Стронгилоидоз стерколарис: (Strongyloides stercoralis).

Содержание

Стронгилоидоз (угрица кишечная) у человека, руководство

У людей с ослабленной иммунной системой личинки стронгилоид могут проникать в легкие, печень, в головной мозг и в другие внутренние органы нарушая их работу. Когда личинки паразита попадают из полости кишечника в кровеносные сосуды, они могут переносить на себе кишечные бактерии, способные вызвать сепсис (заражение крови).

Чаще всего опасное развитие стронгилоидоза начинается у людей, которые начинают лечение лекарствами снижающими работу иммунной системы (например, кортикостероидные гормоны). Такое лечение может быть необходимым для контроля некоторых болезней (псориаз, болезнь Крона, астма, язвенный колит и пр.) или для предотвращения отторжения трансплантата у людей перенесших пересадку органов.

Диагностика: какие анализы может назначить врач, чтобы выявить стронгилоидоз?

Для того чтобы установить, действительно ли взрослый человек или ребенок болен стронгилоидозом, врач паразитолог может назначить следующие анализы:

Анализ кала на яйца и личинки стронгилоид (кишечных угриц)

Это простой и доступный анализ, который можно сдать в большинстве лабораторий при инфекционных и паразитарных больницах.

Для проведения анализа на стронгилоидоз достаточно всего несколько грамм кала. Чтобы собрать кал, лучше всего использовать специальные одноразовые пластиковые контейнеры, которые можно приобрести в аптеке.

Если в ходе микроскопического анализа кала будут обнаружены яйца или личинки стронгилоид, это будет означать, что человек, сдавший анализ, действительно болен стронгилоидозом.

Отсутствие яиц или личинок кишечных угриц в кале не означает, что взрослый или ребенок точно не заражен. Личинки стронгилоид могут появляться в кале только спустя 3-4 недели после заражения. Более того, выведение личинок из кишечника происходит не постоянно, поэтому не каждый образец кала может содержать их.

Примерно у половины людей, зараженных стронгилоидозом, анализ кала не выявляет этих паразитов, поэтому врачи нередко рекомендуют сдать анализ кала несколько раз в разные дни.

Бетховен – ветеринарная клиника, Красноярск

Совсем недавно в практике врачей «Бетховена» произошёл интересный клинический случай. Мы столкнулись с заболеванием «Стронгилоидоз», которое совсем не характерно для нашего климата. К счастью для нас и наших пациентов наши доктора смогли во время, а, главное, правильно диагностировать это недуг, и подобрать терапию. Наши пациенты уже выздоровели, а мы решили рассказать нашим читателям об этом заболевании.

Strongyloidosis — Стронгилоидоз встречается главным образом у молодых животных при большой плотности.

Возбудители :

1. Strongyloides Stercoralis. Распространённость — тропики, субтропики, но может встречаться и в южной Европе. Хозяин — собака, кошка, человек, приматы.

2, 3 Strongyloides felis, Strongyloides tumefaciens. Хозяин — кошка.

4. Strongyloides planiceps. Хозяин — собака, кошка, лиса.

Морфология и цикл развития

Паразитарная генерация представлена только Партеногенетическими самками размером 2,1 – 2,8 мм.

Отдельные морфологические формы представителей рода Strongyloides приведены на рисунке ниже. Паразитические и свободноживущие генерации чередуются. Паразитические самки живут в тонком кишечнике в криптах люберкиновых желёз. Они продуцируют яйца с рабдитиформными личинками, которые быстро линяют в окружающей среде. Часть их превращается в инвазионные филариформные личинки самок (Гомогония), а другая часть – в свободноживущие непаразитарные генерации самцов и самок (Гетерогения), которые живут в почве. Из яиц этой генерации развиваются инвазионные филариформные личинки, которые созревают как самки в новом хозяине.

Инвазионные личинки проникают в хозяина Перкутанно, гематогенно проходят гепатопульмональную мигрцию и заселяют тонкий кишечник. Препатентный период длится 9 – 14 дней или дольше. Такое непрямое развитие чаще всего встречается в тропических областях. Самки S. stercoralis И S. felis откладывают яйца, из которых уже во время прохода по пищеварительному тракту образуются рабдитиформные личинки I. Напротив, при инвазии S. planiceps выделяются яйца, из которых через 5 дней выходят личинки I. Прямое развитие случается и у S. stercoralis И S. felis, когда в кишечнике личинка I превращается в инвазионную личинку III. Эти личинки либо из кишечника, либо через кожу в перианальной области проникают прямо до тканей хозяина и таким образом происходит Аутоинвазия. В связи с поражением самых молодых возрастных категорий животных некоторые авторы допускают трансплацентарную и галактогенную передачу.

Патогенез и клинические признаки

Заболевание протекает у взрослых особей часто асимптоматически. У щенков сильная инвазия вызывает геморрагический энтерит, дегидратацию организма,анемию и может произойти гибель животного. В результате аутоинвазии паразиты находятся в хозяине от нескольких месяцев до нескольких лет. Иммуносупрессия ведёт к гиперинвазии. Аутоинвазия и гиперинвазия вызывают долговременное поражение, во время которого с калом выделяются в меньшем количестве и инвазионные личинки.

Различные состояния, связанные с иммунной недостаточностью, поддерживают прогрессивное течение инвазии. Заболевание сопровождается геморрагиями и воспалением тонкого кишечника, лёгких и других органов. Может перейти даже в летальный стронгилоидоз. Личинки были обнаружены например в трахее, селезёнке, почках. Были описаны и случаи выделения личинок с Мочой.

Диагностика

При исследовании кала при инвазии S. stercoralis И S. felis обнаруживают активно передвигающихся рабдитиформных личинок размером 230 – 350 μм. Инвазия S. planiceps характерна выделением овальных яиц с тонкой оболочкой размером 62 – 64 х 32 – 36 μм с личинкой, закрученной в виде латинской буквы U.

Лечение

На основании опыта  для лечения стронгилоидозов с большой эффективностью применяется ивермектин по схеме, в некоторых случаях требуется повтор. Обрабатывать надо всех !!! животных в доме. При стронгилоидозе также испытаны — тиабендазол, оксибендазол, левомизол, дорамектин (последние три у сельхоз животных). Пирантел признан неэффективным полностью. Лечение нужно проводить до полного исчезновения личинок.

 

 

Угрица кишечная у человека, признаки заражения и методы избавления

Здоровое состояние нашего организма зависит от множества факторов, в том числе и от наличия в нем различного рода паразитов. Угрица кишечная – это одна из разновидностей круглых гельминтов, относящихся к группе нематодов.

Присутствие паразитического червя в организме человека провоцирует стронгилоидоз. Глистная инвазия имеет преимущественное распространение в странах с тропическим и субтропическим климатом. Знание географического распределения стронгилоидоза имеет большое значение для путешественников, которые могут заразиться паразитом во время пребывания в эндемических районах земного шара, где, по статистике ВОЗ, до 40% населения инфицированы этим нематодом. Случаи заражения на европейском континенте были зафиксированы в южных областях России, Украине и Молдавии.

Структура и циклическое развитие паразита

Впервые (лат. Strongyloides stercoralis, стронгилоидес стеркоралис) угрица кишечная была описана немецким зоологом Рудольфом Лейкартом в 1882 году. Учёный определил, что паразитический червь обладает сложным процессом развития, отличающимся уникальностью от обычного циклического развития нематод. Всего насчитывается 53 вида паразитического гельминта. Половозрелая особь круглого гельминта отличается от прочих представителей нематод отсутствием цвета и имеет полупрозрачный вид. Самка паразитического червя, достигающая в длину 2-3 мм, выглядит более внушительно по сравнению с мужской паразитической особью, размеры которого не превышают 1 мм. Структурное строение паразитического гельминта выглядит следующим образом:

  • с головной части тела идёт равномерное коническое сужение к хвостовой части;
  • ротовая капсула гельминта состоит из двух пар присосочных дисков, с помощью которых паразит удерживается на стенках двенадцатиперстной или тонкой кишки.

Жизнедеятельность мужской особи прекращается после копуляции. Самец удаляется из организма хозяина вместе с каловыми массами. Оплодотворенная самка гельминта откладывает до 40 яиц, которые быстро созревают. Некоторые уже содержат в себе свободнодвижущиеся личинки, которые вместе с испражнениями выходят в окружающую среду. Таким образом, жизненный цикл угрицы кишечной может проходить по двум сценариям:

  1. Из оставшихся в организме хозяина яиц выходят личинки, которые могут пребывать внутри человека долгие годы. По системе кровообращения они разносятся по всем жизненно важным органам. Однако основным местом локализации является кишечник хозяина.
  2. Свободнодвижущиеся личинки паразита, попадая в почву, продолжают «охотиться» за своей жертвой. Внутрь человека они проникают с землей, немытыми овощами и фруктами, зараженной водой. Однако наиболее распространённый способ проникновения – через кожный покров.

Вне зависимости от способа проникновения в человеческий организм, кишечная угрица наносит сокрушающий удар по всем органам жизнедеятельности.

Симптомы и признаки заражения

Местная воспалительная реакция у человека может возникнуть в любом органе, где расположилась личинка кишечной угрицы. Симптомы заражения стронгилоидозом проявляются в зависимости от тяжести инфицирования и индивидуальной реакции организма. Так, паразитическое заболевание может иметь несколько видов клинического состояния:

  • острое местное инфицирование;
  • хроническое поражение с желудочно-кишечной патологией;
  • аллергическая реакция по типу эозинофильной пневмонии;
  • распространение гиперинфекции по всем органам жизнедеятельности.

Последний вид инфицирования весьма распространён среди пациентов с ослабленным иммунитетом, например, у людей с ВИЧ-инфекцией, онкологических больных, лиц после трансплантации органов. У таких категорий пациентов течение болезни протекает тяжело, и, как правило, приводит к тяжёлым необратимым последствиям, вызывая миокардит, паразитемию, менингит и прочие клинические патологии.

Симптоматика при поражении желудочно-кишечного тракта проявляется в следующих состояниях:

  • у человека наблюдается болевой синдром, затрагивающий всю эпигастральную область;
  • тошнота и рвота – это классический признак паразитарной инвазии;
  • вздутие живота;
  • за счёт снижения аппетита, происходит стремительная потеря веса;
  • диарея, чередующаяся с запорами, имеет жидкий стул с пенистой консистенцией и кровяными слизистыми примесями;
  • нестерпимый зуд в анальной области.

Внимание! Дети, страдающие стронгилоидозом, как правило, отстают в развитии, так как длительная кишечная инвазия способствует нарушению обменных процессов, при которых всасывание питательных веществ резко замедляется.

В случае расположения личинок кишечной угрицы под кожей человека, первичные симптомы и признаки заражения, соответствуют аллергической реакции при аутоинвазии. Высыпание может возникать на любом участке тела, однако, наиболее часто страдает кожа ног. Классический признак при попадании под кожу кишечной угрицы – крапивница. Сыпь имеет розовато-красный оттенок, овальной формы. Так как гельминты постоянно перемещаются под кожей, а скорость их движения может достигать 10-15 см/час, то характер высыпания приобретает линейный вид. Внутрикожная миграция личинок паразита образует широкие полосы крапивницы. Такое состояние можно наблюдать у человека от нескольких часов до нескольких дней, пока личинка угрицы не проложит себе путь внутрь организма. При миграции паразита через альвеолы первичное инфицирование лёгких сопровождается следующими симптоматическими признаками:

  • у человека появляются хрипы в лёгких;
  • чувство сдавливания грудной клетки;
  • непродуктивный кашель;
  • одышка;
  • повышение температурного режима.

Вся первичная симптоматика напоминает проявления бронхиальной астмы и/или пневмонии. Осложненная форма стронгилоидоза проявляется в легочном кровотечении, что влечет за собой нагноение и раковую опухоль в органе дыхательной системы.

При диссеминированной форме распространения гельминта по организму в зону поражения могут попасть сердце, печень, почки, органы мочеполовой и эндокринной систем. Центральная нервная система откликается на проникновение «блуждающей» личинки паразита головной болью в лобной, височной или затылочной части. Нередко паразитарное инфицирование приводит к коматозному состоянию больного.

К сожалению, не всегда своевременно удаётся определять признаки и симптомы кишечной угрицы. Лечение и диагностика стронгилоидоза практически не осуществимы в заброшенных и труднодоступных районах стран Африки, Латинской Америки и Океании, где распространено зоонозное инфицирование. Статистика выживаемости в этих эндемических зонах полностью отсутствует.

Диагностика и методы лечения

Эффективное и своевременное лечение кишечной угрицы невозможно без качественной диагностики. Провести лабораторное обследование возможно лишь в специализированных медицинских учреждениях. Биохимический метод диагностирования включает в себя следующие основные виды исследования:

  • микроскопия каловых масс;
  • исследование дуоденального содержимого;
  • определение ферментных составляющих в организме пациента;
  • иммунологическое определение качества и количества внутриклеточных антигенов;
  • аспирационное обследование клеточных суспензий.

Лишь после проведения сложного диагностического обследования консультирующий специалист назначает способ медикаментозного воздействия на стронгилоидоз. Высокая активность и биохимические особенности паразита на личиночной стадии не позволяют эффективно воздействовать на течение болезни. Существует определенный порог, после которого назначаются фармакологические препараты. Эффективность лечения заключается в ударной дозировке лекарственного средства, которая определяется по нескольким клиническим параметрам.

Внимание! Подбор противогельминтных фармакологических групп осуществляет консультирующий специалист.

Среди наиболее высокоэффективных препаратов антигельминтного действия, можно выделить следующие:

  • Ивермектин – противопаразитарный препарат, вызывающий блокировку нервных импульсов гельминтов, что приводит к их дальнейшему параличу и гибели.
  • Мебендазол – синтетическое лекарственное противоглистное средство, обеспечивающее дегенерацию цитоплазматических микротубул гельминта.
  • Альбендазол – препарат обладает эффектом подавления белковой полимеризации, что приводит к разрушению цитоплазмы кишечного тракта круглого гельминта.

После проведения антигельминтной терапии рекомендуется провести контрольное лабораторное биохимическое обследование кала и дуоденального содержимого. В дальнейшем, лечащий врач порекомендует комплекс лечебно-профилактических мероприятий. Кроме качественного медикаментозного лечения, рекомендуется обращать внимание на нетрадиционные способы, которые предлагает народная медицина.

На заметку! Проводить лечение народными средствами можно лишь после согласования с лечащим врачом.

Проверенные и эффективные рецепты:

  • Грецкий орех. Для лечения стронгилоидоза понадобится околоплодник грецкого ореха, который заваривается в кипяченой воде. Отвар рекомендуется пить каждые 3-4 часа в день. Такое лекарство притупит болевой синдром при инфицировании желудочно-кишечного тракта.
  • Щавель. Лечебно-профилактическим средством от инфицирования кишечной угрицей станет отвар из щавеля. На 1 кг свежей травы берется 3 л кипяченой воды. Щавель заливается водой и настаивается в течение 10-12 часов. Принимается лекарственное средство не более 2 раз в день. Разовая доза – 200 мл. Такое лечение не подходит людям с острыми или хроническими патологиями желудочно-кишечного тракта.
  • Пижма – основной ингредиент следующего лекарственного средства. Берутся 3 ст. л. сухого сырья и заливаются стаканом кипяченой воды. Настаивается целебное снадобье 1-1,5 часа. Принимать 3 раза в сутки по 2 ст. л. между приемами пищи.
  • Лекарственный сбор. В состав травяного лекарственного сбора входят следующие ингредиенты: крушина, полынь, девясил и золототысячник. Взятые в равном пропорциональном соотношении (по 2 ст. л.), все компоненты перемешиваются и заливаются 400 мл кипятка. Настаивается лекарственное средство в сухом и тёмном месте в течение 6 часов. Принимать после еды по 100 мл каждый день. Курс лечения определяет консультирующий врач.

Профилактика стронгилоидоза

Невозможно заранее предвидеть вероятность заражения стронгилоидозом. Но, отправляясь в страны с тропическим или субтропическим климатом, путешественник должен вооружить себя знаниями о санитарной и личной гигиене. Это значительно снизит риск паразитарного инфицирования. Итак, обезопасить свой организм от возможного заражения кишечной угрицей можно следующим образом:

  1. Не следует путешествовать босяком.
  2. Руки всегда должны быть чистыми — до и после приёма пищи, посещения туалета, работы с землей и так далее.
  3. В качестве питья использовать только бутилированную воду.
  4. Избегайте открытых источников воды.
  5. Все продукты питания должны проходить санитарную обработку.

Берегите себя и будьте здоровы!   

Серологические и иммунохимические исследования — Сеть медицинских центров МедЛаб в Тамбове

