективным для сокращения употребления наркотиков и преступного поведения.

В дополнение к общим принципам обращения, некоторые особенности, касающиеся правонарушителей, включают следующее:

  • Лечение должно включать развитие определенных когнитивных навыков, чтобы помочь правонарушителю изменить отношение и убеждения, ведущие к злоупотреблению наркотиками и преступности, например, чувство права на то, чтобы поступать по-своему, или непонимание последствий своего поведения.Сюда входят навыки, связанные с мышлением, пониманием, обучением и запоминанием.
  • Планирование лечения должно включать индивидуальные услуги в исправительном учреждении, а также переход на лечение по месту жительства после освобождения.
  • Постоянная координация между поставщиками услуг лечения и судами или сотрудниками службы условно-досрочного освобождения и пробации важна для удовлетворения сложных потребностей правонарушителей, возвращающихся в общество.

Проблемы возвращения на рынок

Злоупотребление наркотиками изменяет функцию мозга, и многие вещи могут «вызвать» тягу к наркотикам в мозгу.Для тех, кто проходит лечение, особенно для тех, кто находится в стационаре или тюрьме, очень важно научиться распознавать, избегать и справляться с триггерами, с которыми они могут столкнуться после лечения.

Сколько человек лечится от наркозависимости?

Согласно Национальному исследованию употребления наркотиков и здоровья SAMHSA, в 2014 г. 22,5 миллиона человек (8,5 процента населения США) в возрасте от 12 лет и старше нуждались в лечении от незаконных * наркотиков или алкоголя. Только 4.2 миллиона (18,5 процента нуждающихся в лечении) прошли курс лечения от наркозависимости в том же году. Из них около 2,6 миллиона человек получили лечение по специализированным лечебным программам (CBHSQ, 2015).

* Термин «незаконный» относится к употреблению запрещенных наркотиков, включая марихуану в соответствии с федеральным законом, а также к злоупотреблению рецептурными лекарствами.

Что нужно помнить

  • Наркомания лечится, но это не просто. Лечение зависимости должно помочь человеку в следующем:
    • прекратить употребление наркотиков
    • Пребывание без наркотиков
    • быть продуктивным в семье, на работе и в обществе
  • Успешное лечение состоит из нескольких этапов:
    • детоксикация
    • поведенческое консультирование
    • лекарства (от опиоидной, табачной или алкогольной зависимости)
    • Обследование и лечение сопутствующих проблем психического здоровья, таких как депрессия и тревога
    • Долгосрочное наблюдение для предотвращения рецидива
  • Лекарства и устройства можно использовать для лечения симптомов отмены, предотвращения рецидивов и лечения сопутствующих состояний.
  • Поведенческая терапия помогает пациентам:
    • изменить свое отношение и поведение в отношении употребления наркотиков
    • повысить навыки здорового образа жизни
    • сохраняются с другими формами лечения, такими как лекарства
  • Людям в системе уголовного правосудия могут потребоваться дополнительные лечебные услуги для эффективного лечения расстройств, связанных с употреблением наркотиков. Однако многие правонарушители не имеют доступа к необходимым им услугам.

Узнать больше

Для получения дополнительной информации о лечении от наркозависимости посетите: www.drugabuse.gov/publications/principles-drug-adiction-treatment-research-based-guide-third-edition

Для получения информации о лечении от наркозависимости в системе уголовного правосудия посетите: www.drugabuse.gov/publications/principles-drug-abuse-treatment-criminal-justice-populations

Чтобы получить пошаговые инструкции для людей, которые думают, что им или их близким может потребоваться лечение, посетите: www.drugabuse.gov/related-topics/treatment

Легко читаемые факты о лекарствах и лечении — содержит изображения и видео, которые помогут читателям понять текст.Веб-сайт также может читать каждую страницу вслух.

Список литературы

  1. Центр статистики и качества поведенческого здоровья (CBSHQ). 2014 Национальное исследование употребления наркотиков и здоровья: подробные таблицы. Роквилл, Мэриленд: Управление служб психического здоровья и токсикомании; 2015.
  2. Управление по борьбе с наркотиками и психическим здоровьем (SAMHSA). Национальное исследование служб лечения наркозависимости (N-SSATS): 2013. Данные по лечебным учреждениям для лечения наркозависимости. Роквилл, Мэриленд: Управление служб психического здоровья и токсикомании; 2014. Публикация HHS № (SMA) 14-489. BHSIS серии S-73.