07. Серологические и иммунохимические исследования
Lab_3758 Определение омега-3-индекса 4000
4148 Антитела к COVID-19 (Антитела к полноразмерному S-белку (включающий RBD-фрагмент) SARS-CoV-2), IgG, количественное определение)) 900
Lab_2694 После вакцинации или перенесенного COVID-19, нейтрализующие антитела к коронавирусу SARS-CoV-2, спайковый (S) белок, IgG, количественно. Возможно увеличение срока выполнения до 5 суток. 1350
Lab_3748 После вакцинации препаратом «Спутник V» (Центр Гамалеи), антитела к коронавирусу SARS-CoV-2, спайковый (S) белок, IgG, количественно. Возможно увеличение срока выполнения до 5 суток. 1350
Lab_3757 После вакцинации препаратом «ЭпиВакКорона» (Вектор), антитела к коронавирусу SARS-CoV-2 (COVID-19), спайковый (S) белок, IgG, качественно 1500
Lab_0516 АТ к аденовирусу IgA (anti-Adenovirus IgA) 880
Lab_0514 АТ к аденовирусу IgG (anti-Adenovirus IgG) 880
Lab_0515 АТ к аденовирусу IgM (anti-Adenovirus IgM) 880
Lab_0517 Аспергиллез Aspergillus fumigatus, IgG 800
Lab_3753 Антитела к Borrelia, IgG (иммуноблот) 3300
Lab_3752 Антитела к Borrelia, IgM (иммуноблот) 3300
Lab_0520 Боррелиоз (болезнь Лайма) Borrelia burgdorferi, IgG, титр 500
Lab_0522 Боррелиоз (болезнь Лайма) Borrelia burgdorferi, IgM, титр 500
Lab_0505 Brucella, IgG (бруцеллёз) 850
Lab_0507 Brucella, IgА (бруцеллёз) 1280
Lab_0508 АТ к бруцелле IgM (anti-Brucella IgM) 1200
Lab_0523 Брюшной тиф Антитела к Vi-aнтигену Salmonella typhi 510
Lab_0525 Ветряная оспа Varicella Zoster Virus, IgG 400
Lab_0526 Ветряная оспа Varicella Zoster Virus, IgM 460
Lab_0529 Вирус клещевого энцефалита, IgG 460
Lab_0530 Вирус клещевого энцефалита, IgM 440
Lab_0531 Вирус простого герпеса Herpes Simplex Virus 1, IgG 1000
Lab_0532 Вирус простого герпеса Herpes Simplex Virus 1, IgM 1100
Lab_0533 Вирус простого герпеса Herpes Simplex Virus 1/2, IgG 400
Lab_0534 Вирус простого герпеса Herpes Simplex Virus 1/2, IgM 400
Lab_0535 Вирус простого герпеса Herpes Simplex Virus 2, IgG 1000
Lab_0536 Вирус простого герпеса Herpes Simplex Virus 2, IgM 1100
Lab_0625 Вирус простого герпеса Определение авидности IgG к Herpes simplex virus 1/2 590
Lab_2676 Human Herpes Virus 8, IgG 1500
Lab_0528 АТ к вирусу герпеса 8 типа IgG (anti-HHV-8 IgG) 1200
Lab_0527 Вирус герпеса 6 типа Human Herpes Virus 6, IgG 500
Lab_0540 АТ к Хеликобактер пилори IgM (anti-Helicobacter pylori IgM) 550
Lab_0538 Геликобактериоз Helicobacter pylori, IgA (количественно) 550
Lab_0539 Геликобактериоз Helicobacter pylori, IgG (количественно) 400
Lab_0541 Геликобактериоз Helicobacter pylori, антиген 600
Lab_0542 Fasciola hepatica, IgG (Антитела к печеночным сосальщикам, IgG) 1300
Lab_0544 Taenia solium, IgG (антитела к цистицеркам свиного цепня, IgG) 530
Lab_0546 Амебиаз Entamoeba histolytica, IgG (энтамёба хистолитика)(дизетнерийная амёба) 1250
Lab_0560 Антитела к шистосоме IgG (anti-Schistosoma mansoni IgG) 1320
Lab_0547 Аскаридоз Ascaris lumbricoides, IgG, титр 320
Lab_0559 АТ к эхинококку IgG (anti-Echinococcus IgG) 320
Lab_0548 Борьба с паразитами (Скрининг на гельминты + аскариды Ig G+ лямблии Ig М +лямблии сумм. АТ) 2100
Lab_0549 Клонорхоз Clonorchis sinensis, IgG, титр 650
Lab_2662 Круглые черви рода Anisakis, IgG, титр 1000
Lab_0550 Лямблиоз Giardia lamblia, IgM 460
Lab_0551 Лямблиоз Giardia lamblia, антиген 550
Lab_0552 Лямблиоз Giardia lamblia, антитела 320
Lab_0553 Описторхоз Opistorchis, IgG, титр 320
Lab_0554 Скрининговое обследование на гельминтозы (Opistorchis IgG, Toxocara IgG, Trichinella IgG, Echinococcus IgG) 1000
Lab_0555 Стронгилоидоз Strongyloides stercoralis, IgG ( стронгилойдес стеркоралис)( угрица кишечная) 2000
Lab_0556 Токсокароз Toxocara, IgG, титр 320
Lab_0557 Трихинеллез Trichinella, IgG, титр 320
Lab_0558 Эхинококкоз Echinococcus, IgG, титр 320
Lab_0563 Гепатит А anti-HAV, IgM 400
Lab_0564 Гепатит А anti-HAV, антитела 1040
Lab_0571 anti- HBs-суммарные, ИФА 400
Lab_0565 Гепатит В anti-HBc, IgM 400
Lab_0568 Гепатит В anti-HBc, антитела 400
Lab_0569 Гепатит В anti-HBe, антитела 700
Lab_0570 Гепатит В anti-HBs, антитела 400
Lab_0567 Гепатит В anti-Нвс суммарные, ИФА 450
Lab_0572 Гепатит В HbeAg 700
Lab_0573 Антитела к структурным и неструктурным белкам вируса гепатита С 1200
Lab_0575 Гепатит С anti- НСV IgM, ИФА 600
Lab_0574 Гепатит С Развернутое определение антител к белкам НСV IgG 1500
Lab_0576 Гепатит D anti-HDV, антитела 300
Lab_0578 Гепатит E anti- НЕV IgG, ИФА 800
Lab_0577 Гепатит E anti-HEV, IgM 360
Lab_0581 Дифтерия Corynebacterium diphtheriae, антитела 520
Lab_0582 Столбняк Clostridium tetani, антитела 560
Lab_0512 Yersinia enterocolitica (серотипы O3, O9) Иерсиния энтероколитика 1600
Lab_0513 Yersinia pseudotuberculosis (псевдотуберкулез, кишечный иерсиниоз) 600
Lab_0583 Иерсиниоз и псевдотуберкулез Yersinia pseudotuberculosis, Yersinia enterocolitica, IgG, полуколичественно 400
Lab_0584 Иерсиниоз и псевдотуберкулез Yersinia pseudotuberculosis, Yersinia enterocolitica, IgM, полуколичественно 400
Lab_0585 Иерсиниоз и псевдотуберкулез Yersinia pseudotuberculosis, Yersinia enterocolitica, IgА, полуколичественно 400
Lab_0587 Кандидоз Candida albicans, IgG 400
Lab_1090 Определение токсина А Clostridium difficile (Клостридии диффициле) 2000
Lab_0615 Bordetella pertussis, IgA (коклюш) 1500
Lab_0616 Bordetella pertussis, IgG (коклюш) 1500
Lab_0617 Bordetella pertussis, IgM (коклюш) 1500
Lab_0588 Коклюш anti-Bordetella pertussis, anti-Bordetella parapertussis 650
Lab_0622 АТ к вирусу кори IgM (anti-Measles virus IgM) 700
Lab_0591 Корь Measles Virus, IgG 530
Lab_0592 Краснуха Rubella Virus, IgG (количественно) 360
Lab_0593 Краснуха Rubella Virus, IgM 360
Lab_0626 Определение авидности IgG к Rubella virus 990
Lab_0597 АТ к легионелле IgG (Legionella pneumophila IgG) 1200
Lab_0598 АТ к легионелле Ig M (Legionella pneumophila IgM) 1200
Lab_0600 АТ к лейшмании IgG (anti-Leishmania spp IgG) 1600
Lab_0601 Менингококк Neisseria meningitidis, антитела 700
Lab_0602 Микоплазменная инфекция Mycoplasma hominis, IgA, титр 300
Lab_0603 Микоплазменная инфекция Mycoplasma hominis, IgG, титр 300
Lab_0620 Микоплазменная инфекция Mycoplasma hominis, IgM 550
Lab_0604 Микоплазменная инфекция Mycoplasma pneumoniae, IgA 360
Lab_0605 Микоплазменная инфекция Mycoplasma pneumoniae, IgG, титр 360
Lab_0606 Микоплазменная инфекция Mycoplasma pneumoniae, IgM 360
Lab_0630 4 обязательных анализа 950
Lab_2453 4 обязательных анализа, экспресс 2400
Lab_0645 Сифилис RPR (антикардиолипиновый тест/микрореакция преципитации), титр 200
Lab_0648 Сифилис Treponema pallidum, антитела 350
Lab_0649 Сифилис Treponema pallidum, антитела, ИФА 220
Lab_0652 Сифилис РПГА (реакция пассивной гемагглютинации), титр 220
Lab_0633 HIV 1,2 Ag/Ab Combo (определение антител к ВИЧ типов 1 и 2 и антигена p24) 380
Lab_0611 anti- НАV IgG, ИФА 730
Lab_0610 anti-HAV, IgG 730
Lab_0612 anti-HDV, IgM 1500
Lab_0641 Гепатит В HbsAg, 250
Lab_0644 Гепатит С Anti-HCV, антитела, ИФА 250
Lab_0643 Гепатит С anti-HCV, антитела, ИХЛА 500
Lab_0655 Ротавирус Rotavirus, антиген 360
Lab_0656 Шигеллез anti-Shigella flexneri 1-5, anti-Shigella sonnei 1200
Lab_0694 АТ к парвовирусу В19 IgG (anti-B19 IgG) 1600
Lab_0695 АТ к парвовирусу В19 IgM (anti-B19 IgM) 1600
Lab_2675 Антитела к Poliomyelitis virus, IgG 2400
Lab_0618 Human respiratory syncytial virus, IgG 1550
Lab_0619 Human respiratory syncytial virus, IgM 1630
Lab_0657 Сальмонеллез anti-Salmonella, определение антител к сероварам A, B, C1, C2, D, E 640
Lab_0613 anti-Treponema pallidum, IgG (иммуноблот) 4000
Lab_0614 anti-Treponema pallidum, IgM (иммуноблот) 4000
Lab_0662 Диагностика сифилиса (РИФ) 6650
Lab_0661 Диагностика сифилиса (РИБТ) 7980
Lab_0658 Сифилис Treponema pallidum, IgG в ликворе 400
Lab_0659 Сифилис Treponema pallidum, IgG, титр 300
Lab_0660 Сифилис Treponema pallidum, IgM, титр 300
Lab_0628 РПГА с сыпнотифозным диагностикумом риккетсий Провачека 390
Lab_0627 Определение авидности IgG к Toxoplasma gondii 1750
Lab_0663 Токсоплазмоз Toxoplasma gondii, IgG (количественно) 350
Lab_0664 Токсоплазмоз Toxoplasma gondii, IgM 350
Lab_0665 Токсоплазмоз Toxoplasma gondii, IgА 550
Lab_2466 Токсоплазмоз Антитела к Toxoplasma gondii (IgG) с определением авидности 1500
Lab_0666 Трихомониаз Trichomonas vaginalis, IgG, титр 360
Lab_0629 Серологическая диагностика туберкулеза методом T-SPOT.TB 7000
Lab_0667 Туберкулез Mycobacterium tuberculosis, антитела 660
Lab_0671 Уреаплазменная инфекция anti-Ureaplasma urealyticum, IgM 360
Lab_0669 Уреаплазменная инфекция Ureaplasma urealyticum, IgA, титр 300
Lab_0670 Уреаплазменная инфекция Ureaplasma urealyticum, IgG, титр 300
Lab_0681 АТ к хламидии трахоматис IgA (anti-Chlamydia trachomatis IgA) 400
Lab_0682 Хламидийная инфекция АТ к белку наружной мембраны МОМР и плазмидному белку pgp3 IgG Chlamydia trachomais 800
Lab_0683 Хламидийная инфекция АТ к белку теплового шока (cHSP60) IgG Chlamydia trachomais 800
Lab_0672 Хламидийная инфекция Chlamydia pneumoniae, IgA, титр 300
Lab_0673 Хламидийная инфекция Chlamydia pneumoniae, IgG, титр 300
Lab_0674 Хламидийная инфекция Chlamydia pneumoniae, IgM, титр 300
Lab_0678 Хламидийная инфекция Chlamydia psittaci, IgA 1780
Lab_0680 Хламидийная инфекция Chlamydia psittaci, IgG 1780
Lab_0679 Хламидийная инфекция Chlamydia psittaci, IgM 1780
Lab_0675 Хламидийная инфекция Chlamydia trachomatis, IgA, титр 300
Lab_0676 Хламидийная инфекция Chlamydia trachomatis, IgG, титр 300
Lab_0677 Хламидийная инфекция Chlamydia trachomatis, IgM, титр 300
Lab_2467 Антитела к Cytomegalovirus (IgG) с определением авидности 2500
Lab_0623 Определение авидности IgG к Cytomegalovirus 1900
Lab_0684 Цитомегаловирус Cytomegalovirus предранний белок IEA, IgM, IgG 900
Lab_0685 Цитомегаловирус Cytomegalovirus, IgG 300
Lab_0686 Цитомегаловирус Cytomegalovirus, IgM 400
Lab_0511 Coxsackievirus, IgM энтеровирус Коксаки 1100
Lab_0687 Эпидемический паротит Mumps Virus, IgG 560
Lab_0688 Эпидемический паротит Mumps Virus, IgM 560
Lab_0624 Определение авидности IgG к Epstein-Barr virus VCA 640
Lab_2468 Определение авидности иммуноглобулинов класса IgG к вирусу Эпштейна — Барр 1600
Lab_0690 Эпштейна-Барр вирус Epstein Barr Virus капсидный белок (VCA), IgG 400
Lab_0691 Эпштейна-Барр вирус Epstein Barr Virus капсидный белок (VCA), IgM 400
Lab_0692 Эпштейна-Барр вирус Epstein Barr Virus ранние антигены (EA), IgG 400
Lab_0693 Эпштейна-Барр вирус Epstein Barr Virus ядерный антиген (EBNA), IgG (количественно) 400

Выявление паразитарной инфекции, кто в нас живет?

Пути заражения:

Пути заражения паразитами весьма разнообразны. Чаще всего “пропуском” паразитам в организм служат грязные руки. Они могут попасть в организм через глоток воды, при купании в открытых водоемах. Плохо прожаренный шашлык, вобла или суши также могут быть небезопасны. Заразиться можно при употреблении недостаточно промытых овощей, фруктов и зелени. Нередко в роли передаточного звена выступают домашние питомцы – собаки, кошки, грызуны, попугаи.

Проявления:

У паразитарных заболеваний может не быть четких симптомов. Они могут проявлять себя хронической усталостью, расстройствами аппетита или приступами сильного голода, чувством диском- форта или болями в животе, расстройствами пищеварения, аллергическими заболеваниями, снижением иммунитета, анемией.

Выявление.

При подозрении на паразитарную инфекцию, как правило, делается анализ на яйца глистов. Но точность такой диагностики не превышает 20%. Это связано с тем, что яйца гельминтов появляются в физиологических отправлениях не каждый день, а другие и вовсе их не откладывают. Для повышения достоверности анализ нужно сдавать течение 3 дней подряд. Обнаружить лабораторным методом многих паразитов бывает еще сложнее и дорогостояще. Например, современные лаборатории могут выявить всего 4-5 вида глистов, 3 – 4 вида простейших. Один анализ стоит порядка 150 гривен, то есть проверка только 10 инфекций (без лечения) будет стоит 1500 гривен. А где выявить остальные 100 паразитарный инфекций? Поэтому остальные инфекции остаются нераспознанными.

Именно поэтому используется самый современный метод диагностики паразитарных инфекций (и не только) – метод вегетативно-резонансного тестирования.

Достоверность этого метода составляет около 95 %, потому что выявляет инфекцию, даже если она находится не крови и кишечнике, а глубоко в тканях организма и даже внутриклеточно. Его суть заключается в том, что каждому паразиту характерны электромагнитные колебания своей, строго определенной частоты. Это дает возможность не только обнаружить присутствие паразита в любой стадии его жизненного цикла, но и эффективно его лечить, воздействуя на него этой же электромагнитной частотой в противофазе. Обследование включает диагностику на более 110 распространенных паразитов, среди которых аскарида, острица, власоглав, фасциола, описторхоз, стронгилоидоз, лямблия, токсоплазма,а также бактерию хеликобактер пилори и вирусы гепатита. Исследование занимает около 20 минут, безболезненно и не требует особой подготовки (не следует наносить крем на пальцы рук).

Как с ними расстаться:

В комплексное лечение входит индивидуально подобранное резонансно-частотная терапия на аппаратно-програмном комплексе «ИМЕДИС-Эксперт». Врач индивидуально подбирает эффективные медикаменты, препараты лекарственных растений. Обновление 2020 года: в лечении паразитарных болезней хорошо зарекомендовало себя новое поколение лечебных  приборов Биомедис Тринити, которое может эффективно уничтожать паразиты и простейшие, где бы они не находились в организма.. Подробнее читайте по ссылке 

Также я рекомендую иметь дома для биорезонансного лечения Аппарат ИМЕДИС «Мини-Эксперт-Т» предназначен для домашнего лечения частотного и электромагнитного лечения, профилактики и оздоровления. 

В нашем кабинете мы проводим биорезонансное и частотное лечение приборами “Биомедис ТРИНИТИ” или ДЕТА АП для противопаразитарного, противобактериального и противовирусного лечения.  Курс лечения составляет 3-4 недели , по 1-2 часа 2 раза в день. Мы рекомендуется приобрести  для личного пользования прибор Биомедис Тринити для самостоятельного безмедикаментозного лечения  всей семьи. Либо взять в аренду прибор –  Дета АП, 20 дней 1000 грн, 1 месяц 1300 грн Подробнее

✅Хотите больше разбираться в диагностике и лечении паразитарных инфекций? Изучите наш  ?Курс диагностики и лечения паразитарных инфекций. ЧВы узнаете о диагностике и лечении этой распространенной инфекции. Формат видео mp4 качество HD длительность 1 час 8 минут   – 100€

Полный список обследуемых паразитов (более 110 инфекций).

Клещи, кожные паразиты (30 инфекций ):

Акарида (клещ)Акарида демодикс фолликулорум Акарида дерманиссус (птичий) Акарида глицифагус доместикус Акарида пиемотес Акарида пироглихида Акарида саркоптес (честочный) Акарида тромбикула Акарида тироглифида (сырный) Акарида тироглифида фарина Аноплура (вошь лобковая) Аноплура (вошь
платяная) Аноплура (вошь головная) Аноплура (вошь) Артропода (членистоногие) Цимицидэ (постельные клопы) Дигенеа (пиявка) Диоктофима ренале (свайник) Эктопаразит (кожный паразит) Иксодес рицинус (клещ собачий) Иксодида (панцирный клещ) Иксодоиды (семейство клещей) Сифонаптера (блохи) Сифонаптера кератофилл.галлиуа Сифонаптера стеноцефалид.фелис Сифонаптера пулекс ирританс Сифонаптера спилопсил.куникули Сифонаптера ксенопсилла хеопис Триатома (клоп) Тунга пенетранс (песчаная бл.)

Гельминты (60 гельминтов):

Анкилостома дуоденале Анкилостома канинум Анизакида (круглый червь) Аскарис люмбрикоидес(аскарида) Цестоды (ленточные черви) Клонорхис синенсис Циклофиллидеа(ленточный червь) Цистицеркоз (свиной цепень) Цистицеркус (эхинококк) Дифиллоботр.латум (рыб.лентец) Дипилидиум канинум(лент.червь) Эхинококк (гельминт) Эхинококкус альвеоларис Эхинококкус цистикус Эхинококкус фасциум Эхинококкус гранулезус Эхинококкус мультилокуларис Эхиностома (сосальщик) Энтеробиус вермикуларис (личинка) Эуцестода(истинный лент.червь) Бругиа малайи (нематода) Филяриа (нематода) Лоа лоа (нематода) Онхоцерка вовулюс (нематода) Нематода (Круглый червь) Фасциола гепатика

(печен.сос.) Гельминты, рвота гельминтами Гельминтома (узел гельминтов) Гименолепис нана (карл.цепень) Личинка(стадия разв.гельминта) Личинка мигрирующая Анкилостомы личинка Аскариды личинка Миазис (миаз) Миазис каллифорида Миазис дермато (желудочн.овод) Миазис линеарс мигр.(лош.овод) Миазис остридае (овод) Миазис саркофагида(мухи мясн.) Нематода (круглые черви) Опистрохис фелинеус (кошачий) Парагонимус(легочный сосальщ.) Парагнонимус африканус Парагонимус калиенсис Парагонимус келликотти Парагонимус утеробилатералис Парагонимус вестермани Пентастомида (класс язычковые) Пентастомида армилл.армиллатус Пентастомида линкватула серр. Пентастомида тенионидес Плательминтес (плоские черви) Шистосома (бильгарциоз) Шистосома гематобиум Шистосома интеркалатум Шистосома японикум (б.Катаямы) Шистосома мансони (б.Мэнсона) Стронгилоидес стеркоралис Тэния мультицепс(собач.цепень) Тэния мультицепс Тэния сагината (бычий цепень) Тэния солиум (свиной цепень) Тэния вульпес Тэниида (семейство цепней) Токсокара канис мистакс Трематода (гельминт) Трихинелла спир. (трихинеллез) Трихоцефалус трих. (власоглав) Трихостронгилус Вухерериа банкрофти (филярия)

Простейшие (27 инфекций):

Амеба Изоспора белли Саркоцисты Саркоцистис бовихоминис Саркосистис суихоминис Жгутиконосцы (паразиты тканей) Лямблиа интестиналис (дизентериа.) Лейшманиа Лейшманиа бразилиенсис Лейшманиа доновани (Кала-Азар) Лейшманиа инфантум Лейшманиа тропика Маляриа Маляриа квартана Маляриа тертиана Маляриа тропика Пневмоцистис карни,пневмоцист. Спорозоа (кокцид.Апикомплекса) Спорозоа хоминис Спорозоа линдеманни Спорозоа суихоминис Токлоплазма гонди Трихомонадида (жгутиконосцы) Трихомонас фекалис Трихомонас хоминис Трихомонас тенакс Трихомонас вагиналис Трипаносома бруцеи гамбиенс Трипаносома бруцеи родезиенс Трипаносома крузи Трипаносоматида Цилиатен (балантидиаз

Что такое стронгилоидоз у человека? Его симптомы и лечение

Что такое стронгилоидоз у человека? Его симптомы и лечение чем-то отличаются от других инвазий? Такие вопросы возникают у всех, кому не посчастливилось столкнуться с этим диагнозом.

Название болезни звучит достаточно загадочно. Поэтому многие люди считают эту инвазию чем-то не так давно открытым и страшным. Между тем под термином «стронгилоидоз» подразумевается заражение кишечными угрицами, видом глистов, известным врачам еще с середины XIX столетия.

Что это за инвазия?

Название болезни, как это и принято для паразитарных недугов, произошло от научного наименования червя-возбудителя. Паразит называется Strongyloides stercoralis. Первое определение глиста и описание вызываемой им инвазии было составлено французскими медиками в середине позапрошлого столетия.

Особенность этой инвазии в том, что самоизлечение – невозможно. То есть, заразившийся данным типом паразитов, являющихся представителями большого семейства нематод, станет болеть всю жизнь.

Код МКБ 10 у инвазии не один, значение в классификации зависит от того, в какой форме протекает заболевание:

  1. 0 – кишечная.
  2. В78.1 – кожная.
  3. В78.7 – диссеминированная.
  4. В78.9 – неуточненная.

Эти виды инвазии диагностируются паразитологами наиболее часто. Но кроме них, существуют еще и своего рода подформы, с которыми врачам приходится сталкиваться редко.

Само заболевание имеет вялотекущую форму, независимо от его типа. Острые состояния возникают лишь при стечении определенных обстоятельств – иммунная реакция организма, сопутствующие недуги, стрессы, климатические условия и многие иные нюансы должны совпасть для того, чтобы признаки недуга стали сильно беспокоить больного человека.

Само по себе течение заболевания – бесконечная череда ремиссий и обострений. Но даже при обострении, которое бывает вызвано усилением активности паразита, симптоматика недуга редко беспокоит больного человека. Именно этой особенностью и вызвана широкая распространенность глистной инвазии. Люди болеют годами, заражая при этом окружающих, но не ощущают повода для обращения в медицинское учреждение.

Как протекает?

Течение болезни, безусловно, зависит от того, какие именно органы и ткани бывают поражены паразитом. Однако независимо от того как случилось заражение и где обосновались паразиты, заболевание включает в себя следующие этапы:

  • инкубационный период;
  • миграционная стадия;
  • хроническая, постоянная стадия.

Особенность инвазии заключается в том, что миграционная стадия характерна как для личинок, проходящих инкубацию внутри организма носителя, так и для взрослых паразитов. Одно из негласных названий червя, употребляемых изучающими его учеными, звучит как «блуждающий червь». Это наименование наиболее точно характеризует поведение паразита внутри организма человека.

Первая волна миграции паразита начинается при проникновении в организм носителя через кожу. В этом случае присутствует симптоматика, по которой можно определить начало гельминтоза еще во время инкубации, однако практически ни один заболевший стронгилоидозом человек не обратил внимания на признаки заражения.

Ни в одной стране мира не было ни одного случая обращения к врачам непосредственно после заражения. Признаки же, сопутствующие самостоятельному проникновению личинок, определили в ходе научных экспериментов и исследований особенностей жизнедеятельности червя.

При внедрении личинки в организм человека через кожный покров и начале инкубационного процесса, проходящего в сочетании с первой волной миграции, наблюдается следующее:

  1. Появление плоского красного, иногда малинового или даже свекольного пятна с четкими границами, точно в том месте, где проникли личинки.
  2. Сильный зуд непосредственно на покрасневшем участке.
  3. Горячая кожа в месте покраснения.

У аллергиков и детей дополнительно наблюдается распухание участка очага проникновения личинок и боль при надавливании. Пятно постепенно бледнеет, в нем появляются кровавые точки, похожие на окрашенные отверстия пор. После этого уходит зуд и цвет кожи выравнивается.

Эти признаки характерны исключительно для начала гельминтоза, вызванного самостоятельным внедрением личинок в тело носителя. При их заглатывании или вдыхании таких симптомов нет.

Признаки заражения на самом начальном этапе имеет только кожный путь проникновения личинок, во всех остальных ситуациях инкубационный период и первая волна миграции, то есть путешествие по кровотоку организма носителя не взрослых червей, а личинок, проходят при полном отсутствии дискомфортных ощущений, даже у аллергиков и детей.

Первые дискомфортные ощущения больные начинают испытывать только после взросления червя и начала его размножения, однако это бывает далеко не всегда. Медицине известны случаи, при которых этот вид гельминтоза полностью бессимптомно протекал на протяжении нескольких десятилетий. При этом жизнедеятельность червей привела человека к заболеваниям внутренних органов, которые врачи и лечили, но безуспешно.

Этот случай произошел в 60-х годах на территории одной из советских республик, а именно – в Молдавии. В медицинской литературе описан и более серьезный патогенез, при котором черви сохраняли свою активность в течение почти 80 лет. Конечно же, за это время внутри организма носителя сменилось не одно поколение глистов.

После взросления червя инвазия становится хронической. Ее течение подразумевает смену состояний обострения и затишья. Какие-либо признаки нездоровья появляются исключительно во время обострений гельминтоза. Для этих периодов характерны общие симптомы нездоровья:

  • повышение температуры;
  • нарушение в перистальтике;
  • головные боли;
  • признаки стресса – раздражительность, бессонница;
  • вялость, общая слабость;
  • кашель;
  • ощущение тошноты и специфический привкус во рту;
  • крапивницы или иные виды кожных высыпаний.

Такие проявления возникают независимо от индивидуальных особенностей течения заболевания. Но они всегда бывают дополнены рядом специфических ощущений, характеризующих течение гельминтоза у конкретного человека и зависящих от типа заболевания.

Обострение редко длится дольше недели, поэтому большинство людей лечат простуду в домашних условиях, на которую весьма похожи испытываемые ощущения, вместо того чтобы обратиться к врачам и обследовать свой организм.

Как возникает?

Пути заражения человека личинками возбудителя стронгилоидоза весьма разнообразны. Паразитология выделяет два самых вероятных и наиболее распространенных варианта заражения:

  1. Проглатывание личинок червя.
  2. Самостоятельное проникновение паразита через кожу.

Однако все не столь просто. Личинку можно и вдохнуть. Таких случаев мало, но тем не менее они есть. Экзотический, с точки зрения большинства людей, способ заразиться гельминтозом вовсе не так уж и фантастичен. Попадание червя в носовые пути возможно при вдыхании аромата цветов, растущих близко к земле. В последние годы, в связи с ростом туризма, такие случаи участились.

Самым частым виновником заражения через вдох является цветок изумительной красоты, обладающий невероятно притягательным ароматом. Редко какой отдыхающий при посещении ботанических садов в тропических странах проходит мимо, не наклоняясь к растению. Это «Земляная орхидея» или же – цимбидиум. Источниками личинок могут стать и другие растения, цветущие близко к почве.

Разумеется, если наклониться к цветку и понюхать его, личинки гельминтов в носовые пути не запрыгнут. Но, если прислонить нос к растению, вероятность проникновения паразитов в органы дыхания становится весьма значительна. Поэтому при посещении ботанических садов следует проявлять не меньшую осторожность, чем при походах в контактные зоопарки.

Традиционный и наиболее распространенный вариант заражения гельминтами, вызывающими стронгилоидоз, это заглатывание личинок червя вместе с пищей. То есть, причиной заражения становятся:

  • не промытые, «с грядки», овощи, зелень и ягоды;
  • употребление пищи грязными руками, особенно после работы в саду;
  • питье воды, не подвергавшейся процессу кипячения;
  • употребление продуктов, находившихся в доступности насекомых.

Угрицы – геогельминты. Эти черви могут жить полностью самостоятельно, без нахождения в чьем-либо живом организме. Существует теория, объясняющая миграции нематод внутри тела тем, что паразиты пытаются найти выход. Она касается многих разновидностей гельминтов, в том числе и угриц. Однако у научных институтов на данный момент нет технических возможностей подтвердить эту версию, кажущуюся фантастической. Впрочем, опровергнуть теорию тоже невозможно.

Как бы там ни было, в организм человека личинки попадают из почвы. Они могут присутствовать в грунтовых водах, попавших в водозабор. Могут находиться в почве на полянке, где так и хочется устроить пикник. Именно пикники часто создают ситуацию, при которой становится вероятным заражение этими глистами через кожу.

Самостоятельное проникновение личинок в организм возможно исключительно при контакте оголенного участка тела с почвенным слоем, в котором обитают угрицы. К примеру, для того, чтобы черви проникли под кожу, достаточно опереться ладонью об землю или вытянуть голые ноги. Через ткань личинки угриц не проникают, так же, как и через обувь.

Что происходит после заражения?

Возбудитель инвазии не имеет строгого жизненного цикла при нахождении внутри организма человека. Червь ведет себя по-разному и от чего именно зависит специфика жизнедеятельности угриц ученым до сих пор неизвестно. Однако есть и некоторые общие этапы развития паразита, характерные для большинства случаев выявленных инвазий.

При традиционном способе заражения, то есть в тех случаях, когда личинки угриц были проглочены, червь ведет себя следующим образом:

  1. Мигрирует из желудка в кишечник, оставаясь в двенадцатиперстной кишке или в тонком отделе.
  2. 3-4 недели требуются для того, чтобы из личинки выросла взрослая особь.
  3. Взрослый паразит начинает размножение, откладывая за сутки небольшое количество яиц – от 50 до 60.
  4. Яйца глиста покидают организм человека вместе с калом или же вызревают в кишечнике.
  5. Личинки, высвободившиеся в кишечнике носителя, могут остаться в нем или проникнуть через межклеточное пространство в кровоток и начать миграцию в организме.

Совершенно иначе складывается жизненный цикл паразита при его самостоятельном проникновении в тело человека:

  • Попавшая под кожу личинка угрицы устремляется в кровоток.
  • Вместе с кровью червь попадает в какой-либо из органов. Как правило, угрицы, подобно растущим аскаридам, задерживаются в легких.
  • В дальнейшем червь может остаться внутри органа, например, если он оказался в печени или сердце, либо же, что характерно для легочной формы, подняться в верхние дыхательные пути и оказаться проглоченным, попав таким образом в кишечник.

Нередки случаи, когда при самостоятельном проникновении, паразитические личинки не стремятся к кровяному руслу, а остаются в подкожном слое.

Червь не нуждается в смене носителей. Его яйца одинаково успешно вызревают как в почвенном слое, так и внутри организма человека. При этом для угриц второго поколения нехарактерны такие моменты жизненного цикла, как инкапсуляция или же выползание из кишечника. Паразиты одинаково комфортно себя чувствуют в любых условиях, в которых оказываются.

Но, несмотря на подобную приспособляемость, черви в любой момент могут начать миграцию по организму человека. Точной схемы этого явления нет. Пути миграции глистов этого вида абсолютно индивидуальны и причину начала и конца этого явления паразитологи на данный момент еще не смогли выяснить.

Взрослые глисты могут совершенно внезапно разрушить часть эпителия, мигрировать «прямым путем» в легкие или в другой орган, а потом вернуться в кишечник. Личинки, родившиеся внутри организма носителя, могут всю свою жизнь провести в «родном органе», а могут после высвобождения из яйца устремиться в кровоток.

Как выглядит червь?

Размеры угрицы не особо велики. Взрослая особь в среднем вырастает:

  1. До 2-2,2 мм в длину.
  2. До 0,4 мм в ширину.

Благодаря таким небольшим размерам и форме тела у червей не возникает трудностей в перемещениях внутри организма. Внешне глист схож с ниткой или же с иглой, потому что хвостовой конец туловища похож на острый конус. Глист полупрозрачен, что дает ему возможность нередко оставаться незаметным в рентгеновских лучах.

Угрицы, как и большинство нематод, разнополы. Самка обычно бывает готова к контакту с самцом и началу откладывания яиц через 18-28 дней после трансформации из личинки во взрослую особь.

Яиц паразит откладывает мало, в сравнении с большинством других видов гельминтов. Однако это вовсе не означает, что жизнеспособных личинок у этого вида паразита мало. Угрицы характеризуются стопроцентной жизнеспособностью, то есть если самка отложила 50 яиц, то и личинок на свет появится 50. Срок вызревания яйца ничтожно мал, от одних суток. При неблагоприятных условиях длительность вызревания увеличивается.

Как проявляется эта инвазия?

На проявление болезни влияют индивидуальные особенности развития инвазии. Болезнь с локализацией угриц в одном органе и полным отсутствием перемещений протекает чрезвычайно редко. Как правило, паразитологи сталкиваются с инвазиями смешанного типа или же с гельминтозами, для которых характерны миграции червей, похожие на прогулку, при которых глисты только на время покидают кишечник, вновь возвращаясь в него.

В связи с такой особенностью стронгилоидоза, проявления болезни удобнее рассматривать со стороны систем жизнедеятельности человека, без привязки к определенному этапу инвазии или жизненному циклу червя. Проявления инвазии больной может ощутить исключительно во время ее обострения, на этапе спокойного нахождения паразитов в пределах одного органа симптоматика отсутствует.

Симптомы со стороны органов пищеварения

На возникновение симптомов со стороны пищеварительной системы изначально влияют факторы передачи личинок, то есть вариант заражения. В том случае, если угрицы не попадают в желудок, а из него и в кишечник, этих проявлений инвазии не будет.

Признаки гельминтоза со стороны органов пищеварения заключаются в следующем:

  • боли в животе, без четкой локализации и мышечного спазма, ощущение дискомфорта;
  • вздутие живота, метеоризм;
  • поносы или же запоры;
  • тошнота;
  • снижение или изменение аппетита и жажда;
  • незначительная потеря веса;
  • кожная сыпь и зуд без четкой локализации, эти симптомы возникают у аллергиков и детей.

При большом количестве угриц, скопившихся в кишечнике, а не распространившихся по всему организму, появляются в период обострения такие признаки:

  1. Диареи с маслянистыми фрагментами кала.
  2. Наличие кровяных сгустков в кале.
  3. Слизь, выделяющаяся при дефекации.

У ребенка инвазия при обострении сопровождается повышением температуры тела и рвотой. У взрослых такие проявления отсутствуют.

Симптомы со стороны органов дыхания

Признаки патогенеза со стороны легких и верхних дыхательных путей схожи с началом простуды или же аллергиями. Гельминтоз проявляется так:

  • хрипы и шумы в легких;
  • голосовой сип;
  • сухое покашливание;
  • одышка.

При большом скоплении в легких взрослых червей, симптоматика аналогична пневмонии, начальной стадии воспаления легких или же развивающейся астме. В особо тяжелых случаях инвазия проявляется так же, как туберкулез и синдром Леффлера.

Другие симптомы

У детей инвазия в острой стадии практически всегда сопровождается температурой. Помимо нее, для детского гельминтоза характерно проявление:

  1. Умственной слабости.
  2. Отсталости в развитии.
  3. Ослабления памяти и внимания.

Эти проявления не зависят от того, в острой стадии находится гельминтоз или же в периоде затишья.

Со стороны нервной системы у взрослых людей могут возникать такие проявления:

  • головные боли, схожие с мигренями;
  • ригидность в затылочных мышцах;
  • признаки менингита или же ощущение «горящего мозга».

В тяжелых случаях, когда глистная колония распространена по всему организму носителя, возможно коматозное состояние.

При локализации глистов под кожей, скорость передвижения взрослого паразита в состоянии активности достигает 5-16 см в час. Миграция сопровождается сильнейшим зудом, болью и над траекторией перемещения червя со звучным названием «Стеркоралис» возникает вздувшаяся красная полоса, точно такая же, какую оставляет удар ивовым прутом.

Какой бывает эта инвазия?

Классификация данного гельминтоза носит условный характер. Принято выделять такие виды болезни:

  1. Кишечный.
  2. Кожный.
  3. Легочный.
  4. Смешанный.
  5. Неуточненный.

На практике же конкретный вид гельминтоза не встречается, врачи диагностируют недуг ориентируясь на то, в каком органе глистная колония наиболее многочисленна.

При отсутствии терапии развивающаяся инвазия, независимо от своей разновидности, приводит к таким болезням:

  • мальабсорбция, то есть различные нарушения в усвояемости питательных веществ;
  • кишечная непроходимость, этот недуг вызывает скопление умерших паразитов;
  • перитонит;
  • воспаление аппендикса;
  • внутренние кровотечения, возникают при активных миграциях взрослых червей;
  • обструктивная желтуха;
  • гранулематоз в лёгких;
  • плеврит;
  • ложная пневмония;
  • бронхиальная астма аллергической природы.

Помимо этого, инвазия становится причиной заболеваний сердца и почек.

Как выявляется?

Основой для выявления гельминтоза является лабораторная диагностика, для которой берутся:

  1. Анализ крови на антитела.
  2. Анализ кала.

Проводится и специальное серологическое исследование, которое помимо igg-составляющих выявляет личинок паразита в крови. Разумеется, гемотест покажет их присутствие лишь в том случае, если личинки действительно есть во взятом для анализа биоматериале.

Диагностика включает в себя и следующие процедуры:

  • микроскопия кала по методике Бермана;
  • культуральное исследование кала;
  • ИФА – иммуноферментный анализ;
  • анализ на выявление реакции иммунофлуоресценции;
  • аспирационная биопсия тканей – при необходимости;
  • ПЦР.

Врач может назначить и иные процедуры, в том случае, если вид возбудителя инвазии вызывает сомнения.

Как лечится?

Народными средствами, как и щадящими лекарствами с мягким действием. Данный гельминтоз вылечить невозможно. Клинические рекомендации по терапии стронгилоидоза включают в себя сильнодействующие препараты, такие как:

  1. «Немозол».
  2. «Альбендазол».
  3. «Мебендазол».

Наиболее эффективным же в борьбе с возбудителями стронгилоидоза является «Ивермектин». Результативность его применения достигает 97% после первого курса приема.

Все препараты используются в сочетании с гормональной терапией, то есть приемом глюкокортикоидов. Кроме них, в комплексном лечении в случае необходимости используются антиконвульсанты, то есть лекарства с противосудорожным действием.

Схему лечения, график приема лекарств, их дозировку и длительность курса определяет врач в индивидуальном порядке. При этом доктор руководствуется не только течением самого гельминтоза, но и возрастом пациента, общим состоянием здоровья и иными, индивидуальными нюансами.

Видео: стронгилоидоз (стронгилоид) – диагностика, симптомы и лечение.

Как защититься от заражения?

Профилактика этой инвазии заключается в полном соблюдении личной гигиены и общих санитарных норм в жизни. Также следует избегать:

  • контакта кожи с почвой;
  • употребления непромытых продуктов;
  • питья воды, не подвергавшейся кипячению.

В собственном саду можно использовать в качестве удобрения и средства, обеззараживающего дачные туалеты пестицид карбатиона. Личинки паразита гибнут при контакте с этим веществом. Известь, традиционно применяемая в южных регионах, обладает более слабым эффектом, она не вызывает полной гибели личинок.

вугриця Кишкова — doctor.co.ua

  • При ковтанні личинка, нарешті, потрапляє в тонкий кишечник. Це місце постійного паразитування і розмноження дорослого хробака.
  • У кишечнику зародки вугриці проходять два етапи линьки і перетворюються на статевозрілих самок і самців.
  • Далі самки починають виділяти нові рабдитовидные яйця в зовнішнє середовище і цикл розвитку повторюється.
  • Період міграції личинок з шкіри в легені і слину є самою інвазійних стадією хвороби.

    Важливо!

    Вільно живуть паразити, які з’явилися з рабдитовидных форм, в наступному циклі розмноження можуть стати джерелом филяриевидных личинок. Тому райони з високою поширеністю кишкових угриць визнаються небезпечними незалежно від виявлених видів.

    Шляхи зараження людини

    Захворіти стронгилоидозом може кожна людина незалежно від географії проживання. Інфекція легко поширюється, завдяки розвитку туризму. Зараження людей личинок вугриці кишкової відбувається двома способами.

    Перкутанний

    Личинки активно впроваджуються в шкірні покриви, не викликаючи больових відчуттів. Єдиним симптомом може бути сильний свербіж, зазвичай в районі стоп. У групі ризику знаходяться люди, чия робота пов’язана з обробкою землі, видобутком корисних копалин, розкопками, будівництвом. Часто інфекцію діагностують у любителів відвідувати екзотичні країни.

    Пероральний

    Цей спосіб зараження не залежить від роду діяльності. Вугриця кишкова проникає в організм через рот при вживанні в їжу забруднених продуктів. Личинки можуть бути на овочах, фруктах, у воді або на руках. Їх переносять по ділянці собаки, кішки, мухи, власоглазки, і навіть мурахи. Особливо ризикують заразитися садівники, які вважають, що продукти з городу досить обтерти тканиною. При попаданні в рот, яйця не відразу досягають кишечника, їм потрібно пройти весь етап міграції, який займає 2-3 тижні.

    Важливо!

    Заразитися кишковими угрицами безпосередньо від хворої людини неможливо.

    Симптоматика інфікування та можливі ускладнення

    На ранніх етапах зараження, стронгілоїдоз може протікати безсимптомно. Іноді пацієнти скаржаться на часті алергічні реакції у вигляді висипу на тілі за типом кропив’янки. Їх мучить свербіж і розчухування. Під час міграції личинок у людини часто розвиваються напади кашлю, задухи і різке нездужання. При паразитуванні в кишечнику дорослих угриць у хворих нерідко:

    • піднімається температура;
    • набрякає обличчя;
    • з’являються болі в м’язах і суглобах;
    • порушується травлення;
    • виникають напади нудоти та блювоти;
    • стає нестійким стілець;
    • з’являються періодичні або постійні болі в животі.

    Вугриця кишкова найбільш небезпечна для людей з ослабленим імунітетом і маленьких дітей. Паразит може викликати загострення хронічних хвороб і системних патологій. Нерідко черв’яки стають причиною утворення виразкових вогнищ в кишечнику. При тривалому і агресивному перебігу інвазії у пацієнтів, які приймають імуносупресивні препарати або страждають ВІЛ, можливий летальний результат.

    У нерозвинених країнах, при відсутності відповідної терапії, несприятливий результат стронгілоїдозі реєструють більше ніж у 90% випадках. Якщо інвазія протікає в легкій ступені і повторного інфікування не відбувається, всі самці залишають організм людини після спарювання, а самки гинуть через кілька місяців. При такому сприятливому розвитку хвороби, симптоми вугриці кишкової проходять самостійно.

    Важливо!

    Патогенна дія черв’яків може багаторазово посилитися при затримці рабдитовидных личинок в кишечнику. У цьому разі з них виходять філярії, які постійно мігрують по органах і судинах. При такому розвитку хвороби, діагностують аутоинвазию, яка може тривати до 30 років.

    Діагностика

    Виявити кишкову угрицу допомагає лабораторне вивчення аналізів. Ця методика є простою і дуже показовою. Для дослідження у пацієнта беруть кал, дуоденальне вміст або мокротиння. Метою аналізу є якісне і кількісне виявлення личинок паразита. Для цього застосовують популярну методику Бермана. Вона заснована на використанні природних якостей паразитів. Біологічний матеріал пацієнта завадять в спеціальну сіткову ємність і опускають в теплу воду. Личинки черв’яків, які люблять тепло, залишають калові маси і осідають на дні посудини з водою. Далі лаборант поміщає воду в центрифугу і вивчає осад під мікроскопом.

    Більш сучасним і безпечним методом виявлення інфекції є імунологічна діагностика. У пацієнта беруть кров на антитіла до Strongyloides stercoralis, або на наявність днк черв’яків.

    Методи терапії

    Основним методом терапії є медикаменти. Щоб впоратися зі стронгилоидозом повністю, потрібно знищити і статевозрілих глистів, і личинок. Досягти такого результату можна за допомогою антигельмінтних засобів широкого спектра дії.

    Івермектин

    Кращим засобом від вугриці кишкової визнаний івермектин або препарати на його основі (Стромектол або Мектизан). Ліки продається в аптеках у формі таблеток по 3, 6 або 12 мг. Вартість Івермектину близько 700 рублів за упаковку.

    Активна речовина препарату блокує хлор іонні канальці нервової системи черв’яків і викликає їх параліч, а потім загибель. Виводиться ліки вже через 16 годин після прийому останньої дози.

    Схема терапії залежить від тяжкості інвазії. Зазвичай у дорослих лікування від вугриці кишкової проводять дозуванням 200 мг на кожен кг ваги на добу. Курс не більше 2 днів. Дітям старше двох років застосовують ту ж дозування, а якщо дитина молодше цього віку, йому достатньо приймати 150 мг на кг в день, 2 діб поспіль. Повторний курс рекомендований через 2 тижні.

    Протипоказання до терапії стосуються вагітних у першій половині виношування і людей з надмірною чутливістю до івермектину. При лактації рішення про призначення препарату приймає лікар.

    Відгуки

    Кишкову угрицу мій син підхопив на відпочинку в Туреччині. Відчув нездужання тільки через три тижні. З’явилася температура, пронос та блювота. Поклали в бокс і визнали кишкову інфекцію. Аналіз на паразитів призначили тільки після того, як дізналися, що він відпочивав за кордоном. За результатами крові поставили діагноз стронгілоїдоз. Для лікування ми самі купували Івермектин в таблетках. Терапія пройшла успішно і без наслідків.

    Надія Миколаївна, Красноярськ

    Я брав Івермектин від аскаридозу, до цього пив Пірантел і Декарис, нічого не допомогло, а цей препарат впорався. Нудило тільки від нього сильно.

    Сергій, Московська область

    Албендазол

    Ця речовина є діючим компонентом препаратів під назвами:

    • Бендікс;
    • Немозол;
    • Ворміл;
    • Альбендазол.

    Ці ліки можна придбати в таблетках або суспензії. Вони викликають параліч кишкових угриць та їх швидку загибель. Албендазол знищує як дорослих особин, так і личинок. Дозування для дорослих і дітей від 2 років становить 400 мг на добу, що відповідає двом таблеток по 200 мг або 20 мл суспензії. Курс індивідуальний. Середня вартість препаратів в таблетках від 170 до 300 рублів, за сироп потрібно заплатити не менше 400-600 рублів.

    Кошти з албендазолом протипоказані, вагітним, дітям до 2 років, годуючим матерям і пацієнтам з патологіями нирок і кровотворення. Додатково до специфічних препаратів в терапії стронгілоїдозі застосовують антибіотики, засоби для зміцнення імунітету і вітамінні комплекси.

    Важливо!

    Лікувати кишкову угрицу у дитини слід строго в стаціонарі під наглядом фахівців. Антигельмінтні препарати часто викликають у дітей ряд побічних ефектів, що вимагають призначення екстреної терапії.

    Відгук

    Про кишкової угрице я дізналася, коли проходила обстеження з приводу болю в суглобах. Лікар виявилася молодець і запідозрила глистів, коли я сказала, що їздила на відпочинок у Таїланд. Личинок виявили прямо в кале. Артрит почався саме з причини гельмінтозу. Лікувалася таблетками Немозола. В результаті від угриць позбулася, а суглоби лечу до цих пір.

    Ірина, Камишин

    Народна медицина

    Лікування вугриці кишкової, на відміну від інших гельмінтозів, є важким процесом. Повністю позбутися від цього паразита народними способами не вийде. За допомогою трав і настоїв можна вигнати дорослих особин з кишечника, але міграцію личинок домашніми рецептами зупинити неможливо. У кращому випадку лікування буде безрезультатним, а в гіршому призведе до розвитку ускладнень і погіршить прогноз інвазії. Важка дисемінована форма хвороби часто не піддається навіть лікування аптечними препаратами. Для профілактики домашні засоби також не підходять.

    Важливо!

    Лікувати стронгілоїдоз будь-якої тяжкості слід з допомогою медикаментів і під наглядом фахівця.

    Профілактика

    Уникнути зараження угрицами допоможе дотримання правил гігієни і безпеки. Іноді позбутися легкої інвазії можна тільки попереджаючи повторне інфікування.

    • перед кожним прийомом їжі слід мити руки з милом;
    • овочі та фрукти слід вживати тільки чистими;
    • при земельних роботах потрібно надягати рукавички та взуття;
    • використовувати в якості добрив людські випорожнення не рекомендується;
    • при появі перших симптомів зараження слід відразу пройти діагностику.

    На замітку!

    Гарантованих способів профілактики від зараження угрицами не існує. Вакцини від цих паразитів немає. Тому при відвідуванні районів несприятливих по стронгилоидозу слід бути особливо обережними.

    CDC — Strongyloides — Общая информация

    Что такое стронгилоидоз?

    Стронгилоидоз — заболевание, вызываемое нематодами или аскаридами, относящимися к роду Strongyloides . Хотя в этом роде насчитывается более 40 видов, которые могут инфицировать птиц, рептилий, земноводных, домашний скот и других приматов, Strongyloides stercoralis является основным видом, вызывающим болезни человека. Иногда он поражает приматов, собак и кошек, и было показано, что некоторые штаммы, заражающие собак и приматов, способны вызывать инфекцию у человека.Мы не знаем, могут ли штаммы, заражающие кошек, заразить людей или нет. Личинки мелкие; самые длинные достигают около 600 мкм в длину, поэтому их очень трудно увидеть невооруженным глазом.

    Как люди заражаются стронгилоидом

    ?