Эта публикация доступна для вашего использования и может быть воспроизведена полностью без разрешения NIDA. Цитирование источника приветствуется, если используется следующий язык: Источник: Национальный институт по борьбе со злоупотреблением наркотиками; Национальные институты здоровья; Министерство здравоохранения и социальных служб США.

Понимание иммунотерапии | Рак.Нетто

Иммунотерапия — это метод лечения рака, который повышает естественную защиту организма для борьбы с раком. Он использует вещества, созданные организмом или в лаборатории, чтобы улучшить работу вашей иммунной системы, чтобы найти и уничтожить раковые клетки.

Как иммунная система борется с раком?

Ваша иммунная система представляет собой сложный процесс, который ваше тело использует для борьбы с болезнями. В этом процессе участвуют ваши клетки, органы и белки. Рак обычно может обойти многие естественные защитные механизмы иммунной системы, позволяя раковым клеткам продолжать расти.

Различные виды иммунотерапии работают по-разному. Некоторые методы иммунотерапии помогают иммунной системе остановить или замедлить рост раковых клеток. Другие помогают иммунной системе уничтожить раковые клетки или остановить распространение рака на другие части тела. Лечение иммунотерапией можно использовать отдельно или в сочетании с другими видами лечения рака.

Есть много видов иммунотерапии. В их числе:

Что такое моноклональные антитела и противоопухолевые препараты?

Когда ваша иммунная система обнаруживает что-то вредное, она вырабатывает антитела.Антитела — это белки, которые борются с инфекцией, прикрепляясь к антигенам — молекулам, запускающим иммунный ответ в вашем организме.

Моноклональные антитела производятся в лаборатории для усиления естественных антител вашего тела или сами действуют как антитела. Моноклональные антитела могут помочь бороться с раком по-разному. Например, их можно использовать для блокирования активности аномальных белков в раковых клетках. Это также известно как таргетная терапия или лечение рака, направленное на специфические гены, белки рака или тканевую среду, которая помогает опухоли расти и выжить.

Другие типы моноклональных антител укрепляют вашу иммунную систему, подавляя или останавливая иммунные контрольные точки. Иммунная контрольная точка обычно используется организмом, чтобы естественным образом остановить реакцию иммунной системы и предотвратить ее атаку на здоровые клетки. Раковые клетки могут найти способы спрятаться от иммунной системы, активировав эти контрольные точки. Ингибиторы контрольных точек препятствуют способности раковых клеток останавливать активацию иммунной системы и, в свою очередь, усиливают иммунную систему вашего организма, помогая уничтожать раковые клетки.Общие контрольные точки, на которые влияют эти ингибиторы, — это пути PD-1 / PD-L1 и CTLA-4.

Примеры ингибиторов иммунных контрольных точек:

  • Ипилимумаб (Ервой)

  • Ниволумаб (Опдиво)

  • Пембролизумаб (Кейтруда)

  • Атезолизумаб (Тецентрик)

  • Авелумаб (Бавенсио)

  • Дурвалумаб (Имфинзи)

Многие ингибиторы контрольно-пропускных пунктов одобрены U.S. Управление по контролю за продуктами и лекарствами (FDA) для конкретных видов рака. Есть также некоторые ингибиторы контрольных точек, которые используются для лечения опухолей в любом месте тела, фокусируясь на конкретных генетических изменениях. Это называется «лечением, независимым от опухоли».

Например, FDA одобрило препарат-ингибитор контрольных точек, называемый пембролизумаб, для лечения метастатических опухолей, которые имеют специфические молекулярные изменения, называемые высокой микросателлитной нестабильностью (MSI-H) или дефицитом репарации несоответствия ДНК (dMMR). Аналогичный иммунотерапевтический препарат под названием ниволумаб также был одобрен для лечения взрослых и детей с метастатическим колоректальным раком MSI-H или dMMR, который не купируется химиотерапией.Узнайте больше о методах лечения опухолей.

Побочные эффекты лечения моноклональными антителами зависят от назначения препарата. Например, побочные эффекты моноклональных антител, используемых для таргетной терапии, не похожи на побочные эффекты, используемые для иммунотерапии. Побочные эффекты ингибиторов иммунных контрольных точек могут включать побочные эффекты, аналогичные аллергической реакции.