    Strongyloides stercoralis классифицируется как гельминт, передающийся через почву. Это означает, что основным способом заражения является контакт с почвой, зараженной свободноживущими личинками. Когда личинки контактируют с кожей, они могут проникнуть в нее и мигрировать по телу, в конечном итоге попадая в тонкий кишечник, где они зарываются и откладывают яйца.В отличие от других гельминтов, передающихся через почву, таких как анкилостомы и власоглавы, яйца которых не вылупляются, пока они не окажутся в окружающей среде, из яиц S. stercoralis вылупляются личинки в кишечнике. Большинство этих личинок будут выделяться со стулом, но некоторые из личинок могут созреть и немедленно повторно заразить хозяина, зарывшись в стенку кишечника или проникнув через кожу вокруг заднего прохода. Эта характеристика S. stercoralis называется аутоинфекцией. Значение аутоинфекции заключается в том, что, если не лечить S.stercoralis , люди могут оставаться инфицированными на протяжении всей жизни.

    Помимо контакта с почвой и аутоинфекции, были отмечены редкие случаи передачи от человека к человеку в следующих случаях:

    • Трансплантация органов
    • Учреждения для людей с когнитивными расстройствами, которым требуется помощь в повседневной жизни
    • Пункты длительного ухода
    • Детские сады
    Где в Соединенных Штатах встречается больше всего случаев стронгилоидоза?

    В США, S.Stercoralis классически связывают с ветеранами военной службы, которые вернулись из тропических регионов, таких как Юго-Восточная Азия и Южный Тихий океан во время Второй мировой войны или из Вьетнама. Небольшие домашние исследования показали очаги инфекции в сельских Аппалачах. Самые высокие показатели в Соединенных Штатах зарегистрированы среди иммигрантов.

    Strongyloides чаще встречается в относительно теплых и влажных районах, в сельской местности и в районах, связанных с сельскохозяйственной деятельностью, но это может произойти где угодно.Это чаще встречается у социально-экономически неблагополучных людей и у институциональных групп населения.

    Каковы признаки и симптомы стронгилоидоза?

    Большинство людей, инфицированных Strongyloides , не имеют симптомов. Те, у кого появляются симптомы, часто имеют неспецифические или общие жалобы. У некоторых людей появляются боли в животе, вздутие живота, изжога, периодические эпизоды диареи и запора, сухой кашель и кожная сыпь. В редких случаях у людей разовьются артрит, проблемы с почками и сердечными заболеваниями.

    Стронгилоидоз может быть тяжелым и опасным для жизни у лиц,

    • Принимаете кортикостероиды (перорально или внутривенно) при обострениях астмы или хронической обструктивной болезни легких (ХОБЛ), волчанке, подагре или других состояниях, требующих стероидов для подавления иммунитета или облегчения симптомов;
    • инфицированы вирусом HTLV-1;
    • Есть гематологические злокачественные новообразования, такие как лейкемия или лимфома; или
    • Являются реципиентами трансплантата.
    Как скоро после контакта появляются симптомы?

    Большинство людей не знают, когда произошло заражение.У тех, кто это делает, сразу же может возникнуть местная сыпь. Кашель обычно возникает через несколько дней. Симптомы со стороны брюшной полости обычно возникают примерно через 2 недели, а личинки могут быть обнаружены в стуле примерно через 3–4 недели.

    Вернуться к началу

    Что мне делать, если я подозреваю, что у меня стронгилоидоз?

    Обратитесь к своему врачу.

    Как диагностируется заражение

    Strongyloides ?

    Strongyloides Инфекцию лучше всего диагностировать с помощью анализа крови.Микроскопическое исследование кала — еще один вариант диагностики, но оно может не обнаружить глистов у всех инфицированных людей.

    Как лечится стронгилоидоз?

    Существуют безопасные и эффективные препараты для лечения инфекции, вызываемой Strongyloides .

    Как можно предотвратить стронгилоидоз?

    Лучший способ предотвратить заражение Strongyloides — носить обувь при ходьбе по земле, избегать контакта с фекалиями или сточными водами и убираться за собаками.Правильный отвод сточных вод и удаление фекалий — ключи к профилактике.

    Вернуться к началу


    Эта информация не предназначена для использования для самодиагностики или вместо консультации с врачом. Если у вас есть какие-либо вопросы о паразитах, описанных выше, или вы думаете, что у вас паразитарная инфекция, проконсультируйтесь с врачом.

    CDC — Strongyloides — Биология

    Возбудители

    Рабдитидная нематода (круглые черви) Strongyloides stercoralis является основным возбудителем стронгилоидоза у людей.Более редкие виды Strongyloides , заражающие человека, — это зоонозные S. fuelleborni ( fülleborni ) subsp. fuelleborni и S. fuelleborni subsp. kellyi , единственным известным в настоящее время хозяином является человек. Strongyloides spp. иногда их называют «острицы» (хотя в некоторых странах это общее название относится к Enterobius vermicularis ).

    Другие животные, ассоциированные с Strongyloides spp., , включая S. myopotami (нутрия), S. procyonis (еноты) и, возможно, другие, могут вызывать легкие кратковременные кожные инфекции у человека-хозяина (личинка currens, «зуд нутрии»), но не вызывают истинного стронгилоидоза.

    Жизненный цикл

    Strongyloides stercoralis

    Жизненный цикл Strongyloides stercoralis сложен, он чередуется между свободноживущими и паразитарными циклами и включает аутоинфекцию.В свободноживущем цикле : рабдитовидных личинок передаются со стулом инфицированного окончательного хозяина, развиваются либо в инфекционных нитевидных личинок (прямое развитие), либо в свободноживущих взрослых самцов и самок, которые спариваются и производят яйца, из которых образуются рабдитообразные личинки. вылупляются и в конечном итоге становятся инфекционными нитевидными (L3) slarvae. Нитевидные личинки проникают через кожу человека-хозяина, чтобы запустить паразитарный цикл (см. Ниже). Это второе поколение нитевидных личинок не может созреть и стать свободноживущими взрослыми особями и должно найти нового хозяина для продолжения жизненного цикла.

    Паразитарный цикл: Нитевидные личинки в зараженной почве проникают через кожу человека при контакте кожи с почвой и мигрируют в тонкий кишечник. Считается, что личинки L3 мигрируют через кровоток и лимфатические сосуды в легкие, где они в конечном итоге откашливаются и проглатываются. Однако личинки L3, по-видимому, способны мигрировать в кишечник альтернативными путями (например, через внутренние органы брюшной полости или соединительную ткань). В тонком кишечнике личинки дважды линяют и становятся взрослыми женскими особями глистов.Самки живут в подслизистой оболочке тонкой кишки и производят яйца посредством партеногенеза (самцы-паразиты не существуют), в результате чего образуются рабдитообразные личинки. Рабдитообразные личинки могут либо передаваться со стулом (см. «Свободный жизненный цикл» выше), либо вызывать аутоинфекцию.

    Личинки Rhabditiform в кишечнике становятся инфекционными нитевидными личинками, которые могут проникать либо через слизистую оболочку кишечника, либо через кожу перианальной области, что приводит к аутоинфекции. После повторного заражения хозяина нитевидными личинками они попадают в легкие, глотку и тонкий кишечник, как описано выше, или распространяются по всему телу.Значение аутоинфекции в Strongyloides заключается в том, что невылеченные случаи могут привести к стойкой инфекции даже после многих десятилетий проживания в неэндемичной зоне и могут способствовать развитию синдрома гиперинфекции.

    Жизненный цикл

    Strongyloides fuelleborni

    Strongyloides fuelleborni следует тому же жизненному циклу, что и S. stercoralis, с тем важным отличием, что яйца (а не личинки) передаются с калом.Яйца вылупляются вскоре после попадания в окружающую среду, высвобождая рабдитовидных личинок, которые развиваются либо до инфекционных нитевидных личинок (прямое развитие), либо до свободноживущих взрослых самцов и самок. Свободноживущие взрослые особи спариваются и производят яйца, из которых вылупляется больше рабдитовидных личинок, которые в конечном итоге становятся инфекционными нитевидными личинками. Личинки нитевидной формы проникают через кожу хозяина человека, чтобы запустить паразитарный цикл. Эти личинки мигрируют через кровоток в легкие, где они в конечном итоге откашливаются и проглатываются, или достигают кишечника путем миграции через соединительную ткань или внутренние органы брюшной полости.В тонком кишечнике личинки дважды линяют и становятся взрослыми самками червей. Самки-паразиты внедряются в подслизистую оболочку тонкой кишки и производят яйца путем партеногенеза (самцы-паразиты не существуют).

    Поскольку яйца не вылупляются внутри хозяина, как в случае S. stercoralis, предполагается, что аутоинфекция невозможна. Трансмиссия S. fuelleborni subsp. Сообщалось о kellyi младенцам в результате грудного вскармливания.

    Хосты

    Strongyloides spp.обычно специфичны для хозяина, и S. stercoralis в первую очередь является паразитом человека. Однако явные инфекции паразитическими самками были обнаружены у других приматов (шимпанзе, обезьяны и т. Д.) И домашних собак. У домашних собак были обнаружены две генетические популяции: одна заражает только собак, а другая может инфицировать как собак, так и людей; все человеческие инфекции были приписаны этой второй генетической популяции. Домашние кошки экспериментально восприимчивы к S.stercoralis , хотя неизвестно, играют ли они роль естественного резервуара.

    Strongyloides fuelleborni subsp. fuelleborni — паразит обезьян и обезьян Старого Света. Единственный идентифицированный хозяин S. fuelleborni subsp. kellyi — люди.

    Географическое распространение

    Strongyloides stercoralis широко распространен в тропических и субтропических регионах по всему миру. Сообщалось о передаче в летние месяцы в районах с умеренным климатом.Инфекции наиболее распространены в районах с плохой санитарией, в сельских и удаленных общинах, институциональных условиях и среди социально маргинализированных групп.

    S. fuelleborni subsp. fuelleborni встречается у нечеловеческих приматов по всему Старому Свету. Подавляющее большинство случаев заражения людей зарегистрировано в странах Африки к югу от Сахары. Спорадические случаи зарегистрированы из Юго-Восточной Азии. S. fuelleborni subsp. kellyi обнаружен в Папуа-Новой Гвинее, и нигде еще не зарегистрирован.

    Первым признаком острого стронгилоидоза, если он вообще заметен, является локализованная зудящая эритематозная сыпь в месте проникновения через кожу. У пациентов может развиться раздражение трахеи и сухой кашель, когда личинки мигрируют из легких вверх через трахею. После попадания личинок в желудочно-кишечный тракт у пациентов может возникнуть диарея, запор, боли в животе и анорексия. Хронический стронгилоидоз обычно протекает бессимптомно, но могут иметь место различные желудочно-кишечные и кожные проявления.Редко у пациентов с хроническим стронгилоидозом могут развиваться другие осложнения (например, артрит, сердечная аритмия, хроническая мальабсорбция, дуоденальная непроходимость, нефротический синдром, рецидивирующая астма). До 75% людей с хроническим стронгилоидозом имеют умеренную периферическую эозинофилию или повышенный уровень IgE.

    Синдром гиперинфекции и диссеминированный стронгилоидоз чаще всего связаны с субклинической инфекцией у пациентов, получающих высокие дозы кортикостероидов. Последующее нарушение иммунитета хозяина приводит к ускоренному автоинфекции и огромному количеству мигрирующих личинок.При хроническом стронгилоидозе и синдроме гиперинфекции личинки ограничиваются желудочно-кишечным трактом и легкими, тогда как при диссеминированном стронгилоидозе личинки проникают во многие органы. Были задокументированы различные системные, желудочно-кишечные, легочные и неврологические признаки / симптомы; осложнения могут быть серьезными. При отсутствии лечения уровень смертности от синдрома гиперинфекции и диссеминированного стронгилоидоза может приближаться к 90%.

    Подкожная миграция нитевидных личинок в аутоинфекционном цикле, или «текущих личинок», проявляется в виде повторяющейся серпигинозной макулопапулезной или крапивницы по ягодицам, промежности и бедрам из-за повторяющейся аутоинфекции.Эта сыпь обычно очень быстро прогрессирует (до 10 см / час).

    У младенцев, инфицированных S. fuelleborni subsp. kellyi, было описано тяжелое, часто смертельное, системное заболевание, включающее энтеропатию с потерей белка, которое иногда проявляется перитонеальным асцитом («синдром вздутого живота») .

    Strongyloides stercoralis: есть, но не замечено

    Curr Opin Infect Dis. Авторская рукопись; доступно в PMC 2011 1 октября.

    Опубликован в окончательной редакции как:

    PMCID: PMC2948977

    NIHMSID: NIHMS237414

    Martin Montes

    1 Instituto de Medicina Tropical Pertana ‘Alexander von в Лиме, ​​Перу

    2 Кафедра внутренней медицины, Отделение инфекционных болезней Техасский университет Медицинский филиал в Галвестоне, Техас, США

    Чару Сони

    2 Кафедра внутренней медицины, Отделение инфекционных болезней Техасского университета Медицинское отделение в Галвестоне, Техас, США

    3 Департамент профилактической медицины и общественного здравоохранения.Медицинский филиал Техасского университета в Галвестоне, Техас, США

    Николас Баррос

    1 Instituto de Medicina Tropical ‘Alexander von Humboldt’ Universidad Peruana Cayetano Heredia в Лиме, ​​Перу

    1 Instituto de Medicina Humbold ‘ ‘Universidad Peruana Cayetano Heredia в Лиме, ​​Перу

    2 Кафедра внутренней медицины, Отделение инфекционных заболеваний Медицинское отделение Техасского университета в Галвестоне, Техас, США

    3 Департамент профилактической медицины и общественного здравоохранения.Медицинский филиал Техасского университета в Галвестоне, Техас, США,

    Автор, ответственный за переписку: Мартин Монтес, доктор медицинских наук, Институт тропической медины `Александра фон Гумбольдта ‘Перуанского университета Каэтано Эредиа Av Honorio Delgado 430 SMP Лима, Перу + 51-1-4823910 ude.mcb @ setnom См. другие статьи в PMC, в которых цитируется опубликованная статья.

    Реферат

    Цель обзора

    Диагностика S. stercoralis часто откладывается из-за пациентов с неспецифическими желудочно-кишечными жалобами, низкой паразитарной нагрузкой и нерегулярным выходом личинок.Хотя существует несколько диагностических методов для обнаружения присутствия S. stercoralis , золотого стандарта не существует. У хозяев с ослабленным иммунитетом (пациенты со злокачественными новообразованиями, трансплантация органов или сопутствующая инфекция HTLV-1 или пациенты, получающие кортикостероидную терапию), аутоинфекция может не контролироваться, если большое количество инвазивных личинок Strongyloides широко распространяются и вызывают гиперинфекцию с диссеминацией, которая может быть фатальной. В этом обзоре будут освещены текущие опубликованные исследования по усовершенствованным методам диагностики S.stercoralis и иммунные механизмы, которые, как считается, ответственны за синдром гиперинфекции.

    Недавние открытия

    Последние достижения в диагностике Strongyloides stercoralis включают систему иммунопреципитации люциферазой, которая демонстрирует повышенную чувствительность и специфичность для обнаружения специфических антител к S. stercoralis , и метод количественной ПЦР в реальном времени для обнаружения S. stercoralis в образцы кала. Тяжелые клинические проявления S.stercoralis , наблюдаемый у пациентов с коинфекцией HTLV-1, был связан с повышенной долей регуляторных Т-клеток, которые могут быть ответственны за притупление эффективных в других отношениях ответов гранулоцитов.

    Резюме

    Стронгилоидоз — серьезная проблема глобального здравоохранения, которую во многих странах недооценивают. Ожидается, что новые диагностические методы улучшат эпидемиологические исследования и меры контроля по профилактике и лечению стронгилоидоза. Необходимы дополнительные исследования, чтобы раскрыть механизмы тяжелых клинических проявлений стронгилоидоза человека.

    Ключевые слова: Strongyloides stercoralis , стронгилоидоз, диагностика, гиперинфекция, иммунология

    Введение

    Strongyloides stercoralis — нематода, эндемичная во влажных тропических регионах (1, 2), в том числе в странах Латинской Америки и Юго-Восточной Азии. (3). Он также эндемичен для юго-востока США и юга Европы, хотя большинство случаев в США встречается у иммигрантов и ветеранов вооруженных сил, которые жили в эндемичных регионах (2).Второй вид Strongyloides, S. fuelleborni , может вызывать стронгилоидоз человека, но встречается реже и в основном встречается в Африке и Папуа-Новой Гвинее (4). S. stercoralis уникален своей способностью реплицироваться в организме человека-хозяина, что позволяет проводить циклы аутоинфекции. Следовательно, стронгилоидоз может сохраняться в течение десятилетий без дальнейшего воздействия экзогенной инфекции (2, 4). По оценкам, распространенность стронгилоидоза составляет от 50 до 100 миллионов инфекций во всем мире; однако точность этих оценок сомнительна из-за низкой чувствительности методов скрининга (2, 5).

    Хронические инфекции S. stercoralis могут протекать бессимптомно или вызывать кожные, желудочно-кишечные и / или легочные симптомы (4). У пациентов с сопутствующей инфекцией Т-клеточно-лимфоцитарного вируса 1 человека (HTLV-1) или у пациентов, получающих кортикостероидную терапию, аутоинфекция может не контролироваться, и большое количество инвазивных личинок Strongyloides могут широко распространяться и вызывать гиперинфекцию, которая может быть фатальной (2). , 6, 7). К другим признанным предрасполагающим условиям или факторам риска инфекции относятся проживание в эндемичных регионах, хроническое недоедание, злокачественные новообразования, трансплантация органов, сахарный диабет, хроническая обструктивная болезнь легких (ХОБЛ), алкоголизм, хроническая почечная недостаточность и грудное молоко от инфицированной матери (7, 8).

    Патогенез

    Strongyloides имеет сложную биологию с двумя отдельными жизненными циклами, свободным жизненным циклом и паразитическим циклом (8, 9). Личинки нитевидной формы в почве заражают человека-хозяина, проникая через неповрежденную кожу, чтобы начать паразитический цикл. Личинки попадают в кровоток, транспортируются в легкие, проникают в альвеолярные пространства, поднимаются по бронхиальному дереву, заглатываются и достигают тонкой кишки (2, 4, 9). Там партеногенетические самки (т. Е. Способные к размножению без самцов) внедряются в слизистую двенадцатиперстной кишки и откладывают зародыши яйца, которые вылупляются in situ, высвобождая рабдитовидных личинок в стенке кишечника (4).Личинки мигрируют в просвет и либо переходят в фекалии, либо созревают в виде нитчатых личинок, которые могут инфицировать слизистую оболочку кишечника или кожу перианальной области, чтобы перезапустить паразитарный цикл (2, 4). Личинки рабдитовидной формы, попавшие в фекалии, могут непосредственно стать заразными нитевидными личинками или пройти свободноживущий цикл развития в почве. Эта адаптивность позволяет паразиту выжить в отсутствие млекопитающих-хозяев (2, 8).

    Исследования на животных показали роль врожденных и адаптивных иммунных механизмов в контроле стронгилоидоза.Врожденный ответ требует, чтобы эозинофилы убивали личинок Strongyloides , которым, в свою очередь, необходим цитокин интерлейкин-5 (ИЛ-5) для своего развития и активации. Эозинофилы служат антигенпрезентирующими клетками и необходимы для оптимального ответа антител. Адаптивный ответ включает продукцию специфических антител (IgG и IgE) и гранулоцитов, которые также необходимы для уничтожения личинок (8, 10). Гельминтные инфекции вызывают ответы Т-хелперов 2 (T H 2), а также могут стимулировать регуляторные Т-клетки (T reg ).T H 2 клетки секретируют интерлейкин-4 (IL-4), IL-5 и другие цитокины, которые способствуют выработке антител B-клетками; вызывают высокий уровень тканевой эозинофилии, мастоцитоза слизистой оболочки и продукции IgE; и контролировать чрезмерные воспалительные реакции, такие как вызванные неограниченным Т-хелпером 1 (T H 1) клеточно-опосредованным воспалением (8, 11). Клетки T reg уменьшают повреждающие воспалительные и иммунные ответы хозяина за счет механизмов межклеточного контакта, ингибирования цитокинов и / или лишения цитокинов.Это предотвращает чрезмерный иммунный ответ с повреждением тканей свидетелем во время ответа хозяина на инфекции (10). Однако клетки T reg могут также притуплять ответы T H 2, такие как зависимая от IL-5 активация эозинофилов, необходимая для уничтожения паразита. Взаимодействие и баланс между ответами клеток-хозяев T H 1, T H 2 и T reg — решающее значение для защиты от паразитарной инфекции (11).

    Клинические проявления

    Спектр заболевания стронгилоидозом включает острую инфекцию с синдромом Лёффлера, хроническую кишечную инфекцию, бессимптомную аутоинфекцию, симптоматическую аутоинфекцию и синдром гиперинфекции с диссеминацией (7, 12).У иммунокомпетентных пациентов обычно развивается бессимптомная, хроническая или слабо симптоматическая инфекция (10). Хронические и симптоматические инфекции могут проявляться жалобами со стороны брюшной полости, такими как дискомфорт, вздутие живота, тошнота, рвота, диарея и анорексия; респираторные жалобы, такие как кашель, одышка и симптомы, имитирующие ХОБЛ или астму; или мимолетная серпигинозная крапивница (личинка currens) при попадании личинок Strongyloides (4, 7, 10). Лабораторные данные обычно неспецифичны и могут включать перемежающуюся эозинофилию (13).

    У пациентов, получающих кортикостероидную терапию или коинфицированных HTLV-1, может развиться синдром гиперинфекции с диссеминацией (10, 13). Синдром гиперинфекции характеризуется спектром желудочно-кишечных жалоб, включая боль в животе, диспепсию, диарею, запор, кишечную непроходимость, непроходимость, энтерит и / или желудочно-кишечное кровотечение. У многих пациентов одновременно наблюдается ухудшение функции легких, которое начинается с хрипов и прогрессирует до геморрагического пневмонита и дыхательной недостаточности.Во время гиперинфекции вторжение филяриформных личинок переносит люминальные бактерии в кровоток и центральную нервную систему, что приводит к бактериемии и менингиту (3, 7, 13). Несмотря на то, что синдром гиперинфекции легко диагностируется из-за высокой паразитарной нагрузки, его трудно лечить, уровень смертности колеблется от 70 до 85 процентов (6, 14). Следует отметить, что пациенты с синдромом гиперинфекции обычно не страдают эозинофилией (12).

    Синдром гиперинфекции с диссеминированием связан с приемом кортикостероидов и инфекцией HTLV-1, которая нарушает функцию гранулоцитов, гуморальный T H 2 и иммунитет слизистой оболочки (12, 15).Иммуносупрессия, индуцированная кортикостероидами, снижает количество циркулирующих эозинофилов, ингибируя пролиферацию и способствуя апоптозу клеток T H 2. Кортикостероиды также вызывают гибель незрелых лимфоцитов и потерю ответа тучных клеток тощей кишки на антигенную стимуляцию Strongyloides после лечения стероидами. HTLV-1, по-видимому, притупляет иммунологический ответ хозяина против паразита. HTLV-1 инфицирует Т-клетки и индуцирует сильный ответ T H 1 и ослабляет ответ T H 2.Это обеспечивает секрецию высоких уровней цитокинов типа 1 (интерферон-гамма) и активацию цитотоксических Т-клеток и естественных клеток-киллеров. В то же время наблюдается снижение цитокинов 2 типа (IL-4, IL-5, IL-13 и IgE). Снижение уровня IL-4 и IgE может снизить функцию тучных клеток, а снижение уровня IL-5 препятствует рекрутированию эозинофилов и способности убивать паразитов (7, 8). Наша группа продемонстрировала увеличение количества паразитов на Strongyloides среди пациентов с коинфекцией по сравнению с пациентами, инфицированными всего Strongyloides .Мы также отметили относительно снижение количества циркулирующих эозинофилов и снижение продукции IL-5, вызванной антигеном, у пациентов с коинфекцией (10). Конечным результатом этих взаимодействий является неадекватный ответ хозяина, который может предрасполагать пациентов с HTLV-1 к увеличению числа паразитов, повреждению органов, бактериемии и смерти (7, 10, 12).