Что такое неспецифическая иммунотерапия?

Неспецифическая иммунотерапия также помогает вашей иммунной системе уничтожать раковые клетки.Большинство людей получают этот вид терапии после или вместе с другими видами лечения рака, такими как химиотерапия или лучевая терапия. Иногда основным лечением рака является неспецифическая иммунотерапия.

2 распространенных неспецифических иммунотерапевтических метода:

Интерфероны. Интерфероны — это белки, которые вырабатываются вашей иммунной системой, чтобы предупредить ваше тело о наличии в вашем организме патогена, обычно вируса. Интерфероны могут быть произведены в лаборатории, чтобы помочь вашей иммунной системе бороться с раком.Они также могут замедлить рост раковых клеток. Наиболее распространенный тип интерферона, используемый при лечении рака, называется интерфероном альфа (роферон-A [2a], интрон A [2b], альферон [2a]). Побочные эффекты лечения интерфероном могут включать симптомы гриппа, повышенный риск инфекции, кожную сыпь и истончение волос.

Интерлейкины. Интерлейкины — это белки, которые помогают клеткам общаться и запускать ответ иммунной системы. Лабораторный интерлейкин-2 (ИЛ-2) или альдеслейкин (Пролейкин) может лечить рак почек и кожи, включая меланому.Общие побочные эффекты лечения ИЛ-2 включают увеличение веса и низкое кровяное давление. Некоторые люди также испытывают симптомы гриппа.

Что такое терапия онколитическими вирусами?

Онколитическая вирусная терапия использует вирусы, которые были изменены в лаборатории для уничтожения раковых клеток. Сначала врач вводит в опухоль генетически модифицированный вирус. Затем вирус проникает в раковые клетки и копирует себя. В результате раковые клетки лопаются и умирают. Когда клетки умирают, они выделяют белки, которые заставляют вашу иммунную систему нацеливаться на любые раковые клетки в вашем теле, которые имеют те же белки, что и мертвые раковые клетки.В здоровые клетки вирус не проникает.

В 2015 году FDA одобрило первую онколитическую вирусную терапию для лечения поздних стадий меланомы, которые не поддаются хирургическому лечению. Вирус, используемый для лечения, известен как талимоген лахерпарепвек (Imlygic) или T-VEC. Вирус представляет собой модифицированную версию вируса простого герпеса, вызывающего герпес. Врач может вводить T-VEC в области меланомы до тех пор, пока раковые клетки меланомы не исчезнут. Побочные эффекты терапии онколитическими вирусами могут включать чувство усталости, лихорадку, озноб и тошноту.У некоторых людей также наблюдаются симптомы гриппа и боль в месте инъекции.

Клинические испытания направлены на тестирование других онколитических вирусов на различные виды рака. Они также проверяют, как вирусы работают с другими методами лечения, такими как химиотерапия.

Что такое Т-клеточная терапия?

Т-клетки — это иммунные клетки, которые борются с инфекцией. При Т-клеточной терапии врач удаляет Т-клетки из крови. Затем лаборатория добавляет в клетки определенные белки, называемые рецепторами. Рецепторы позволяют этим Т-клеткам распознавать раковые клетки.Измененные Т-клетки возвращаются в ваше тело. Оказавшись там, они находят и уничтожают раковые клетки. Этот тип терапии известен как Т-клеточная терапия с использованием химерного антигенного рецептора (CAR). Побочные эффекты включают лихорадку, спутанность сознания, низкое кровяное давление и, в редких случаях, судороги.

CAR Т-клеточная терапия хорошо помогает при лечении некоторых видов рака крови. Исследователи все еще изучают этот и другие способы изменения Т-клеток для лечения рака.

Что такое противораковые вакцины?

Вакцина против рака также может помочь вашему организму бороться с болезнями.Вакцина подвергает вашу иммунную систему воздействию чужеродного белка, называемого антигеном. Это заставляет иммунную систему распознавать и уничтожать этот антиген или родственные ему вещества. Существует 2 типа противораковой вакцины: профилактические и лечебные.

В целом иммунотерапия — важный подход к поиску новых методов лечения рака. Приведенные выше примеры не включают все виды иммунотерапевтического лечения. Исследователи изучают множество новых лекарств. Вы можете узнать больше об иммунотерапии в каждом конкретном разделе «Рак».Сеть; Посмотрите на страницы «Типы лечения» и «Последние исследования» конкретную информацию об иммунотерапии этого типа рака. Вы также можете узнать о последних исследованиях в области иммунотерапии в блоге Cancer.Net.

Вопросы, которые следует задать вашим медицинским работникам

Если иммунотерапия входит в ваш план лечения, вы можете задать своему лечащему врачу следующие вопросы:

  • Какой вид иммунотерапии вы рекомендуете? Зачем?

  • Каковы цели этого лечения?

  • Будет ли иммунотерапия моим единственным лечением? Если нет, какие еще процедуры мне понадобятся?

  • Как я буду получать лечение иммунотерапией и как часто?

  • Каковы возможные краткосрочные и долгосрочные побочные эффекты иммунотерапии?

  • О каких побочных эффектах я узнаю сразу?

  • Как это лечение повлияет на мою повседневную жизнь? Смогу ли я работать, заниматься спортом и заниматься своими обычными делами?

  • Какие клинические испытания иммунотерапии открыты для меня?

  • Кому мне звонить с вопросами или проблемами?

Связанные ресурсы

Информационный листок с ответами ASCO: понимание иммунотерапии (PDF)

Побочные эффекты иммунотерапии

Иммунотерапия: достижение года в области клинической диагностики рака в 2016 г.

Дополнительная информация

Американское онкологическое общество: иммунотерапия рака

Национальный институт рака: биологическая терапия

Медикаментозная терапия | Статья о лекарственной терапии по The Free Dictionary

(или лекарственная терапия), лечение болезней лекарствами.

В этиотропной фармакотерапии применяемый препарат воздействует на причину заболевания; Примером этиотропной терапии является лечение инфекций антибиотиками или лечение отравлений специфическими антидотами. К этиотропной фармакотерапии относится заместительная фармакотерапия, при которой вводимые в организм лекарства заменяют дефицитные физиологически активные вещества; примерами являются использование гормонов при недостаточной функции эндокринных желез и использование витамина B 12 при злокачественной анемии.Фармакотерапия является патогенетической, когда лекарство действует на механизм развития или патогенез заболевания; например, использование сердечных гликозидов при сердечной недостаточности, нитроглицерина при стенокардии и адреналина при бронхиальной астме является патогенетической терапией. Если препараты облегчают только симптомы заболевания, как при использовании анальгетиков или средств от кашля, фармакотерапия называется симптоматической терапией.

Фармакотерапию часто сочетают с другими методами лечения, такими как физиотерапия и диетотерапия.Наркотики часто используются в различных комбинациях. Выбор конкретного лекарства определяется такими факторами, как природа заболевания, течение болезни и переносимость лекарства пациентом; препарат должен обладать максимальной эффективностью и вызывать минимальные побочные эффекты.

Отдельным направлением фармакотерапии является химиотерапия инфекционных заболеваний и опухолей. Химиотерапевтические агенты обладают избирательным и специфическим действием на возбудителей (простейшие, микробы и вирусы) или на субстрат (опухолевые клетки) заболевания.Это избирательное терапевтическое действие зависит от конкретных физиологических, биохимических и других характеристик инфекционного агента или опухолевой клетки. Например, пенициллин избирательно повреждает поверхностную мембрану бактерии, заставляя чрезмерное количество воды проникать в микроорганизм и убивать его (бактерицидное действие). Сульфаниламиды нарушают синтез белка и тем самым замедляют размножение микроорганизмов (бактериостатическое действие). Важным принципом химиотерапии является то, что доза препарата должна быть достаточной силы и должна вводиться через соответствующие интервалы для поддержания необходимой концентрации препарата в крови и тканях.Об эффективности противомикробной терапии судят по динамике симптомов заболевания (например, по снижению температуры тела и нормализации состава крови), а об эффективности противоопухолевой терапии — по исчезновению опухолевых клеток.