    Другие заболевания, связанные с синдромом гиперинфекции, включают злокачественные новообразования и трансплантацию органов (7, 13). Исследование 77 пациентов с желудочно-кишечным и другими видами рака в Бразилии показало, что пациенты с желудочно-кишечным раком имели в 6-7 раз больше шансов получить положительный результат на S.Ашхабад . Это небольшое исследование подчеркивает важность диагностики Strongyloides у пациентов с раком желудочно-кишечного тракта, проживающих в эндемичных регионах (7, 16). Было опубликовано несколько сообщений о случаях синдрома гиперинфекции у реципиентов трансплантатов почек (17), сердца, легких, кишечника, поджелудочной железы (13), печени (18, 19) и гемопоэтических стволовых клеток периферической крови (20). В большинстве случаев эти пациенты получали кортикостероиды, при этом показатели стронгилоидоза снижались у пациентов, получавших более низкие дозы кортикостероидов.Уровень смертности от синдрома гиперинфекции Strongyloides у пациентов после трансплантации составляет> 50%, что указывает на необходимость ознакомления врачей с действующими руководящими принципами, рекомендующими серологический скрининг или исследование кала для выявления хронического кишечного стронгилоидоза у пациентов из эндемичных регионов, с желудочно-кишечными симптомами или у пациентов с желудочно-кишечными симптомами. эозинофилия до трансплантации (13). Интересно, что в то время как стронгилоидоз распространен среди больных СПИДом в эндемичных регионах, синдром гиперинфекции отмечается редко.Среди больных СПИДом стронгилоидоз чаще ассоциируется с хронической диареей (4, 7, 8).

    Диагноз

    Не существует золотого стандарта для диагностики S. stercoralis , и диагноз часто откладывается или игнорируется из-за пациентов с неспецифическими желудочно-кишечными жалобами (3). Пациенты с хроническим стронгилоидозом обычно имеют низкую паразитарную нагрузку и нерегулярный выход личинок, что чрезвычайно затрудняет диагностику (4). Было проведено сравнение нескольких диагностических методов для выявления присутствия S.stercoralis , включая исследование кала, модифицированную технику Бермана, посев кала на чашке с кровяным агаром, иммуноферментный анализ (ELISA), непрямой флуоресцентный тест на антитела в сыворотке (IFAT), полимеразную цепную реакцию (ПЦР) и аспират или биопсию желудочно-кишечного тракта. Однако все эти методы имеют проблемы с чувствительностью, специфичностью или доступностью в эндемичных районах (1, 4, 7, 21).

    Стул можно исследовать на наличие рабдитовидных личинок в прямых мазках из кала или с помощью методов концентрирования формалин-этилацетат (4).Исследование кала имеет низкую чувствительность: только в 30–50% случаев один образец дает положительный результат (7). Для повышения чувствительности необходимы многократные повторные исследования стула (22). Модифицированный метод концентрирования формалин-этилацетат привел к более высокому уровню извлечения личинок S. stercoralis и, по-видимому, к повышению диагностической эффективности (23). В методе Бермана также используется стул для обнаружения личинок паразитов. Метод Бермана более чувствителен, чем мазок кала, но громоздок и редко доступен в лабораториях клинической паразитологии.Также требуется несколько образцов для достижения адекватной чувствительности (1, 4). В методе культивирования агара кал помещают на чашку с питательным агаром, инкубируют не менее 2 дней и оценивают на наличие видимых следов, образующихся, когда личинки переносят бактерии через агар. Хотя метод агаровой культуры имеет более высокую чувствительность (96%), чем прямой мазок фекалий или метод Бермана, он более трудоемок, отнимает много времени и дорого (4).

    ИФА для выявления антител к неочищенному экстракту филяриформных личинок в сыворотке крови и обладает высокой чувствительностью (83–93%) и специфичностью (95–98%) (4, 7, 22).К сожалению, наличие антител не позволяет различить прошлые и текущие инфекции (4). Тест на антитела Strongyloides может также перекрестно реагировать с другими гельминтозными инфекциями (филяриозом, инфекцией Ascaris lumbricoides и шистосомозом), что ограничивает прогностическую ценность в группах высокого риска (3, 4). И наоборот, для популяций, не инфицированных паразитарными инфекциями, ELISA полезен при диагностике стронгилоидоза. ИФА требует постоянного снабжения нитевидных личинок Strongyloides , что делает его непрактичным диагностическим тестом с ограниченной доступностью (4).Исследователи из Египта разработали ELISA с захватом антигена, который успешно идентифицировал антиген Strongyloides в образцах фекалий инфицированных пациентов (24). Этот ELISA фекалий не давал перекрестной реакции с сыворотками пациентов с Schistosoma mansoni, Fasciola gigantica или Capillaria philippenensis . ИФА фекалий может улучшить диагностику стронгилоидоза.

    В недавнем исследовании описано использование системы иммунопреципитации люциферазой с использованием рекомбинантного S.Антиген Stercoralis для выявления специфических антител в сыворотке крови. Анализ имел лучшую чувствительность (97%) и специфичность (100%), чем ELISA, и не давал перекрестной реакции с образцами сыворотки инфицированных филяриозом пациентов. Его можно проводить быстро (<2,5 часа) и выявлять изменения в ответе антител с течением времени. Еще более быстрая версия этого анализа может быть выполнена менее чем за 2 минуты и может использоваться в качестве экспресс-диагностического теста. Это может быть особенно полезно для пациентов в критическом состоянии с подозрением на синдром гиперинфекции (25).

    Verweij и его коллеги разработали метод ПЦР в реальном времени для обнаружения ДНК S. stercoralis в образцах фекалий с использованием набора праймеров и зондов из последовательности гена 18s рРНК. Анализ был проведен на 145 контрольных образцах, известных положительных образцах фекалий и образцах фекалий из региона Ганы, где Strongyloides является высокоэндемичным с высокой чувствительностью и 100% специфичностью. Образцы стула собирали в этаноле, что позволяло хранить их при комнатной температуре и упрощало транспортировку в учреждения с возможностью ПЦР в реальном времени.Хотя в эндемичных странах с ограниченными ресурсами трудно поддерживать соответствующее оборудование для ПЦР, ПЦР в реальном времени играет многообещающую роль в промышленно развитых странах для обнаружения S. stercoralis и анализа после лечения (21).

    Пациенты с синдромом гиперинфекции с диссеминированием могут предъявлять серьезные жалобы со стороны желудочно-кишечного тракта, такие как желудочно-кишечные кровотечения или язвы, и / или значительные респираторные заболевания, которые приводят к диагностике стронгилоидоза с помощью эндоскопии или бронхоскопии.Хотя эндоскопия и бронхоскопия являются эффективными методами диагностики, они являются инвазивными процедурами и рекомендуются только пациентам с подозрением на обширную инфекцию (4, 7, 26).

    Лечение

    Все пациенты со стронгилоидозом, независимо от тяжести симптомов, нуждаются в лечении для предотвращения долгосрочных осложнений. Варианты лечения включают ивермектин, тиабендазол и альбендазол. Препаратом выбора при стронгилоидозе является ивермектин, убивающий гельминтов в кишечнике в дозе 200 мкг / кг (7).Две дозы вводятся с интервалом в 1–14 дней, что дает показатель излечения 94–100%. Если возможно, можно провести серологические исследования, чтобы гарантировать исчезновение инфекции через 6 и 12 месяцев (22). Тиабендазол в дозе 25 мг / кг перорально два раза в день в течение трех дней является альтернативой при осложненных инфекциях. Альбендазол в дозе 10 мг / кг / сут можно использовать в качестве альтернативы, если ничего другого нет, так как он имеет более низкую эффективность (38–45%) (7, 27).

    Пациенты с синдромом гиперинфекции могут не переносить пероральную терапию и могут получать ивермектин (200 мг / кг) подкожно каждые 48 часов до тех пор, пока они не станут переносить лекарства внутрь.Пациентам требуется более длительный курс ивермектина (до 1 недели) с многократными контрольными исследованиями стула в течение двух недель после этого. Это необходимо для обеспечения уничтожения личинок, поскольку цикл внутреннего развития паразита занимает почти две недели (6, 7, 19). Пациентам с ослабленным иммунитетом для предотвращения рецидива синдрома гиперинфекции, достижения профилактики и лечения можно вводить две дозы ивермектина каждые две недели в течение шести недель (7).

    Заключение

    Стронгилоидоз — серьезная проблема глобального здравоохранения, которую во многих странах недооценивают.Это остается важным гельминтозным заболеванием из-за увеличения числа поездок, миграции из неэндемичных в эндемичные страны, аутоинфекции и риска синдрома гиперинфекции у пациентов с ослабленным иммунитетом. Ожидается, что новые диагностические методы улучшат эпидемиологические исследования и меры контроля по профилактике и лечению стронгилоидоза. Между тем, клиницистам необходимо распознать факторы риска, связанные с инфекцией Strongyloides , и провести обследование пациентов из эндемичных регионов с неопределенными желудочно-кишечными или легочными симптомами до лечения кортикостероидами или трансплантации органов.Также важно отметить, что профилактические меры в эндемичных странах, такие как кампании санитарного просвещения по этому заболеванию, надлежащая санитария посредством надлежащего удаления фекалий, регулярная дегельминтизация и использование защитной обуви, являются достижимыми целями по снижению распространенности стронгилоидоза ( 8).

    Сноски

    Это PDF-файл неотредактированной рукописи, принятой к публикации. В качестве услуги для наших клиентов мы предоставляем эту раннюю версию рукописи.Рукопись будет подвергнута копирайтингу, верстке и проверке полученного доказательства, прежде чем она будет опубликована в окончательной форме для цитирования. Обратите внимание, что во время производственного процесса могут быть обнаружены ошибки, которые могут повлиять на содержание, и все юридические оговорки, относящиеся к журналу, имеют отношение.

    СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

    1. Абрешиа Ф, Фальда А., Карамаски Дж., Скальцини А., Гобби Ф., Ангебен А. и др. Повторное появление стронгилоидоза, север Италии. Emerg Infect Dis. 2009 Сен; 15 (9): 1531–3.[Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar] 3. Агравал В., Агарвал Т., Гошал У. Стронгилоидоз кишечника: диагноз, который часто упускают из виду в тропиках. Trans R Soc Trop Med Hyg. Март 2009 г., 103 (3): 242–6. [PubMed] [Google Scholar] 4. Сиддики А.А., Берк, Стивен Л. Диагностика инфекции Strongyloides stercoralis. Клинические инфекционные болезни. 2001. 33 (7): 1040–7. [PubMed] [Google Scholar] 5 ** Олсен А., Ван Лисхаут Л., Марти Х., Полдерман Т., Полман К., Стейнманн П. и др. Стронгилоидоз — самая запущенная из забытых тропических болезней? Trans R Soc Trop Med Hyg.Октябрь 2009 г .; 103 (10): 967–72. [PubMed] [Google Scholar] В этой статье представлен обзор стронгилоидоза с особым акцентом на методы диагностики и указываются текущие пробелы в знаниях о Strongyloides stercoralis, указывающие на необходимость будущих исследований.6. Миллер М.А., Церковь LWP, Сальгадо, компакт-диск. Гиперинфекция Strongyloides: дилемма лечения. Американский журнал медицинских наук. Октябрь 2008 г., 336 (4): 358–61. Отчеты о случаях. [PubMed] [Google Scholar] 7. Мирда Б. Стронгилоидоз человека: часто выметают щеткой под ковер.Троп Гастроэнтерол. 2009, январь-март; 30 (1): 1–4. 2009. [PubMed] [Google Scholar] 8 * Ириеменам Н., Саньяолу А., Ойибо В., Фагбенро-Бейоку А. Strongyloides stercoralis и иммунный ответ. Parasitol Int. 2010 Март; 59 (1): 9–14. [PubMed] [Google Scholar] Эта статья посвящена Strongyloides stercoralis и иммунной системе у иммунокомпетентных пациентов и пациентов с ослабленным иммунитетом и указывает на стронгилоидоз как на развивающееся глобальное заболевание.10 ** Montes M, Sanchez C, Verdonck K, Lake J, Gonzalez E , Лопес Дж. И др.Регулирующая экспансия Т-клеток при совместной инфекции HTLV-1 и стронгилоидоза связана со снижением ответа IL-5 на антиген Strongyloides stercoralis. PLoS Negl Trop Dis. 2009; 3 (6): e456. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar] Демонстрация иммунокомпетентных пациентов со стронгилоидозом, демонстрирующих более низкую нагрузку на гельминтов, меньшее количество регуляторных Т-клеток, более высокий ответ IL-5 на антиген Strongyloides stercoralis и более высокое количество эозинофилов по сравнению с пациенты с коинфекцией HTLV-1.Предполагается роль регуляторных Т-клеток в восприимчивости к Strongyloides stercoralis и развитии гиперинфекции. Майзельс Р.М., Язданбахш М. Иммунорегуляция паразитами-гельминтами: клеточные и молекулярные механизмы. Nat Rev Immunol. 2003 сентябрь; 3 (9): 733–44. [PubMed] [Google Scholar] 12. Маркос Л.А., Терашима А., Дюпон Х.Л., Готуццо Э. Синдром гиперинфекции Strongyloides: новое глобальное инфекционное заболевание. Труды Королевского общества тропической медицины и гигиены. 2008 Апрель; 102 (4): 314–8.Обзор. [PubMed] [Google Scholar] 13 * Роксби А.С., Готтлиб Г.С., Лимае А.П. Стронгилоидоз у пациентов, перенесших трансплантацию. Клинические инфекционные болезни. 2009, 1 ноября; 49 (9): 1411–23. Обзор отчетов о случаях. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar] В этом исследовании рассматриваются клинические аспекты стронгилоидоза среди пациентов после трансплантации и подчеркивается важность скрининга на хронический стронгилоидоз у пациентов из эндемичных регионов с желудочно-кишечными симптомами или эозинофилией до трансплантации.14. Балагопал А., Миллс Л., Шах А., Субраманиан А. Выявление и лечение синдрома гиперинфекции Strongyloides после трансплантации легких. Инфекционное заболевание трансплантата. 2009 Апрель; 11 (2): 149–54. Обзор отчетов о случаях. [PubMed] [Google Scholar] 15. Бава А.Дж., Тронкосо АР. Гиперинфекция Strongyloides stercoralis у больного СПИДом. Журнал Международной ассоциации врачей по лечению СПИДа: JIAPAC. Июль-август 2009 г.; 8 (4): 235–8. Отчеты о случаях. [PubMed] [Google Scholar] 16. Machado ER, Teixeira EM, Goncalves-Pires MDRF, Loureiro ZM, Araujo RA, Costa-Cruz JM.Паразитологическая и иммунологическая диагностика Strongyloides stercoralis у больных раком желудочно-кишечного тракта. Скандинавский журнал инфекционных болезней. 2008. 40 (2): 154–8. [PubMed] [Google Scholar] 17. Мокаддас Э.М., Шати С., Абдулла А., Нампори Н.Р., Икбал Дж., Наир П.М. и др. Смертельный стронгилоидоз у трех реципиентов почек в Кувейте. Медицинские принципы и практика. 2009. 18 (5): 414–7. Отчеты о случаях. [PubMed] [Google Scholar] 18. Вилела Е.Г., Клементе В.Т., Мира РРЛ, Торрес ХОГ, Велозо Л.Ф., Фонсека Л.П. и др.Синдром гиперинфекции Strongyloides stercoralis после трансплантации печени: отчет о болезни и обзор литературы. Инфекционное заболевание трансплантата. 2009 Апрель; 11 (2): 132–6. Обзор отчетов о случаях. [PubMed] [Google Scholar] 19. Lichtenberger P, Rosa-Cunha I, Morris M, Nishida S, Akpinar E, Gaitan J, et al. Гиперинфекционный стронгилоидоз у реципиента трансплантата печени, получавшего парентеральный ивермектин. Transpl Infect Dis. 2009 Апрель; 11 (2): 137–42. [PubMed] [Google Scholar] 20. Уирк Б., Вингард-младший. Гиперинфекция Strongyloides stercoralis при трансплантации гемопоэтических стволовых клеток.Инфекционное заболевание трансплантата. 2009 Апрель; 11 (2): 143–8. Отчеты о случаях. [PubMed] [Google Scholar] 21. Verweij J, Canales M, Polman K, Ziem J, Brienen E, Polderman A и др. Молекулярная диагностика Strongyloides stercoralis в образцах фекалий с использованием ПЦР в реальном времени. Trans R Soc Trop Med Hyg. 2009 Апрель; 103 (4): 342–6. [PubMed] [Google Scholar] В этом исследовании описывается новая ПЦР в реальном времени для обнаружения Strongyloides stercoralis в фекалиях человека, которая обеспечивает 100% специфичность и двукратное увеличение скорости обнаружения по сравнению с методом седиментации Бермана.Он также указывает на недостатки традиционных методов диагностики. Биггс Б., Каруана С., Михршахи С., Джолли Д., Лейдон Дж., Чеа Л. и др. Ведение хронического стронгилоидоза у иммигрантов и беженцев: полезно ли серологическое тестирование? Am J Trop Med Hyg. 2009 Май; 80 (5): 788–91. [PubMed] [Google Scholar] 23. Анамнарт В., Паттанавонгса А., Интапан П., Малеевонг В. Факторы, влияющие на восстановление личинок Strongyloides stercoralis: подход к недавно модифицированной методике концентрирования формалина-эфира для диагностики стронгилоидоза.J Clin Microbiol. 2010 Янв; 48 (1): 97–100. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar] 24. Эль-Бадри А.А. Копроантиген на основе ELISA при стронгилоидиозе человека: диагностический метод, коррелирующий с бременем червей. J Egypt Soc Parasitol. 2009 декабрь; 39 (3): 757–68. [PubMed] [Google Scholar] 25. Раманатан Р., Бурбело П.Д., Грут С., Ядарола М.Дж., Нева Ф.А., Нутман ТБ. Анализ систем иммунопреципитации люциферазой повышает чувствительность и специфичность диагностики инфекции Strongyloides stercoralis. Журнал инфекционных болезней.1 августа 2008 г .; 198 (3): 444–51. Поддержка сравнительных исследований, N.I.H., Поддержка заочных исследований, N.I.H., очная. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar] 26. Greiner K, Bettencourt J, Semolic C. Strongyloidiasis: обзор и обновление на конкретных примерах. Клиническая лабораторная наука. 2008. 21 (2): 82–8. Обзор отчетов о случаях. [PubMed] [Google Scholar] 27. Супуттамонгкол Й., Кунгпаничкул Н., Сильпасакорн С., Бичинг, штат Нью-Джерси. Эффективность и безопасность однократного ветеринарного препарата ивермектина по сравнению с 7-дневным приемом высоких доз альбендазола при хроническом стронгилоидозе.Международный журнал противомикробных агентов. 2008 Янв; 31 (1): 46–9. Сравнительное исследование Поддержка исследований рандомизированных контролируемых исследований, за пределами США. Правительство. [PubMed] [Google Scholar]

    От фекалий к геному: руководство по выделению и сохранению Strongyloides stercoralis в области генетического и геномного анализа отдельных червей | Паразиты и переносчики

  • 1.

    Альбонико М., Беккер С.Л., Одерматт П., Ангхебен А., Ансельми М., Амор А. и др. StrongNet: международная сеть для улучшения диагностики и доступа к лечению для борьбы с стронгилоидозом.PLoS Negl Trop Dis. 2016; 10: e0004898.

    PubMed
    PubMed Central
    Статья

    Google Scholar

  • 2.

    Bisoffi Z, Buonfrate D, Montresor A, Requena-Mendez A, Munoz J, Krolewiecki AJ, et al. Strongyloides stercoralis : призыв к действию. PLoS Negl Trop Dis. 2013; 7: e2214.

    PubMed
    PubMed Central
    Статья

    Google Scholar

  • 3.

    Olsen A, van Lieshout L, Marti H, Polderman T., Polman K, Steinmann P, et al.Стронгилоидоз — самая запущенная из забытых тропических болезней? Trans R Soc Trop Med Hyg. 2009; 103: 967–72.

    PubMed
    Статья
    PubMed Central

    Google Scholar

  • 4.

    Бетони Дж., Брукер С., Альбонико М., Гейгер С.М., Лукас А., Димерт Д. и др. Глистные инфекции, передающиеся через почву: аскаридоз, трихоцефалез, анкилостомоз. Ланцет. 2006; 367: 1521–32.

    PubMed
    Статья
    PubMed Central

    Google Scholar

  • 5.

    Орехов ТБ. Заражение человека Strongyloides stercoralis и другими родственными Strongyloides видами. Паразитология. 2017; 144: 263–73.

    PubMed
    Статья
    PubMed Central

    Google Scholar

  • 6.

    Пейдж У, Спир Р. Хронический стронгилоидоз — не смотрите, и вы не найдете. Врач Ост Фам. 2016; 45: 40–4.

    PubMed
    PubMed Central

    Google Scholar

  • 7.

    Шар Ф, Джардина Ф, Кхиеу В., Мут С., Вунацу П., Марти Х. и др. Возникновение и факторы риска инфекции Strongyloides stercoralis в Юго-Восточной Азии. Acta Trop. 2016; 159: 227–38.

    PubMed
    Статья
    PubMed Central

    Google Scholar

  • 8.

    Шар Ф., Одерматт П., Кхиеу В., Паннинг М., Дуонг С., Мут С. и др. Оценка ПЦР в реальном времени для Strongyloides stercoralis и анкилостомы как диагностического инструмента у бессимптомных школьников в Камбодже.Acta Trop. 2013; 126: 89–92.

    CAS
    PubMed
    Статья
    PubMed Central

    Google Scholar

  • 9.

    Puthiyakunnon S, Boddu S, Li Y, Zhou X, Wang C, Li J, et al. Стронгилоидоз — понимание его глобальной распространенности и лечения. PLoS Negl Trop Dis. 2014; 8: e3018.

    PubMed
    PubMed Central
    Статья

    Google Scholar

  • 10.

    Schar F, Trostdorf U, Giardina F, Khieu V, Muth S, Marti H, et al. Strongyloides stercoralis : глобальное распространение и факторы риска. PLoS Negl Trop Dis. 2013; 7: e2288.

    PubMed
    PubMed Central
    Статья

    Google Scholar

  • 11.

    Wilson A, Fearon D. Необычная сыпь: Strongyloides stercoralis , проявляющаяся в виде личинок currens у 12-летней девочки с болезнью Крона. J Педиатр детского здоровья. 2019; 55: 364–6.

    PubMed
    Статья
    PubMed Central

    Google Scholar

  • 12.

    Barroso M, Salvador F, Sanchez-Montalva A, Bosch-Nicolau P, Molina I. Strongyloides stercoralis Инфекция: систематический обзор эндемичных случаев в Испании. PLoS Negl Trop Dis. 2019; 13: e0007230.

    PubMed
    PubMed Central
    Статья

    Google Scholar

  • 13.

    Buonfrate D, Baldissera M, Abrescia F, Bassetti M, Caramaschi G, Giobbia M, et al. Эпидемиология Strongyloides stercoralis в северной Италии: результаты многоцентрового исследования случай-контроль, февраль 2013 г. — июль 2014 г.Евронаблюдение. 2016; 21: 30310.

    PubMed Central
    Статья

    Google Scholar

  • 14.

    Winnicki W, Eder M, Mazal P, Mayer FJ, Sengolge G, Wagner L. Распространенность инфекции и гиперинфекционного синдрома Strongyloides stercoralis среди реципиентов почечного аллотрансплантата в Центральной Европе. Научный доклад 2018; 8: 15406.

    PubMed
    PubMed Central
    Статья
    CAS

    Google Scholar

  • 15.

    Джонс Дж. М., Хилл С., Бриггс Дж., Грей Е., Хандали С., МакОлифф И. и др. Заметки с мест: стронгилоидоз в учреждении длительного ухода за инвалидами по развитию — Аризона, 2015. Morb Mortal Wkly Rep. 2016; 65: 608–9.

    Артикул

    Google Scholar

  • 16.

    Leapley A, Cruze A, Mejia-Echeverry A, Stanek D, Quaye E, Vento S и др. Strongyloides Инфекция среди пациентов в учреждении длительного ухода — Флорида, 2010–2012 гг.Morb Mortal Wkly Rep.2013; 62 (42): 844.

    Google Scholar

  • 17.

    Verweij JJ, Canales M, Polman K, Ziem J, Brienen EA, Polderman AM, et al. Молекулярная диагностика Strongyloides stercoralis в образцах фекалий с использованием ПЦР в реальном времени. Trans R Soc Trop Med Hyg. 2009. 103: 342–6.

    CAS
    PubMed
    Статья

    Google Scholar

  • 18.

    Бекназарова М., Барратт JLN, Брэдбери Р.С., Лейн М, Уайти Х, Росс К.Обнаружение классических и загадочных генотипов Strongyloides с помощью глубокого секвенирования ампликонов: предварительное исследование образцов собак и людей, собранных в отдаленных австралийских общинах. PLoS Negl Trop Dis. 2019; 13: e0007241.

    PubMed
    PubMed Central
    Статья

    Google Scholar

  • 19.

    Grove DI. Историческое введение. В: Grove DI, редактор. Стронгилоидоз: серьезная инфекция аскариды. Лондон: Тейлор и Фрэнсис; 1989 г.п. 1–9.

    Google Scholar

  • 20.

    Brumpt E. Strongyloides stercoralis (Бавай, 1877 г.) [на французском языке]. В: Брампт Э., редактор. Précis de parasitologie, 3ème. редакция ред. Париж: Мейсон и Си; 1922. с. 691–7.

    Google Scholar

  • 21.

    Августин Д.Л., Дэви Д.Г. Наблюдения за естественным инфицированием собаки Strongyloides . J Parasitol. 1939; 25: 117–9.

    Артикул

    Google Scholar

  • 22.

    Песок JH. Видообразование и специфичность нематод рода Strongyloides . J Parasitol. 1925; 12: 59–80.

    Артикул

    Google Scholar

  • 23.

    Спир Р. Исследования по систематике Strongyloides (Nematoda; Strongyloididae). Кандидат наук. Диссертация, Университет Джеймса Кука в Северном Квинсленде; 1986.

  • 24.

    Grove DI, Northern C. Инфекция и иммунитет у собак, инфицированных человеческим штаммом Strongyloides stercoralis . Trans R Soc Trop Med Hyg. 1982; 76: 833–8.

    CAS
    PubMed
    Статья
    PubMed Central

    Google Scholar

  • 25.

    Lok JB. Strongyloides stercoralis: модель для трансляционных исследований биологии паразитических нематод (17 февраля 2007 г.). В: Исследовательское сообщество C. elegans , редактор.WormBook WormBook. https://doi.org/10.1895/wormbook.1.134.1, http://www.wormbook.org. 2007.

  • 26.

    Джалета Т.Г., Чжоу С., Бемм Ф.М., Шар Ф., Кхиеу В., Мут С. и др. Различные, но частично совпадающие популяции Strongyloides stercoralis у собак и людей-собак как возможный источник зоонозного стронгилоидоза. PLoS Negl Trop Dis. 2017; 11: e0005752.

    PubMed
    PubMed Central
    Статья

    Google Scholar

  • 27.

    Нагаясу Э, Аунг М., Хортивакул Т., Хино А., Танака Т., Хигасиаракава М. и др. Популяция возможного происхождения патогенных кишечных нематод, Strongyloides stercoralis , выявленная молекулярной филогенией. Научный доклад 2017; 7: 4844.

    PubMed
    PubMed Central
    Статья
    CAS

    Google Scholar

  • 28.

    Basso W, Grandt LM, Magnenat AL, Gottstein B, Campos M. Strongyloides stercoralis Инфекция у импортных и местных собак в Швейцарии: от клиник до молекулярной генетики.Parasitol Res. 2019; 118: 255–66.

    PubMed
    Статья
    PubMed Central

    Google Scholar

  • 29.

    Hasegawa H, Hayashida S, Ikeda Y, Sato H. Гипервариабельные области в 18S рДНК Strongyloides spp. как маркеры для видоспецифической диагностики. Parasitol Res. 2009; 104: 869–74.

    PubMed
    Статья
    PubMed Central

    Google Scholar

  • 30.

    Hasegawa H, Sato H, Fujita S, Nguema PP, Nobusue K, Miyagi K и др. Молекулярная идентификация возбудителя стронгилоидоза человека, приобретенного в Танзании: распространение и разнообразие Strongyloides spp. и их хозяева. Parasitol Int. 2010; 59: 407–13.

    CAS
    PubMed
    Статья
    PubMed Central

    Google Scholar

  • 31.

    Хант В.Л., Цай И.Дж., Коглан А., Рид А.Дж., Холройд Н., Фот Б.Дж. и др. Геномная основа паразитизма в кладе нематод Strongyloides .Нат Жене. 2016; 48: 299–307.

    CAS
    PubMed
    PubMed Central
    Статья

    Google Scholar

  • 32.

    Laymanivong S, Hangvanthong B, Insisiengmay B, Vanisaveth V, Laxachack P, Jongthawin J, et al. Первая молекулярная идентификация и отчет о генетическом разнообразии Strongyloides stercoralis , в настоящее время основного гельминта, передающегося через почву, у людей из Лаосской Народно-Демократической Республики. Parasitol Res. 2016; 115: 2973–80.

    PubMed
    Статья
    PubMed Central

    Google Scholar

  • 33.

    Августин DL. Экспериментальные исследования валидности видов в роду Strongyloides . Am J Hyg. 1940; 32: 24–32.

    Google Scholar

  • 34.

    Спир Р. Идентификация видов Strongyloides . В: Grove DI, редактор. Стронгилоидоз: основная инфекция человека аскаридами.Лондон: Тейлор и Фрэнсис; 1989. с. 11–83.

    Google Scholar

  • 35.

    Zhou S, Fu X, Pei P, Kucka M, Liu J, Tang L, et al. Характеристика бесполой популяции Strongyloides stercoralis с гибридными гаплотипами рДНК 18S в Гуанси. Южный Китай. PLoS Negl Trop Dis. 2019; 13: e0007396.

    PubMed
    Статья
    PubMed Central

    Google Scholar

  • 36.

    Маленький MD. Сравнительная морфология шести видов Strongyloides (Nematoda) и переопределение рода. J Parasitol. 1966; 52: 69–84.

    CAS
    PubMed
    Статья
    PubMed Central

    Google Scholar

  • 37.

    Schad GA. Морфология и анамнез Strongyloides stercoralis . В: Grove DI, редактор. Стронгилоидоз: основная инфекция человека аскаридами. Лондон: Тейлор и Фрэнсис; 1989 г.п. 85–104.

    Google Scholar

  • 38.

    Hasegawa H, Kalousova B, McLennan MR, Modry D, Profousova-Psenkova I, Shutt-Phillips KA, et al. Strongyloides заражения людей и человекообразных обезьян в охраняемых районах Дзанга-Сангха, Центральноафриканская Республика, и в фрагментах деградированных лесов в Булинди, Уганда. Parasitol Int. 2016; 65: 367–70.

    PubMed
    Статья
    PubMed Central

    Google Scholar

  • 39.

    Blaxter ML, De Ley P, Garey JR, Liu LX, Scheldeman P, Vierstraete A и др. Молекулярная эволюционная основа для филума нематод. Природа. 1998. 392: 71–5.

    CAS
    PubMed
    Статья

    Google Scholar

  • 40.

    Доррис М., Вини М.Э., Блэкстер М.Л. Молекулярно-филогенетический анализ рода Strongyloides и родственных нематод. Int J Parasitol. 2002; 32: 1507–17.

    CAS
    PubMed
    Статья
    PubMed Central

    Google Scholar

  • 41.

    Флойд Р., Абебе Э., Паперт А., Блэкстер М. Молекулярные штрих-коды для идентификации почвенных нематод. Mol Ecol. 2002; 11: 839–50.

    CAS
    PubMed
    Статья
    PubMed Central

    Google Scholar

  • 42.

    Накачва Р., Киггунду А., Талвана Х., Намаганда Дж., Лилли С., Тушемереирве В. и др. Ген рРНК нематоды 18S — надежный инструмент для оценки экологической биобезопасности трансгенных бананов в ограниченных полевых испытаниях. Transgenic Res.2013; 22: 1003–10.

    CAS
    PubMed
    Статья
    PubMed Central

    Google Scholar

  • 43.

    Андерсон Дж., Упадхаяй Р., Судимак Д., Наир С., Леланд М., Уильямс Дж. Т. и др. Trichuris sp. и Strongyloides sp. инфекции в колонии павианов на свободе. J Parasitol. 2012; 98: 205–8.

    CAS
    PubMed
    Статья
    PubMed Central

    Google Scholar

  • 44.

    Schar F, Guo L, Streit A, Khieu V, Muth S, Marti H, et al. Strongyloides stercoralis генотипов у людей в Камбодже. Parasitol Int. 2014; 63: 533–6.

    PubMed
    Статья
    PubMed Central

    Google Scholar

  • 45.

    Adey A, Morrison HG, Xun X, Kitzman JO, Turner EH, et al. Быстрое конструирование библиотек фрагментов дробовика с малым вводом и смещением путем транспозиции in vitro с высокой плотностью. Genome Biol. 2010; 11: R119.

    CAS
    PubMed
    PubMed Central
    Статья

    Google Scholar

  • 46.

    Пичелли С., Бьорклунд А.К., Рейниус Б., Сагассер С., Винберг Г., Сандберг Р. Процедуры транспозазы и тегирования Tn5 для крупномасштабных проектов секвенирования. Genome Res. 2014; 24: 2033–40.

    CAS
    PubMed
    PubMed Central
    Статья

    Google Scholar

  • 47.

    Ли Х, Дурбин Р.Быстрое и точное выравнивание с длинным считыванием с преобразованием Барроуза – Уиллера. Биоинформатика. 2010; 26: 589–95.

    PubMed
    PubMed Central
    Статья
    CAS

    Google Scholar

  • 48.

    Оконечников К., Конеса А., Гарсия-Алькальде Ф. Qualimap 2: расширенный контроль качества нескольких образцов для данных высокопроизводительного секвенирования. Биоинформатика. 2016; 32: 292–4.

    CAS
    PubMed
    PubMed Central

    Google Scholar

  • Геномные исследования Strongyloides stercoralis в северном и западном Таиланде | Паразиты и переносчики

  • 1.

    Орехов ТБ. Заражение человека Strongyloides stercoralis и другими родственными Strongyloides видами. Паразитология. 2017; 144: 263–73.

    Артикул

    Google Scholar

  • 2.

    Альбонико М., Беккер С.Л., Одерматт П., Ангебен А., Ансельми М., Амор А. и др. StrongNet: международная сеть для улучшения диагностики и доступа к лечению для борьбы с стронгилоидозом. PLoS Negl Trop Dis. 2016; 10: e0004898.

    Артикул

    Google Scholar

  • 3.

    Bisoffi Z, Buonfrate D, Montresor A, Requena-Mendez A, Munoz J, Krolewiecki AJ, et al. Strongyloides stercoralis : призыв к действию. PLoS Negl Trop Dis. 2013; 7: e2214.

    Артикул

    Google Scholar

  • 4.

    Olsen A, van Lieshout L, Marti H, Polderman T., Polman K, Steinmann P, et al. Стронгилоидоз — самая запущенная из запущенных тропических болезней? Trans R Soc Trop Med Hyg. 2009; 103: 967–72.

    Артикул

    Google Scholar

  • 5.

    Бетони Дж., Брукер С., Альбонико М., Гейгер С.М., Лукас А., Димерт Д. и др. Глистные инфекции, передающиеся через почву: аскаридоз, трихоцефалез, анкилостомоз. Ланцет. 2006; 367: 1521–32.

    Артикул

    Google Scholar

  • 6.

    Пейдж У, Спир Р. Хронический стронгилоидоз — не смотрите, и вы не найдете. Врач Ост Фам. 2016; 45: 40–4.

    PubMed

    Google Scholar

  • 7.

    Schär F, Giardina F, Khieu V, Muth S, Vounatsou P, Marti H, et al. Возникновение и факторы риска инфекции Strongyloides stercoralis в Юго-Восточной Азии. Acta Trop. 2016; 159: 227–38.

    Артикул

    Google Scholar

  • 8.

    Шер Ф., Одерматт П., Кхиеу В., Паннинг М., Дуонг С., Мут С. и др. Оценка ПЦР в реальном времени для Strongyloides stercoralis и анкилостомы как диагностического инструмента у бессимптомных школьников в Камбодже.Acta Trop. 2013; 126: 89–92.

    Артикул

    Google Scholar

  • 9.

    Viney ME, Ashford RW, Barnish G. Таксономическое исследование Strongyloides Grassi, 1879 (Nematoda) со специальной ссылкой на Strongyloides fuelleborni von Linstow, 1905 у человека в Папуа-Новой Гвинее и описание новый подвид. Syst Parasitol. 1991; 18: 95–109.

    Артикул

    Google Scholar

  • 10.

    Доррис М, Вайни МЭ, Блэкстер МЛ. Молекулярно-филогенетический анализ рода Strongyloides и родственных нематод. Int J Parasitol. 2002; 32: 1507–17.

    CAS
    Статья

    Google Scholar

  • 11.

    Basso W, Grandt LM, Magnenat AL, Gottstein B, Campos M. Strongyloides stercoralis Инфекция у импортных и местных собак в Швейцарии: от клиник до молекулярной генетики. Parasitol Res. 2019; 118: 255–66.

    Артикул

    Google Scholar

  • 12.

    Beknazarova M, Barratt JLN, Bradbury RS, Lane M, Whiley H, Ross K. Обнаружение классических и загадочных генотипов Strongyloides с помощью глубокого секвенирования ампликонов: предварительное исследование образцов собак и людей, собранных в отдаленной Австралии сообщества. PLoS Negl Trop Dis. 2019; 13: e0007241.

    Артикул

    Google Scholar

  • 13.

    Hasegawa H, Hayashida S, Ikeda Y, Sato H. Гипервариабельные области в 18S рДНК Strongyloides spp. как маркеры для видоспецифической диагностики. Parasitol Res. 2009; 104: 869–74.

    Артикул

    Google Scholar

  • 14.

    Hasegawa H, Kalousova B, McLennan MR, Modry D, Profousova-Psenkova I, Shutt-Phillips KA, et al. Strongyloides заражения людей и человекообразных обезьян в охраняемых территориях Дзанга-Сангха, Центральноафриканская Республика и в деградированных лесных фрагментах в Булинди.Уганда. Parasitol Int. 2016; 65: 367–70.

    Артикул

    Google Scholar

  • 15.

    Хасегава Х., Сато Х., Фудзита С., Нгема П.П., Нобусуэ К., Мияги К. и др. Молекулярная идентификация возбудителя стронгилоидоза человека, приобретенного в Танзании: распространение и разнообразие Strongyloides spp. и их хозяева. Parasitol Int. 2010; 59: 407–13.

    CAS
    Статья

    Google Scholar

  • 16.

    Джалета Т.Г., Чжоу С., Бемм Ф.М., Шар Ф., Кхиеу В., Мут С. и др. Различные, но частично совпадающие популяции Strongyloides stercoralis у собак и людей — собаки как возможный источник зоонозного стронгилоидоза. PLoS Negl Trop Dis. 2017; 11: e0005752.

    Артикул

    Google Scholar

  • 17.

    Laymanivong S, Hangvanthong B, Insisiengmay B, Vanisaveth V, Laxachack P, Jongthawin J, et al. Первая молекулярная идентификация и отчет о генетическом разнообразии Strongyloides stercoralis , в настоящее время основного гельминта, передающегося через почву, у людей из Лаосской Народно-Демократической Республики.Parasitol Res. 2016; 115: 2973–80.

    Артикул

    Google Scholar

  • 18.

    Нагаясу Э., Аунг М., Хортивакул Т., Хино А., Танака Т., Хигасиаракава М. и др. Популяция возможного происхождения патогенных кишечных нематод, Strongyloides stercoralis , выявленная молекулярной филогенией. Научный доклад 2017; 7: 4844.

    Артикул

    Google Scholar

  • 19.

    Thanchomnang T, Intapan PM, Sanpool O, Rodpai R, Tourtip S, Yahom S, et al.Первая молекулярная идентификация и генетическое разнообразие Strongyloides stercoralis и Strongyloides fuelleborni в человеческих сообществах, контактирующих с длиннохвостыми макаками в Таиланде. Parasitol Res. 2017; 116: 1917–23.

    Артикул

    Google Scholar

  • 20.

    Zhou S, Fu X, Pei P, Kucka M, Liu J, Tang L, et al. Характеристика бесполой популяции Strongyloides stercoralis с гибридными гаплотипами рДНК 18S в Гуанси, южный Китай.PLoS Negl Trop Dis. 2019; 13: e0007396.

    CAS
    Статья

    Google Scholar

  • 21.

    Чжоу С., Харбеке Д., Стрейт А. От фекалий к геному: руководство по выделению и сохранению Strongyloides stercoralis в области генетического и геномного анализа отдельных червей. Векторы паразитов. 2019; 12: 496.

    Артикул

    Google Scholar

  • 22.

    Barratt JLN, Lane M, Talundzic E, Richins T, Robertson G, Formenti F и др. Глобальный обзор генотипирования Strongyloides stercoralis и Strongyloides fuelleborni с использованием глубокого секвенирования ампликона. PLoS Negl Trop Dis. 2019; 13: e0007609.

    CAS
    Статья

    Google Scholar

  • 23.

    Кикучи Т., Хино А., Танака Т., Аунг М.П., ​​Африн Т., Нагаясу Э. и др. Полногеномный анализ особи Strongyloides stercoralis (Nematoda: Rhabditoidea) дает представление о структуре популяции и репродуктивных жизненных циклах.PLoS Negl Trop Dis. 2016; 10: e0005253.

    Артикул

    Google Scholar

  • 24.

    Schär F, Guo L, Streit A, Khieu V, Muth S, Marti H, et al. Strongyloides stercoralis генотипов у людей в Камбодже. Parasitol Int. 2014; 63: 533–6.

    Артикул

    Google Scholar

  • 25.

    Nontasut P, ​​Muennoo C, Sa-nguankiat S, Fongsri S, Vichit A. Распространенность Strongyloides в северном Таиланде и лечение ивермектином по сравнению с альбендазолом.Юго-Восточная Азия J Trop Med Public Health. 2005; 36: 442–4.

    CAS
    PubMed

    Google Scholar

  • 26.

    Wijit A, Saeung A. Распространенность печеночной двуустки, Opisthorchis viverrini и мелких кишечных двуусток на основе диагностики копро-ДНК человека в верхнем северном регионе Таиланда. В: Заключительный отчет: Институт исследований, управления знаниями и стандартов контроля заболеваний; 2017. с. 49.

  • 27.

    Jongwutiwes U, Waywa D, Silpasakorn S, Wanachiwanawin D, Suputtamongkol Y. Распространенность и факторы риска заражения Strongyloides stercoralis среди пациентов, посещающих третичную больницу в Таиланде. Pathog Glob Health. 2014; 108: 137–40.

    Артикул

    Google Scholar

  • 28.

    Лаораксавонг П., Санпул О., Родпай Р., Танчомнанг Т., Канаркард В., Малеевонг В. и др. В настоящее время высокая распространенность инфекций Strongyloides stercoralis и Opisthorchis viverrini в сельских общинах на северо-востоке Таиланда и связанные с ними факторы риска.BMC Pub Health. 2018; 18: 940.

    Артикул

    Google Scholar

  • 29.

    Prasongdee TK, Laoraksawong P, Kanarkard W, Kraiklang R, Sathapornworachai K, Naonongwai S, et al. Одиннадцатилетнее ретроспективное больничное исследование эпидемиологических данных о стронгилоидозе человека на северо-востоке Таиланда. BMC Infect Dis. 2017; 17: 627.

    Артикул

    Google Scholar

  • 30.

    Punsawad C, Phasuk N, Bunratsami S, Thongtup K, Siripakonuaong N, Nongnaul S. Распространенность кишечных паразитарных инфекций и связанные с ними факторы риска среди деревенских добровольцев по охране здоровья в сельских общинах на юге Таиланда. BMC Pub Health. 2017; 17: 564.

    Артикул

    Google Scholar

  • 31.

    Вонгсародж Т., Нитикаткул С., Ройкитикул В., Накаи В., Роял Л., Раммасут П. Краткое сообщение (оригинал). Национальное обследование гельминтозов в Таиланде.Азиатская биомедицина. 2014; 8: 779–783.

  • 32.

    Санпул О., Интапан П.М., Родпай Р., Лаораксавонг П., Садаоу Л., Туртип С. и др. Собаки являются резервуарными хозяевами для возможной передачи стронгилоидоза человека в Таиланде: молекулярная идентификация и генетическое разнообразие причинных видов паразитов. J Helminthol. 2019; 94: e110.

    CAS
    Статья

    Google Scholar

  • 33.

    Thanchomnang T, Intapan PM, Sanpool O, Rodpai R, Sadaow L, Phosuk I, et al.Первая молекулярная идентификация Strongyloides fuelleborni у длиннохвостых макак в Таиланде и Лаосской Народно-Демократической Республике выявила значительное генетическое разнообразие. J Helminthol. 2019; 93: 608–15.