Терапевтический эффект лекарства зависит от способа введения и способности лекарства преодолевать тканевые барьеры и накапливаться в пораженных областях. Поскольку в процессе терапии некоторые микроорганизмы или опухолевые клетки могут стать устойчивыми к данному лекарству и могут размножаться, для достижения более полного противомикробного или противоопухолевого эффекта часто используют несколько лекарств в комбинации; например, пенициллин можно комбинировать со стрептомицином, или комбинация цитостатических агентов может быть направлена ​​против опухолевых тканей, которые различаются по метаболизму и скорости деления.Использование антибиотиков и сульфаниламидов помогает бороться с такими инфекционными заболеваниями, как туберкулез, пневмония и скарлатина. Современные комбинации цитостатических агентов могут резко увеличить продолжительность жизни пациентов с болезнью Ходжкина или с некоторыми другими видами рака, а иногда и фактически излечить. Ведутся интенсивные исследования по разработке противовирусных химических препаратов.

Фармакотерапевтические средства могут вызывать нежелательные побочные эффекты.Побочные эффекты могут быть в некоторых случаях вызваны непереносимостью пациентом препарата или аллергическими реакциями; в других случаях они могут быть связаны с токсическим действием больших доз препаратов, как при цитотоксическом заболевании. Современная фармакотерапия, включающая использование психотропных, химиотерапевтических и гормональных препаратов, а также многих других эффективных лекарств, позволяет врачу вмешиваться в течение болезни.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

Вотчал, Б.Е. Очки клинической фармакологии , 2-е изд.М., 1965.
Кассирский И.А., Ю. Л. Милевская. Очки современной клинической терапии , 2-е изд. Ташкент, 1970.
Машковский, М. Д. Лекарственные средства , 7 изд., Ч. 1–2. М., 1972.
Тринус Ф.П. Фармакотерапевтический справочник . Киев, 1972.
Лечебная болезнь . София, 1973. (Пер. С болгар.)

М. Д. М АШКОВСКИЙ и А. И. В ОРОБЬЕВ

Большая советская энциклопедия, 3-е издание (1970–1979).© 2010 The Gale Group, Inc. Все права защищены.

Противовирусная терапия | Рекомендации по лечению COVID-19

Последнее обновление: 3 ноября 2020 г.

Краткие рекомендации
Сводные рекомендации

Ремдесивир — единственный одобренный Управлением по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов препарат для лечения COVID-19. В этом разделе Группа рекомендаций по лечению COVID-19 (Панель) дает рекомендации по использованию противовирусных препаратов для лечения COVID-19 на основе имеющихся данных. Как и при лечении любого заболевания, решения о лечении в конечном итоге принимаются пациентом и его врачом. Дополнительные сведения об этих противовирусных средствах см. В таблице 2.

Ремдесивир

Хлорохин или гидроксихлорохин с азитромицином или без него

  • Panel рекомендует вместо использовать хлорохин или гидроксихлорохин с или без азитромицина для лечения COVID-19 у госпитализированных пациентов (AI) .
  • Для пациентов, не находящихся в стационаре, Panel рекомендует вместо использовать хлорохин или гидроксихлорохин с азитромицином или без него для лечения COVID-19, за исключением клинического исследования (AI) .
  • Panel рекомендует против использование высоких доз хлорохина (600 мг два раза в день в течение 10 дней) для лечения COVID-19 (AI) .

Лопинавир / ритонавир и другие ингибиторы протеазы ВИЧ

  • Группа не рекомендует использовать лопинавир / ритонавир (AI) или другие ингибиторы протеазы ВИЧ (AIII) для лечения COVID-19, за исключением клинических испытаний.

Ивермектин

  • Группа не рекомендует использовать ивермектин для лечения COVID-19, за исключением клинического испытания (AIII) .

Рейтинг рекомендаций:
A = сильный; B = умеренный; C = Необязательно
Рейтинг доказательности: I = Одно или несколько рандомизированных испытаний с клиническими исходами и / или подтвержденными лабораторными конечными точками; II = одно или несколько хорошо спланированных, нерандомизированных испытаний или наблюдательных когортных исследований; III = экспертное мнение