    CAS
    Статья

    Google Scholar

  • 34.

    Кац Н., Чавес А., Пеллегрино Дж. Простое устройство для количественного анализа стула методом толстого мазка при шистосомозе mansoni. Rev Inst Med Trop Сан-Паулу. 1972; 14: 397–400.

    CAS
    PubMed

    Google Scholar

  • 35.

    Сиддики А.А., Берк С.Л. Диагностика инфекции Strongyloides stercoralis . Clin Infect Dis. 2001; 33: 1040–7.

    CAS
    Статья

    Google Scholar

  • 36.

    Кумар С., Стечер Г., Тамура К. MEGA7: молекулярно-эволюционный генетический анализ, версия 70 для больших наборов данных. Mol Biol Evol. 2016; 33: 1870–4.

    CAS
    Статья

    Google Scholar

  • 37.

    Li H, Durbin R. Быстрое и точное выравнивание в режиме длительного чтения с преобразованием Барроуза-Уиллера. Биоинформатика. 2010; 26: 589–95.

    Артикул

    Google Scholar

  • 38.

    Rödelsperger C, Neher RA, Weller AM, Eberhardt G, Witte H, Mayer WE, et al. Характеристика генетического разнообразия нематоды Pristionchus pacificus на основе данных ресеквенирования в масштабе популяции. Генетика. 2014; 196: 1153–65.

    Артикул

    Google Scholar

  • 39.

    Ли Х, Хандакер Б., Вайсокер А, Феннелл Т., Руан Дж., Гомер Н. и др. Формат выравнивания / карты последовательностей и SAMtools. Биоинформатика. 2009; 25: 2078–9.

    Артикул

    Google Scholar

  • 40.

    Schliep KP. phangorn: филогенетический анализ в R. Bioinformatics. 2011; 27: 592–3.

    CAS
    Статья

    Google Scholar

  • 41.

    Рёдельспергер К., Мейер Дж. М., Прабх Н., Ланц К., Бемм Ф., Соммер Р. Дж..Одномолекулярное секвенирование выявляет геномную архитектуру в масштабе хромосом модельного организма нематоды Pristionchus pacificus . Cell Rep. 2017; 21: 834–44.

    Артикул

    Google Scholar

  • 42.

    Хант В.Л., Цай И.Дж., Коглан А., Рид А.Дж., Холройд Н., Фот Б.Дж. и др. Геномная основа паразитизма в кладе нематод Strongyloides . Нат Жене. 2016; 48: 299–307.

    CAS
    Статья

    Google Scholar

  • Диагностика инфекции Strongyloides stercoralis | Клинические инфекционные болезни

    Аннотация

    Strongyloides stercoralis заражает 30 миллионов человек в 70 странах.Инфекция обычно приводит к бессимптомному хроническому заболеванию кишечника, которое может оставаться незамеченным в течение десятилетий. Однако у пациентов, получающих длительную терапию кортикостероидами, может возникнуть гиперинфекция, что приведет к высокой смертности (до 87%). Стронгилоидоз трудно диагностировать, потому что количество паразитов невелико, а выход личинок нерегулярный. Результаты однократного исследования кала с использованием обычных методов не позволяют обнаружить личинок в 70% случаев. Несколько иммунодиагностических анализов оказались неэффективными для выявления диссеминированных инфекций и показали широкую перекрестную реактивность с анкилостомами, филяриями и шистосомами.Хотя важно выявить скрытые инфекции S. stercoralis перед назначением химиотерапии или до начала иммуносупрессии у пациентов из группы риска, специфический и чувствительный диагностический тест отсутствует. В этом обзоре описаны клинические проявления стронгилоидоза, а также различные диагностические тесты и стратегии лечения.

    Стронгилоидоз вызывается 2 видами кишечных нематод Strongyloides. Наиболее распространенным и глобально распространенным патогеном для человека, имеющим клиническое значение, является Strongyloides stercoralis. Другой вид, Strongyloides fuelleborni , спорадически встречается в Африке и Папуа-Новой Гвинее [1–3]. Стронгилоидоз поражает от 30 до 100 миллионов человек во всем мире [3, 4] и является эндемическим заболеванием в Юго-Восточной Азии, Латинской Америке, Африке к югу от Сахары и некоторых частях юго-востока США (таблицы 1 и 2) [2, 3, 8 ]. Уникальная способность этой нематоды размножаться в организме человека-хозяина допускает циклы аутоинфекции, ведущие к хроническому заболеванию, которое может длиться несколько десятилетий [1–3].

    Таблица 1

    Обследования распространенности Strongyloides stercoralis в Соединенных Штатах.

    Таблица 1

    Обследования распространенности Strongyloides stercoralis в Соединенных Штатах.

    Таблица 2

    Последние данные о распространенности Strongyloides stercoralis в некоторых развивающихся странах.

    Таблица 2

    Последние данные о распространенности Strongyloides stercoralis в некоторых развивающихся странах.

    S. stercoralis впервые был обнаружен в 1876 году в стуле французских солдат, дежуривших во Вьетнаме, у которых была тяжелая диарея, а болезнь, которую вызывает этот организм, в течение многих лет была известна как диарея Кочинхитай [1]. Выяснение полного жизненного цикла (рис. 1) произошло через 50 лет после открытия червя. S. stercoralis имеет сложный жизненный цикл, в котором партеногенетические самки (т. Е. Способные к размножению без самцов), внедренные в слизистую кишечника, откладывают зародышевые яйца, которые вылупляются изнутри [1, 33].Образующиеся личинки первой стадии (L 1 ; рабдитовидные личинки) выводятся с фекалиями и могут развиваться сразу во вторую (L 2 ) стадию и третью (L 3 ; нитевидные личинки) стадии могут развиваться. развиваются через 4 стадии свободно живущих личинок, чтобы стать свободноживущими взрослыми самцами и самками. Свободноживущие взрослые особи размножаются половым путем с образованием L 1 , которые также развиваются до L 3 . L 3 любого цикла может проникать через кожу человека-хозяина, проходить через кровообращение в легкие, попадать в дыхательные пути, проглатываться и, наконец, достигать кишечника, где они созревают и превращаются в взрослых самок, откладывающих яйца (рис. ).

    Рисунок 1

    Жизненный цикл Strongyloides stercoralis

    Рисунок 1

    Жизненный цикл Strongyloides stercoralis

    При аутоинфекции личинки, которые развились до третьей стадии инфекции в слизистой оболочке желудочно-кишечного тракта, проникают в слизистую оболочку кишечника. в дефинитивный участок тонкой кишки или в парентеральные участки (например, легкие) [1, 34]. Некоторые утверждали, что легочный путь — лишь один из нескольких возможных путей, по которым личинки достигают двенадцатиперстной кишки [35].В любом случае, эта способность установить цикл повторяющейся эндогенной реинфекции в организме хозяина неизменно приводит к хронической инфекции, которая может длиться несколько десятилетий; текущий рекорд составляет 65 лет [2].

    Хронические инфекции, вызванные S. stercoralis , могут быть клинически неявными или вызывать кожные, желудочно-кишечные или легочные симптомы [1, 2, 8, 36–38]. Поражение кожи характеризуется мигрирующей серпигинозной крапивницей сыпью, называемой личинкой currens [1, 2].Личинки во многих случаях проникают в кожу перианальной области и очень подвижны. Ягодицы, пах и туловище чаще поражаются током личинки, чем конечности и голова [2]. Желудочно-кишечные симптомы стронгилоидоза включают диарею, дискомфорт в животе, тошноту и анорексию [1, 2, 8]. Вздутие живота — самая частая жалоба [8]. При наличии мальабсорбции рентгенологические данные аналогичны таковым при тропическом стояке, включая увеличение диаметра просвета тонкого кишечника, генерализованную гипотонию и отек [39].Симптомы легочного стронгилоидоза (гиперинфекции) включают кашель и одышку [1, 2, 8, 37–40]. Диагностика затруднена, поскольку многие пациенты имеют исходные легочные жалобы [40, 41].

    При гиперинфекции и диссеминации наблюдались полное нарушение структуры слизистых оболочек, язвы и паралитическая кишечная непроходимость. При наличии диссеминации поражение легких может сопровождаться двусторонним отеком и пятнистыми, часто быстро меняющимися инфильтратами [1, 2, 8, 37–41].Бактериальные и грибковые инфекции часто возникают в случаях гиперинфекции из-за утечки кишечной флоры из кишечника, поврежденного движущимися личинками [1, 2]. Кишечные бактерии также переносятся инвазивными личинками L 3 на своей внешней поверхности [1, 2]. Это может привести к сепсису, пневмонии, менингиту и диссеминированной бактериальной или грибковой инфекции во многих частях тела, включая легкие [1, 2, 8, 36–38]. Массивные вторичные бактериальные инфекции часто являются непосредственной причиной смерти пациентов с синдромом гиперинфекции.

    Термин «гиперинфекция» часто используется для обозначения аутоинфекции, явления, при котором количество червей резко возрастает и червей обнаруживаются во внекишечных областях, особенно в легких. Термин «диссеминированный» обычно ограничивается инфекциями, при которых черви обнаруживаются в эктопических участках (например, в головном мозге). Однако, как указывает Гроув [1], более простой подход заключался бы в признании того, что существует целый спектр серьезности инфекции, которую трудно точно определить количественно; проще классифицировать заболевание как «неосложненный стронгилоидоз» или как «тяжелый, осложненный стронгилоидоз».”

    Вероятность тяжелого заболевания высока у некоторых людей с высоким риском заражения стронгилоидозом [1, 2, 8, 36, 39]. В группу высокого риска входят: пациенты с измененным клеточным иммунитетом, особенно получающие длительную стероидную терапию; больные лимфомой; реципиенты аллотрансплантата почки; путешественники в эндемичные районы; заключенные и другие лица, помещенные в лечебные учреждения [1, 2, 8, 36, 39–43]. Большинство пациентов, у которых развивается синдром гиперинфекции, получают кортикостероиды, часто по поводу хронической обструктивной болезни легких [8, 44, 45].Следовательно, легочный стронгилоидоз может имитировать обострение основного хронического обструктивного заболевания легких [8, 40, 41]. Более того, в последние несколько лет было зарегистрировано очень ограниченное число пациентов со СПИДом и внекишечным стронгилоидозом [1, 2, 36–38]. Известно, что некоторые состояния, связанные с ВИЧ-инфекцией, предрасполагают к синдрому гиперинфекции, в том числе употребление алкоголя и стероидов. Фактически, список иммуносупрессивных заболеваний, связанных с гиперинфекцией, объединен тем, что лечение кортикостероидами является общим знаменателем.Однако теперь очевидно, что стронгилоидоз не является важной оппортунистической инфекцией, связанной со СПИДом; инфекцию следует по-прежнему искать и незамедлительно лечить у ВИЧ-инфицированных пациентов, которые в прошлом проживали и / или путешествовали в эндемичные районы. С другой стороны, стронгилоидоз, по-видимому, является актуальной оппортунистической инфекцией у пациентов, инфицированных человеческим Т-лимфотропным вирусом 1 [1, 2, 36–38].

    Диагноз стронгилоидоза следует подозревать при наличии клинических признаков и симптомов, эозинофилии или предполагающих серологических данных [1–3, 8, 36].Окончательный диагноз стронгилоидоза обычно ставится на основании обнаружения личинок в кале (рисунок 2 A ). Однако в большинстве неосложненных случаев стронгилоидоза нагрузка на кишечные глисты часто очень мала, а выход личинок минимален [2]. Эозинофилия обычно является единственным признаком наличия инфекции S. stercoralis , но она легкая (5–15%) и неспецифическая [1–3, 8, 36]. Более чем в двух третях случаев на грамм стула приходится ≤25 личинок [2].Было показано, что при однократном исследовании кала не удается обнаружить личинок до 70% случаев. Повторные исследования образцов кала повышают шансы на обнаружение паразитов; в некоторых исследованиях диагностическая чувствительность увеличивается до 50% при 3 исследованиях кала и может приближаться к 100% при исследовании 7 серийных образцов кала [46, 47].

    Рисунок 2

    Различные диагностические процедуры окрашивания и культивирования для обнаружения личинок Strongyloides stercoralis . A , Люголь-йодное окрашивание рабдитовидной личинки в кале. Это наиболее часто используемая процедура в лабораториях клинической микробиологии. При однократном исследовании кала личинки обнаруживаются только в 30% случаев заражения. Шкала шкалы = 25 мкм. B , Мазок кала человека, окрашенный аурамином О, демонстрирующий оранжево-желтую флуоресценцию рабдитовидной личинки в ультрафиолетовом свете. Регулярное кислотостойкое окрашивание мокроты, других выделений дыхательных путей (например, смывов из бронхов) и стула также может служить полезной процедурой скрининга.Шкала шкалы = 25 мкм. C , Метод культивирования в чашках с агаром. Подвижные рабдитовидные личинки и характерные следы или борозды, которые личинки оставляют на агаре вокруг образца стула. Этот диагностический метод трудоемок и требует много времени (2–3 дня), но он более чувствителен, чем другие процедуры (например, анализ мокрого образца) для обнаружения личинок в кале. Пути обозначены (стрелки и T). S, образец стула на чашке с агаром; L, личинка или личинки. Шкала шкалы = 250 мкм. D , окраска по Граму демонстрирует S.stercoralis нитевидных личинок ( FL). Окрашивание образца мокроты по Граму — отличный инструмент для диагностики легочного стронгилоидоза. Шкала шкалы = 250 мкм.

    Рисунок 2

    Различные диагностические процедуры окрашивания и культивирования для обнаружения личинок Strongyloides stercoralis . A , Люголь-йодное окрашивание рабдитовидной личинки в кале. Это наиболее часто используемая процедура в лабораториях клинической микробиологии. При однократном исследовании кала личинки обнаруживаются только в 30% случаев заражения.Шкала шкалы = 25 мкм. B , Мазок кала человека, окрашенный аурамином О, демонстрирующий оранжево-желтую флуоресценцию рабдитовидной личинки в ультрафиолетовом свете. Регулярное кислотостойкое окрашивание мокроты, других выделений дыхательных путей (например, смывов из бронхов) и стула также может служить полезной процедурой скрининга. Шкала шкалы = 25 мкм. C , Метод культивирования в чашках с агаром. Подвижные рабдитовидные личинки и характерные следы или борозды, которые личинки оставляют на агаре вокруг образца стула.Этот диагностический метод трудоемок и требует много времени (2–3 дня), но он более чувствителен, чем другие процедуры (например, анализ мокрого образца) для обнаружения личинок в кале. Пути обозначены (стрелки и T). S, образец стула на чашке с агаром; L, личинка или личинки. Шкала шкалы = 250 мкм. D , окраска по Граму, демонстрирующая нитевидных личинок S. stercoralis ( FL). Окрашивание образца мокроты по Граму — отличный инструмент для диагностики легочного стронгилоидоза.Шкала шкалы = 250 мкм.

    Для распознавания личинок в образцах стула использовался ряд методов, в том числе прямой мазок фекалий в физиологическом растворе-йодном пятне Люголя, концентрация Бермана, концентрация формалина-этилацетата, культура на фильтровальной бумаге Харада-Мори и культуры на чашках с питательным агаром ( рисунок 2) [48–50]. Концентрация стула формалин-этилацетатом увеличивает выход, но мертвых личинок труднее различить при малом увеличении. Метод Баермана и фильтровальная бумага Харада-Мори используют способность S.stercoralis , чтобы войти в свободноживущий цикл развития. Эти методы намного более чувствительны, чем отдельные мазки кала, но они редко являются стандартными процедурами в лабораториях клинической паразитологии [51]. В технике Харада-Мори фильтровальная бумага, содержащая свежий фекальный материал, помещается в пробирку с водой, которая непрерывно пропитывает фильтровальную бумагу за счет капиллярного действия. Инкубация при 30 ° C обеспечивает условия, подходящие для развития личинок, которые могут мигрировать по обе стороны от фильтровальной бумаги [48–50].В процедуре Бермана стул помещают на сетку, а грубую ткань помещают в воронку, наполненную теплой водой и подсоединенную к зажимной трубке. Через час инкубации личинки выползают из фекальной суспензии и мигрируют в теплую воду, откуда их можно собрать центрифугированием [48–50].

    В методе агаровой культуры образец стула помещают на чашку с питательным агаром и инкубируют не менее 2 дней [50, 52]. Когда личинки ползают по агару, они несут с собой бактерии, образуя видимые следы (рис. 2 C ) [53].Подвижные личинки S. stercoralis также можно увидеть с помощью препаровального микроскопа [54]. Сравнительное исследование, в котором использовалось> 1300 образцов стула и 4 различных метода исследования стула (прямой мазок кала, концентрация формалина-этилацетата, культура на фильтровальной бумаге Харада-Мори и культура на агаровой чашке), показало, что метод культивирования на агаровой чашке является чувствительным на 96%. [55]. В другом исследовании было обнаружено, что метод культивирования на чашках с агаром в 4,4 раза более эффективен, чем метод прямого мазка [23].Хотя метод чашки с агаром трудоемок и требует много времени (требуется ~ 2–3 дня), он более чувствителен, чем другие процедуры (например, анализ влажного монтирования) для обнаружения личинок в кале [56]. Как отмечает Гроув [1], «баланс мнений, вероятно, в пользу метода культивирования на чашках с агаром, но он, возможно, более дорогой и сложный» (стр. 281).

    Хотя в некоторых исследованиях сообщалось, что исследование дуоденального аспирата очень чувствительно, этот инвазивный метод рекомендуется только для детей, когда необходимо быстро продемонстрировать присутствие паразитов, как в случае ребенка с ослабленным иммунитетом, который подозревается на заражение. подавляющая инфекция [2, 39].Микроскопическое исследование одного образца двенадцатиперстной жидкости оказалось более чувствительным, чем влажный анализ образцов стула для обнаружения личинок [57]. Этим методом идентифицировано 76% пациентов; паразит был обнаружен исключительно в двенадцатиперстной жидкости (а не в кале) у 67% пациентов. Струнный тест — желатиновая капсула, содержащая струну, которую пациент проглатывает и извлекает через несколько часов, — пользовался недолгой популярностью, но в настоящее время используется нечасто [58].Кроме того, в некоторых случаях гистологическое исследование биоптатов двенадцатиперстной кишки или тощей кишки может выявить S. stercoralis , внедрившихся в слизистую оболочку [36, 39].

    Обнаружение личинок S. stercoralis обычно проще в случаях гиперинфекции, поскольку большое количество червей вовлечено в диссеминированные инфекции [2, 36, 39]. Личинки могут быть идентифицированы во влажных препаратах мокроты, жидкости бронхоальвеолярного лаважа, промывании и чистке бронхов, биопсии легких или исследовании плевральной жидкости с помощью процедур окрашивания по Граму, Папаниколау или кислотоустойчивых (аурамин О и Киньюн) процедур [2, 37–41, 51, 59].Результаты рентгенограмм грудной клетки обычно различны; легочные инфильтраты, если они есть, могут быть альвеолярными или интерстициальными, диффузными или очаговыми, односторонними или двусторонними [60]. Сообщалось также о консолидации легких, случайной кавитации и даже об образовании абсцесса [37–39]. Различный вид рентгенограмм грудной клетки обусловлен различными типами бактериальной суперинфекции, особенно грамотрицательными бациллами.

    Поскольку для постановки правильного диагноза необходимо исследовать несколько образцов стула, важно отметить, что невозможность обнаружения личинок при исследовании стула не обязательно указывает на однозначное отсутствие инфекции [1, 2].Следовательно, существует большая потребность в высокоспецифическом и эффективном серодиагностическом тесте для S. stercoralis , который может быть использован даже при множественных гельминтозах. Несколько иммунодиагностических анализов были протестированы на протяжении многих лет с ограниченным успехом, включая кожные пробы с экстрактами личинок, непрямой иммунофлуоресцентный анализ фиксированных личинок, радиоаллергосорбентный анализ на специфический IgE и агглютинацию желатиновых частиц [1, 2, 39, 61–63]. Тест ELISA (антитело Strongyloides ) для обнаружения сывороточного IgG против неочищенного экстракта нитевидных личинок S.stercoralis доступен только в специализированных центрах [1, 2, 39, 64–67]. Чувствительность и специфичность этого теста ELISA можно улучшить, если образцы сыворотки предварительно инкубировать с антигенами Onchocerca перед тестированием [64, 68].

    Вопрос о специфичности этого теста ELISA недавно был тщательно рассмотрен. Вкратце, Genta [66] утверждал, что ELISA был 88% чувствительным, 99% специфичным и имел положительную и отрицательную прогностическую ценность 97% и 95% соответственно. С помощью современных статистических моделей в другом исследовании индокитайских беженцев в Канаде ELISA был рассчитан на 95% чувствительность, 29% специфичность и положительные и отрицательные прогностические значения 30% и 95%. % соответственно [69].Сложность расчета параметров диагностической эффективности может быть связана с отсутствием окончательного золотого стандарта для диагностики инфекции S. stercoralis [70]. В популяционных исследованиях широко распространено мнение, что исследование кала обычно недооценивает распространенность, тогда как серологическое исследование обычно ее переоценивает [1]. Утверждалось, что с помощью байесовского подхода можно делать одновременные выводы о распространенности в популяции и о чувствительности, специфичности, а также о положительной и отрицательной прогностической ценности каждого диагностического теста [70].Более того, демонстрация антител, даже если она верна, не позволяет различить прошлую и текущую инфекцию; и во многих случаях трудно определить, продолжается ли низкоуровневая аутоинфекция [1]. Это в основном связано с тем, что уровни антител остаются определяемыми в течение многих лет после лечения глистогонами [1, 2].

    Тест на антитела Strongyloides показывает перекрестную реактивность с другими гельминтозными инфекциями, включая филяриатоз, инфекцию Ascaris lumbricoides и острый шистосомоз [65, 71], но для населения США в целом они редко включаются в исследование. дифференциальный диагноз симптоматического стронгилоидоза [2].Однако это не относится к ветеранам и международным путешественникам, поскольку эти группы населения могли подвергаться перекрестно-реактивным антигенам других гельминтов во время поездок за пределы США. Кроме того, гельминты, содержащие перекрестно-реактивные антигены, обладают способностью длительно сохраняться в организме хозяина и имеют тенденцию продуцировать циркулирующие антитела, которые можно обнаружить в течение многих лет после воздействия [72]. С практической точки зрения этот тест вряд ли будет доступен для более широкого использования, потому что постоянная поставка S.Stercoralis необходимы нитевидные личинки для получения неочищенного препарата антигена, а также требуется обильный запас антигенов Onchocerca для предварительного замачивания образцов сыворотки перед выполнением ELISA. Основная ценность серологического исследования заключается в том, что он представляет собой скрининговый тест, который в случае положительного результата может стимулировать дальнейший поиск паразита [1, 2].