Противовирусная терапия

Поскольку репликация коронавируса 2 (SARS-CoV-2) при тяжелом остром респираторном синдроме приводит ко многим клиническим проявлениям COVID-19, изучаются противовирусные методы лечения COVID-19.Эти препараты подавляют проникновение вируса (через рецептор ангиотензинпревращающего фермента 2 [ACE2] и трансмембранную сериновую протеазу 2 [TMPRSS2]), слияние вирусных мембран и эндоцитоз, или активность 3-химотрипсиноподобной протеазы SARS-CoV-2 ( 3CLpro) и РНК-зависимой РНК-полимеразы. 1 Поскольку репликация вируса может быть особенно активной на ранних стадиях COVID-19, противовирусная терапия может оказать наибольшее влияние до того, как болезнь перейдет в гипервоспалительное состояние, которое может характеризовать более поздние стадии заболевания, включая критическое заболевание. 2 По этой причине необходимо понимать роль противовирусных препаратов в лечении легких, умеренных, тяжелых и критических заболеваний, чтобы оптимизировать лечение людей с COVID-19.

В следующих разделах описывается основная причина использования различных противовирусных препаратов, даются рекомендации Группы по использованию этих препаратов для лечения COVID-19 и обобщаются данные существующих клинических испытаний. Дополнительные противовирусные методы лечения будут добавлены в этот раздел Руководства по мере появления новых данных.

Список литературы

  1. Сандерс Дж. М., Моног М. Л., Йодловски Т. З., Катрелл Дж. Б.. Фармакологические методы лечения коронавирусной болезни 2019 (COVID-19): обзор. JAMA . 2020; 323 (18): 1824-1836. Доступно по адресу: https://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/32282022.
  2. Siddiqi HK, Mehra MR. Болезнь COVID-19 в нативном и иммуносупрессивном состояниях: предложение по клинико-терапевтической стадии. J Пересадка сердца и легких . 2020; 39 (5): 405-407. Доступно на: https: //www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/32362390.

препаратов для таргетной терапии детского лейкоза

В последние годы были разработаны новые лекарства, нацеленные на определенные части раковых клеток. Эти целевые препараты действуют иначе, чем стандартные химиотерапевтические препараты. Их можно использовать вместо или вместе с химиотерапией в некоторых ситуациях, и у них есть побочные эффекты, отличные от химиотерапевтических. Некоторые таргетные препараты могут быть полезны при определенных детских лейкозах.

Ингибиторы BCR-ABL при ХМЛ (и в некоторых случаях ОЛЛ)

Почти все дети с хроническим миелолейкозом (ХМЛ) имеют аномальные хромосомы в лейкозных клетках, известные как филадельфийская хромосома. Эти хромосомы имеют специфическую генную мутацию, известную как BCR-ABL , которая помогает клеткам лейкемии расти.

Целевые препараты, известные как ингибиторы тирозинкиназы (TKI), такие как иматиниб (Gleevec) , дазатиниб (Sprycel) и нилотиниб (Tasigna) атакуют клетки, которые имеют мутацию гена BCR-ABL .Эти препараты очень эффективны в борьбе с лейкемией в течение длительного периода времени у большинства детей, хотя пока не ясно, могут ли они помочь вылечить ХМЛ.

У небольшого числа детей с острым лимфолейкозом (ОЛЛ) также есть филадельфийская хромосома в лейкозных клетках. Исследования показали, что их результат улучшается, когда один из этих целевых препаратов назначается вместе с химиотерапией.

Эти препараты принимают ежедневно в виде таблеток.

Возможные побочные эффекты из этих препаратов включают диарею, тошноту, мышечные боли, усталость и кожную сыпь.Обычно они легкие. Распространенным побочным эффектом является отек вокруг глаз, рук или ног, который может быть вызван воздействием лекарств на сердце. Другие возможные побочные эффекты включают снижение количества эритроцитов и тромбоцитов в начале лечения. Эти препараты также могут замедлить рост ребенка, особенно если их принимать до полового созревания.

Гемтузумаб озогамицин (Милотарг) для AML

Эта таргетная терапия представляет собой моноклональные антитела (искусственный иммунный белок), связанные с химиотерапевтическим препаратом.Антитело действует как сигнал самонаведения, доставляя химиопрепарат к лейкозным клеткам, где он проникает в клетки и убивает их, когда они пытаются разделиться на новые клетки.

Этот препарат можно использовать для лечения некоторых детей с острым миелоидным лейкозом (ОМЛ) в различных ситуациях:

  • Может использоваться как часть начального лечения ОМЛ наряду с химиотерапией.
  • Его можно вводить (обычно самостоятельно), если лейкемия возвращается или больше не поддается лечению.

Этот препарат вводится в вену (внутривенно). При использовании в качестве части первой процедуры его обычно назначают один раз во время фазы индукции и один раз во время консолидации (интенсификации). При использовании для лечения ОМЛ, который вернулся или продолжает расти, его обычно назначают в виде 3 доз с 3-дневным перерывом между каждой дозой.

Наиболее частыми побочными эффектами являются лихорадка, тошнота и рвота, низкий уровень клеток крови (с повышенным риском инфицирования, кровотечения и усталости), отек и язвы во рту, запор, сыпь и головные боли.

Менее распространенные, но более серьезные побочные эффекты могут включать:

  • Тяжелое поражение печени, включая веноокклюзионную болезнь (закупорка вен в печени)
  • Реакции во время инфузии (похожие на аллергическую реакцию). Вашему ребенку, вероятно, будут давать лекарства перед каждой инфузией, чтобы предотвратить это.
  • Серьезные или опасные для жизни инфекции, особенно у людей, которым уже была сделана трансплантация стволовых клеток
  • Изменения сердечного ритма

В настоящее время для лечения ОМЛ у взрослых используются многие другие препараты таргетного действия, и некоторые из них сейчас проходят клинические испытания для применения у детей.(См. «Что нового в исследованиях детской лейкемии?»)

Дифференцирующие агенты для APL

Острый промиелоцитарный лейкоз (ОМЛ) отличается от других подтипов ОМЛ в некоторых важных отношениях. Клетки лейкемии в APL (так называемые бласты) имеют определенные генетические изменения, которые не позволяют им созреть в нормальные белые кровяные тельца. Лекарства, называемые агентами дифференцировки , могут помочь бластам созреть (дифференцироваться) в нормальные белые кровяные тельца. Два из этих препаратов можно использовать для лечения APL:

  • Полностью транс-ретиноевая кислота (ATRA, третиноин)
  • Триоксид мышьяка (ATO)

ATRA — это форма витамина А, которая обычно является частью начального лечения APL.Его назначают вместе с химиотерапией или вместе с АТО. Его также можно использовать на более поздних этапах лечения.

Побочные эффекты ATRA могут включать:

  • Головная боль
  • Лихорадка
  • Сухая кожа и рот
  • Сыпь на коже
  • Опухшие стопы
  • Язвы во рту или горле
  • Зуд
  • Раздражение глаз

Он также может повышать уровень липидов в крови (таких как холестерин и триглицериды).Часто результаты анализа крови печени становятся ненормальными. Эти побочные эффекты часто проходят после прекращения приема препарата.

Триоксид мышьяка (ATO) может действовать аналогично ATRA у пациентов с APL. Его можно назначать вместе с ATRA при начальном лечении APL, но он также полезен при лечении APL, который возвращается после лечения ATRA плюс химиотерапия.

Большинство побочных эффектов ATO слабо выражены и могут включать:

  • Чувство усталости
  • Тошнота
  • Рвота
  • Диарея
  • Боль в животе
  • Повреждение нервов (невропатия), приводящее к онемению и покалыванию в руках и ногах

ATO также может вызывать проблемы с сердечным ритмом, которые иногда могут быть серьезными.

Оба этих препарата могут вызывать серьезный побочный эффект, известный как синдром дифференцировки (ранее называвшийся синдромом ретиноевой кислоты). Это происходит, когда лейкозные клетки выделяют в кровь определенные химические вещества. Чаще всего это наблюдается в течение первых двух недель лечения и у пациентов с высоким содержанием лейкоцитов.

Симптомы могут включать жар, проблемы с дыханием из-за скопления жидкости в легких и вокруг сердца, низкое кровяное давление, повреждение почек и сильное скопление жидкости в других частях тела.Хотя синдром дифференцировки может быть серьезным, его часто можно вылечить, прекратив прием препаратов на некоторое время и назначив стероид, такой как дексаметазон.

Таргетная лекарственная терапия рака печени

По мере того, как исследователи узнают больше об изменениях в клетках, вызывающих рак, они смогли разработать новые лекарства, специально предназначенные для этих изменений. Таргетные препараты действуют иначе, чем стандартные химиотерапевтические препараты (которые описаны в разделе «Химиотерапия рака печени») и часто имеют другие побочные эффекты.

Как и химиотерапия, эти препараты попадают в кровоток и достигают почти всех участков тела, что делает их потенциально полезными против рака, распространившегося на отдаленные части тела. Поскольку стандартная химиотерапия не очень эффективна для большинства пациентов с раком печени, врачи уделяют больше внимания таргетным методам лечения.

Ингибиторы киназ

Киназы — это белки на поверхности клетки или вблизи нее, которые передают важные сигналы в центр управления клеткой.Многие из целевых препаратов, используемых для лечения рака печени, представляют собой ингибиторы киназ . Эти препараты блокируют несколько белков киназ, которые обычно помогают опухолевым клеткам расти одним из двух способов:

  • Некоторые киназы способствуют прямому росту опухолевых клеток.
  • Некоторые киназы помогают опухолям формировать новые кровеносные сосуды, в которых они нуждаются для увеличения (процесс, называемый ангиогенез ).

Блокирование этих белков часто помогает остановить рост рака.

Сорафениб (Нексавар) и ленватиниб (Ленвима)

Один из этих препаратов можно использовать в качестве первого средства для лечения рака печени, если его нельзя вылечить хирургическим путем или если он распространился на другие органы.

Сорафениб — это таблетка, которую принимают два раза в день. Ленватиниб — это таблетка, которую принимают один раз в день.

Сорафениб может лучше работать у людей с раком печени, вызванным гепатитом С.

Регорафениб (Стиварга) и кабозантиниб (Кабометикс)

Эти препараты можно использовать для лечения запущенного рака печени, как правило, если другие методы лечения больше не помогают.

Регорафениб — это таблетка, которую обычно принимают один раз в день в течение 3 недель с перерывом в неделю. Кабозантиниб — это таблетка, которую принимают один раз в день.

Побочные действия ингибиторов киназ

Общие побочные эффекты этих препаратов могут включать усталость, потерю аппетита, синдром ладоней и стоп (покраснение и раздражение кистей и стоп), высокое кровяное давление, потерю веса, диарею и боль в животе.

Менее распространенные, но более серьезные побочные эффекты могут включать проблемы с кровотоком к сердцу, кровотечение, аномальные тесты щитовидной железы и перфорации (отверстия) в желудке или кишечнике.

Моноклональные антитела

Моноклональные антитела — это искусственные версии белков (антител) иммунной системы, которые предназначены для прикрепления к определенной цели. Моноклональные антитела, используемые для лечения рака печени, влияют на способность опухоли образовывать новые кровеносные сосуды, которые должны увеличиваться до определенного размера. Этот рост новых кровеносных сосудов называется ангиогенеза , поэтому эти препараты часто относят к ингибиторам ангиогенеза .

Бевацизумаб (Авастин)

Бевацизумаб — это моноклональное антитело, нацеленное на фактор роста эндотелия сосудов (VEGF), белок, который помогает формированию новых кровеносных сосудов.Этот препарат можно использовать вместе с иммунотерапевтическим препаратом атезолизумаб (Тецентрик) в качестве первого средства лечения рака печени, который не поддается хирургическому лечению или распространился на другие органы.

Этот препарат вводится в вену (IV), как правило, один раз в 3 недели.

Рамуцирумаб (Цирамза)

Рамуцирумаб — это моноклональное антитело, которое нацелено на белок рецептора VEGF (VEGFR) на клетках, что может помочь остановить образование новых кровеносных сосудов. Этот препарат можно использовать для лечения запущенного рака печени, как правило, после того, как другое лечение перестает работать.

Этот препарат вводится в вену (внутривенно) обычно один раз в 2 недели.

Побочные действия ингибиторов ангиогенеза

Общие побочные эффекты этих препаратов могут включать:

  • Высокое кровяное давление
  • Усталость (утомляемость)
  • Кровотечение
  • Низкое количество лейкоцитов (с повышенным риском инфекций)
  • Головные боли
  • Язвы во рту
  • Потеря аппетита
  • Диарея

Редкие, но, возможно, серьезные побочные эффекты могут включать образование тромбов, сильное кровотечение, отверстия (называемые перфорациями) в желудке или кишечнике, проблемы с сердцем и медленное заживление ран.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.