    Для улучшения серодиагностики S. stercoralis используется ряд белков на поверхности или в экскреторных или секреторных продуктах S.stercoralis были идентифицированы инфекционные личинки [1], некоторые из которых показали иммунореактивность с образцами сыворотки инфицированных людей [73, 74]. Такие образцы сыворотки сильно различаются; количество реактивных полос колеблется от 1 до> 18. Однако наиболее известные антигенные белки S. stercoralis имеют размер 28, 31 и 41 кДа [75, 76]. Однако специфичность этих антигенов еще предстоит проверить. Также были идентифицированы два рекомбинантных антигена S. stercoralis , 5a и 12a, которые не проявляют перекрестной реактивности с образцами сыворотки пациентов с филяриальными или нестронгилоидными кишечными нематодными инфекциями [77].Антитела IgE и IgG4 к антигенам 5a и 12a также были обнаружены у пациентов, инфицированных Strongyloides [77]. Мы идентифицировали несколько настоящих антигенов S. stercoralis , которые распознаются иммунной системой хозяина при естественных инфекциях человека. Три из этих антигенов (P1, P4 и P5) не проявляют иммунореактивности с образцами сыворотки, полученными от людей, инфицированных шистосомами, филяриатными паразитами, анкилостомами и Onchocerca [78].

    Скрининг S.stercoralis , содержащая аффинно очищенные антитела против антигенов P1, P4 и P5, позволила идентифицировать эти антигены как оксоглутаратдегидрогеназу, щелочную фосфатазу и изоцитратдегидрогеназу [79, 80]. В настоящее время проводятся исследования по экспрессии оксоглутаратдегидрогеназы, щелочной фосфатазы и изоцитратдегидрогеназы S. stercoralis в системе бакуловирус – клетки насекомых. Полученные рекомбинантные белки будут использоваться для разработки анализов захвата антител и антигена для обнаружения S.stercoralis. Ожидается, что тест, основанный на этих 3 антигенах, будет чрезвычайно полезен для выявления хронических, латентных и de novo инфекций S. stercoralis и для мониторинга эффективности терапии. Такой тест также можно использовать для обнаружения S. stercoralis при множественных паразитарных инфекциях.

    Стронгилоидоз — инфекция, которую трудно лечить, потому что для многих гельминтозов лечение считается достаточным, если количество гельминтов ниже уровня, при котором развивается клиническое заболевание [1, 2].В S. stercoralis , однако, только полное уничтожение паразитов устраняет опасность потенциально серьезного заболевания, то есть любое действительно эффективное антигельминтное средство должно убить каждую аутоинфекционную личинку L 3 , которая относительно устойчива к химическим агентам [1, 2 ]. Кроме того, низкая чувствительность диагностического исследования кала еще больше затрудняет определение эффективности лечения, поскольку истинное излечение не может быть определено только на основании отрицательных результатов последующего исследования кала.Тиабендазол (Минтезол; Merck & Company) был препаратом выбора для лечения стронгилоидоза, несмотря на связанные с ним побочные эффекты со стороны желудочно-кишечного тракта и высокую частоту рецидивов [1, 56]. Однако недавние исследования показали, что ивермектин (Стромектол; Merck & Company) является лучшим лекарством для лечения неосложненной инфекции S. stercoralis [81]. Он хорошо переносится и имеет более высокий показатель излечения, чем тиабендазол. Другие препараты, такие как мебендазол (Vermox; McNeil Consumer Healthcare) и альбендазол, обладают различной терапевтической эффективностью [2].Ивермектин оказался наиболее эффективным лекарством при лечении диссеминированного стронгилоидоза [82] у пациентов с хроническими кишечными заболеваниями, включая детей [83] и взрослых [84]. Недавно ивермектин был зарегистрирован как препарат выбора в списке основных лекарственных средств Всемирной организации здравоохранения для лечения S. stercoralis [85].

    Таким образом, исследование кала в настоящее время является основным методом выявления инфекции S. stercoralis .Если есть серьезные подозрения на диагноз и недоступны специальные методы, следует исследовать несколько образцов, взятых в разные дни. Как правило, нет отличительных клинических симптомов, указывающих на инфекцию, хотя гваяковый стул и эозинофилия распространены среди инфицированных пациентов. Почти все случаи смерти от гельминтов в США являются результатом гиперинфекции S. stercoralis [86, 87]. Смертность от гиперинфекции может достигать 87% [88]. Поскольку большинство смертельных инфекций вызвано S.Stercoralis можно предотвратить путем раннего выявления и лечения бессимптомных хронических инфекций, следует применять комплексную программу скрининга, включающую изучение эозинофилии, для выявления скрытой инфекции S. stercoralis перед началом химиотерапии, перед иммуносупрессией и перед началом стероидной терапии для пациентов в эндемичных районах из группы риска.

    благодарности

    Мы благодарим доктора Стива Урбана за рецензирование статьи.

    ссылки

    1.

    Стронгилоидоз человека

    ,

    Adv Parasitol

    ,

    1996

    , vol.

    38

    (стр.

    251

    309

    ) 2,.

    Стронгилоидоз и другие кишечные нематодные инфекции

    ,

    Infect Dis Clin North Am

    ,

    1993

    , vol.

    7

    (стр.

    655

    82

    ) 3.

    Глобальная распространенность стронгилоидоза: критический обзор с эпидемиологическим анализом профилактики диссеминированного заболевания

    ,

    Rev Infect Dis

    ,

    1989

    , vol.

    11

    (стр.

    755

    67

    ) 4,,.

    Эффективное лечение стронгилоидоза [письмо]

    ,

    Parasitol Today

    ,

    1996

    , vol.

    12

    стр.

    164

    5,.

    Кишечные гельминты в восточном Кентукки: исследование в трех сельских округах

    ,

    Am J Trop Med Hyg

    ,

    1965

    , vol.

    14

    (стр.

    269

    75

    ) 6.

    Эпидемиология кишечных паразитов, имеющих важное значение в США

    ,

    South Med Bull

    ,

    1971

    , vol.

    59

    (стр.

    20

    30

    ) 7,,,,,.

    Эпидемиологические особенности инфекции Strongyloides stercoralis в эндемичной зоне США

    ,

    Am J Trop Med Hyg

    ,

    1982

    , vol.

    31

    (стр.

    313

    9

    ) 8,,,,.

    Клинико-эпидемиологические особенности стронгилоидоза. Перспективное исследование в сельской местности Теннесси

    ,

    Arch Intern Med

    ,

    1987

    , vol.

    147

    (стр.

    1257

    61

    ) 9,,.

    Strongyloides -инфицированные пациенты в медицинском центре района Чарлстон, Западная Вирджиния, 1997–1998

    ,

    Clin Infect Dis

    ,

    2000

    , vol.

    31

    (стр.

    E5

    6

    ) 10,,,,.

    Половой путь передачи кишечных простейших и гельминтов в популяции венерических болезней

    ,

    N Engl J Med

    ,

    1981

    , vol.

    305

    (стр.

    603

    6

    ) 11,,,.

    Кишечные паразиты у мигрирующих сельскохозяйственных рабочих

    ,

    Arch Intern Med

    ,

    1986

    , vol.

    146

    (стр.

    513

    5

    ) 12,,,,,.

    Обследование кишечных паразитов у детей детского сада в Новом Орлеане

    ,

    Pediatr Res

    ,

    1974

    , vol.

    8

    (стр.

    652

    8

    ) 13,,,,.

    Распространенность кишечных паразитов у латиноамериканцев, жителей Чикаго

    ,

    Am J Epidemiol

    ,

    1975

    , vol.

    102

    (стр.

    526

    32

    ) 14,,.

    Лабораторная диагностика аутоинфекции при стронгилоидозе

    ,

    Am J Clin Pathol

    ,

    1975

    , vol.

    63

    (стр.

    421

    5

    ) 15,,.

    Распространенность кишечных паразитов и связь с симптомами у беженцев из Юго-Восточной Азии

    ,

    J Clin Pharm Ther

    ,

    1995

    , vol.

    20

    (стр.

    271

    5

    ) 16,,,,,.

    Профиль кишечных гельминтозов у ​​детей школьного возраста в г. Абиджан

    ,

    Bull Soc Pathol Exot

    ,

    1997

    , vol.

    90

    (стр.

    51

    4

    ) 17,,.

    Распространенность инфекции Strongyloides stercoralis в детстве

    ,

    Оран, Сальта, Аргентина. Бол Чил Паразитол

    ,

    1993

    , т.

    48

    (стр.

    49

    51

    ) 18,,,.

    Кишечный паразитизм в Сан-Кайетано, Корриентес, Аргентина

    ,

    Bull Pan Am Health Organ

    ,

    1996

    , vol.

    30

    (стр.

    227

    33

    ) 19,,.

    Распространенность кишечных паразитарных инфекций у пациентов с синдромом приобретенного иммунодефицита в Бразилии

    ,

    Int J Infect Dis

    ,

    1999

    , vol.

    3

    (стр.

    203

    6

    ) 20,.

    Strongyloides stercoralis и другие энтеропаразиты у детей в Уберландия-Сити, штат Минас-Жерайс, Бразилия

    ,

    Mem Inst Oswaldo Cruz

    ,

    1998

    , vol.

    93

    (стр.

    161

    4

    ) 21« и др.

    Эпидемиология инфекций кишечными паразитами и вирусом иммунодефицита человека (ВИЧ) среди жителей сахарных угодий в Эфиопии

    ,

    Ann Trop Med Parasitol

    ,

    2000

    , vol.

    94

    (стр.

    269

    78

    ) 22,,,,.

    Обследование распространенности паразитов среди детей школьного возраста в Гвинее (1995)

    ,

    Sante

    ,

    1996

    , vol.

    6

    (стр.

    377

    81

    ) 23.

    Оценка трех методов лабораторной диагностики инфекции Strongyloides stercoralis

    ,

    J Parasitol

    ,

    1993

    , vol.

    79

    (стр.

    277

    80

    ) 24« и др.

    Сероэпидемиологическое исследование токсокароза и стронгилоидоза у взрослых с умственной отсталостью в лечебных учреждениях

    ,

    Am J Trop Med Hyg

    ,

    1992

    , vol.

    46

    (стр.

    278

    81

    ) 25,,,.

    Распространенность энтеропатогенов в стуле сельских детей масаи в возрасте до пяти лет в регионе Масаиланд Кенийской Рифт-Валли

    ,

    East Afr Med J

    ,

    1996

    , vol.

    73

    (стр.

    59

    62

    ) 26,,,,,.

    Эпидемиологическое исследование кишечной паразитарной инфекции в провинции Хаммуан, Лаосская Народно-Демократическая Республика, с особым акцентом на инфекцию Strongyloides

    ,

    Юго-Восточная Азия J Trop Med Public Health

    ,

    1998

    , vol.

    29

    (стр.

    717

    22

    ) 27,,,.

    Частота кишечных паразитов у взрослых онкологических больных в Мексике

    ,

    Arch Med Res

    ,

    1997

    , vol.

    28

    (стр.

    219

    22

    ) 28.

    Сравнительный анализ гельминтозов человека в двух сельских общинах дельты Нигера, Нигерия

    ,

    West Afr J Med

    ,

    1997

    , vol.

    16

    (стр.

    232

    6

    ) 29,,.

    Изучение заболеваемости кишечными и системными паразитозами в группе детей с ограниченными возможностями

    ,

    Roum Arch Microbiol Immunol

    ,

    1995

    , vol.

    54

    (стр.

    65

    74

    ) 30,.

    Кишечные паразитарные инфекции среди сельских фермерских общин в восточной части Сьерра-Леоне

    ,

    Afr J Med Med Sci

    ,

    1995

    , vol.

    24

    (стр.

    195

    200

    ) 31,,.

    Распространенность кишечных паразитов среди детей на юге Судана

    ,

    East Afr Med J

    ,

    1998

    , vol.

    75

    (стр.

    288

    90

    ) 32« и др.

    Кишечные паразитарные инфекции среди школьников в Чиангмае, северный Таиланд: анализ текущей ситуации

    ,

    J Trop Med Hyg

    ,

    1989

    , vol.

    92

    (стр.

    360

    4

    ) 33« и др.

    Strongyloides stercoralis : поддержание исключительно хронических инфекций

    ,

    Am J Trop Med Hyg

    ,

    1996

    , vol.

    55

    (стр.

    617

    24

    ) 34,.

    Лечение ивермектином естественно приобретенных и экспериментально вызванных инфекций Strongyloides stercoralis у собак

    ,

    J Am Vet Med Assoc

    ,

    1992

    , vol.

    201

    (стр.

    726

    30

    ) 35,,.

    Strongyloides stercoralis : существует ли канонический миграционный путь через хозяина?

    ,

    J Parasitol

    ,

    1989

    , т.

    75

    (стр.

    740

    9

    ) 36.

    Паразитарные болезни у хозяев с ослабленным иммунитетом. Криптоспоридиоз, изоспориаз и стронгилоидоз

    ,

    Gastroenterol Clin North Am

    ,

    1996

    , vol.

    25

    (стр.

    691

    707

    ) 37,,.

    Легочный стронгилоидоз: клиника и визуальные особенности

    ,

    AJR Am J Roentgenol

    ,

    1994

    , vol.

    162

    (стр.

    537

    42

    ) 38,,,,.

    Клинические и визуальные особенности легочного стронгилоидоза

    ,

    South Med J

    ,

    1996

    , vol.

    89

    (стр.

    10

    9

    ) 39. ,,,,.

    Strongyloides stercoralis

    ,

    Инфекции желудочно-кишечного тракта

    ,

    1995

    Нью-Йорк

    Raven Press

    (стр.

    1197

    207

    ) 40,.

    Паразитарная пневмония

    ,

    Semin Respir Infect

    ,

    1988

    , vol.

    3

    (стр.

    172

    8

    ) 41,,,,.

    Легочный стронгилоидоз

    ,

    Диагностика по окраске мокроты по Граму. Am J Med

    ,

    1985

    , т.

    79

    (стр.

    663

    6

    ) 42,,.

    Кишечные паразитарные инфекции у больных злокачественными новообразованиями

    ,

    J Diarrheal Dis Res

    ,

    1997

    , vol.

    15

    (стр.

    71

    4

    ) 43,.

    Strongyloides гиперинфекция у реципиента почечного трансплантата, получающего циклоспорин: возможна передача Strongyloides stercoralis через трансплантат почки

    ,

    Am J Trop Med Hyg

    ,

    1997

    , vol.

    57

    (стр.

    413

    5

    ) 44,.

    Легочные проявления стронгилоидоза

    ,

    Semin Respir Infect

    ,

    1997

    , vol.

    12

    (стр.

    122

    9

    ) 45,,,,.

    Синдром гиперинфекции, вызванный Strongyloides stercoralis

    ,

    Rev Infect Dis

    ,

    1981

    , vol.

    3

    (стр.

    397

    407

    ) 46,.

    Улучшенная диагностика Strongyloides stercoralis по семи последовательным образцам стула

    ,

    Zentralbl Bakteriol Mikrobiol Hyg [A]

    ,

    1987

    , vol.

    263

    (стр.

    616

    8

    ) 47.

    Хронический стронгилоидоз во Второй мировой войне бывшие военнопленные Дальнего Востока

    ,

    Am J Trop Med Hyg

    ,

    1984

    , vol.

    33

    (стр.

    55

    61

    ) 48,. ,

    Диагностическая медицинская паразитология

    ,

    1993

    Вашингтон, округ Колумбия

    Американское общество микробиологии

    49,. ,

    Медицинская паразитология: самоучитель

    ,

    1989

    Филадельфия

    FA Davis

    50.,

    Диагностическая патология паразитарных инфекций с клиническими корреляциями

    ,

    2000

    2-е изд.

    Oxford

    Oxford University Press

    51,.

    Обращения по клинической патологии. Стронгилоидоз у гиперинфицированного пациента

    ,

    Lab Med

    ,

    1996

    , vol.

    27

    (стр.

    237

    40

    ) 52,,,,,.

    Эффективность посева на агаровых чашках при обнаружении инфекции Strongyloides stercoralis

    ,

    J Parasitol

    ,

    1990

    , vol.

    76

    (стр.

    425

    8

    ) 53,,.

    Выявление Strongyloides stercoralis путем замещения бактериальных колоний

    ,

    J Clin Microbiol

    ,

    1986

    , vol.

    24

    (стр.

    86

    8

    ) 54,,.

    Значение метода агаровой чашки для диагностики кишечного стронгилоидоза

    ,

    Diagn Microbiol Infect Dis

    ,

    1995

    , vol.

    23

    (стр.

    141

    5

    ) 55,,,.

    Эффективность исследования кала для выявления инфекции Strongyloides

    ,

    Am J Trop Med Hyg

    ,

    1995

    , vol.

    53

    (стр.

    248

    50

    ) 56,,,.

    Стронгилоидоз — прогресс в диагностике и лечении

    ,

    Intern Med

    ,

    2000

    , vol.

    39

    (стр.

    695

    700

    ) 57,,,.

    Диагностика Strongyloides и анкилостомозов: сравнение результатов микроскопии кала и двенадцатиперстной жидкости

    ,

    Trans R Soc Trop Med Hyg

    ,

    1990

    , vol.

    84

    (стр.

    829

    31

    ) 58,,,.

    Новый метод взятия проб дуоденального содержимого: демонстрация патогенов верхнего отдела тонкого кишечника

    ,

    Am J Trop Med Hyg

    ,

    1970

    , vol.

    19

    (стр.

    349

    52

    ) 59,,.

    Диагностика Strongyloides stercoralis методом кислотостойкого окрашивания

    ,

    J Гельминтол

    ,

    1999

    , vol.

    73

    (стр.

    187

    8

    ) 60,,.

    Strongyloides -индуцированное заболевание легких

    ,

    Emerg Med

    ,

    1997

    (стр.

    127

    36

    ) 61.

    Биология и иммунология стронгилоидоза человека

    ,

    J Infect Dis

    ,

    1986

    , vol.

    153

    (стр.

    397

    406

    ) 62,,,.

    Внутрикожные реакции при стронгилоидозе

    ,

    Int J Parasitol

    ,

    1986

    , vol.

    16

    (стр.

    87

    91

    ) 63,,,.

    Тест непрямой агглютинации с желатиновыми частицами для массового обследования на стронгилоидоз

    ,

    Trans R Soc Trop Med Hyg

    ,

    1991

    , vol.

    85

    (стр.

    515

    8

    ) 64,,,,,.

    Проспективная оценка методов иммуноферментного анализа и иммуноблоттинга для диагностики эндемической инфекции Strongyloides stercoralis

    ,

    Am J Trop Med Hyg

    ,

    1994

    , vol.

    51

    (стр.

    175

    9

    ) 65,,.

    Сравнительная чувствительность и специфичность ELISA и IHA для серодиагностики стронгилоидоза с личиночными антигенами

    ,

    Am J Trop Med Hyg

    ,

    1987

    , vol.

    37

    (стр.

    157

    61

    ) 66.

    Прогностическая ценность иммуноферментного анализа (ELISA) для серодиагностики стронгилоидоза

    ,

    Am J Clin Pathol

    ,

    1988

    , vol.

    89

    (стр.

    391

    4

    ) 67,,.

    Серодиагностика стронгилоидоза. Применение и значение

    ,

    Rev Inst Med Trop Sao Paulo

    ,

    1995

    , vol.

    37

    (стр.

    35

    41

    ) 68« и др.

    Иммунодиагностика инфекции Strongyloides stercoralis : метод повышения специфичности непрямого ИФА

    ,

    Trans R Soc Trop Med Hyg

    ,

    1993

    , vol.

    87

    (стр.

    173

    6

    ) 69,,,.

    Сероэпидемиология инфекции Strongyloides среди беженцев из Юго-Восточной Азии в Канаде

    ,

    Am J Epidemiol

    ,

    1990

    , vol.

    132

    (стр.

    257

    64

    ) 70,,.

    Байесовская оценка распространенности заболеваний и параметров диагностических тестов при отсутствии золотого стандарта

    ,

    Am J Epidemiol

    ,

    1995

    , vol.

    141

    (стр.

    263

    72

    ) 71,,,,.

    Паразитоспецифический сывороточный IgG после успешного лечения эндемического стронгилоидоза с помощью ивермектина

    ,

    Trans R Soc Trop Med Hyg

    ,

    1996

    , vol.

    90

    (стр.

    702

    3

    ) 72,,,,.

    Иммунологические модуляции и уклонение от гельминтов в человеческих популяциях

    ,

    Nature

    ,

    1993

    , vol.

    365

    (стр.

    797

    805

    ) 73,,,,.

    Антигены с поверхности и выделения / выделения нитчатой ​​личинки Strongyloides stercoralis

    ,

    Mol Biochem Parasitol

    ,

    1988

    , vol.

    28

    (стр.

    171

    80

    ) 74,,,.

    Иммуноблот-анализ антител при стронгилоидозе человека

    ,

    Trans R Soc Trop Med Hyg

    ,

    1990

    , vol.

    84

    (стр.

    403

    6

    ) 75,,,,,.

    Сывороточная реактивность IgG с белками личинок 41, 31 и 28 кДа Strongyloides stercoralis у лиц с стронгилоидозом

    ,

    J Infect Dis

    ,

    1993

    , vol.

    168

    (стр.

    784

    7

    ) 76,,,,.

    Strongyloides stercoralis : характеристика иммунодиагностических антигенов личинок

    ,

    Exp Parasitol

    ,

    1994

    , vol.

    79

    (стр.

    99

    105

    ) 77,,,.

    Рекомбинантные клоны кДНК для иммунодиагностики стронгилоидоза

    ,

    J Infect Dis

    ,

    1998

    , vol.

    177

    (стр.

    196

    203

    ) 78,,,.

    Strongyloides stercoralis : идентификация антигенов естественных инфекций человека из эндемичных районов США

    ,

    Parasitol Res

    ,

    1997

    , vol.

    83

    (стр.

    655

    8

    ) 79,,.

    Клонирование и экспрессия изоцитратлиазы круглого червя человека Strongyloides stercoralis

    ,

    Parasite

    ,

    2000

    , vol.

    7

    (стр.

    233

    6

    ) 80,,.

    кДНК, кодирующая высокоиммунодоминантный антиген Strongyloides stercoralis : гамма-субъединица изоцитратдегидрогеназы (NAD +)

    ,

    Parasitol Res

    ,

    2000

    , vol.

    86

    (стр.

    279

    83

    ) 81,,,.

    Ивермектин против тиабендазола в лечении стронгилоидоза

    ,

    Infect Med

    ,

    1994

    (стр.

    50

    59

    ) 82,,.

    Диссеминированный стронгилоидоз у ребенка с лимфобластной лимфомой

    ,

    J Pediatr Hematol Oncol

    ,

    1998

    , vol.

    20

    (стр.

    260

    3

    ) 83.

    Лечение ивермектином хронического стойкого кишечного стронгилоидоза

    ,

    Acta Trop

    ,

    1997

    , vol.

    66

    (стр.

    163

    7

    ) 84« и др.

    Сравнительное испытание однократной дозы ивермектина по сравнению с трехдневным приемом альбендазола для лечения Strongyloides stercoralis и других гельминтозов, передающихся через почву, у детей

    ,

    Am J Trop Med Hyg

    ,

    1996

    , vol.

    55

    (стр.

    477

    81

    ) 85,,.

    Стратегии борьбы с кишечными нематодными инфекциями человека

    ,

    Adv Parasitol

    ,

    1999

    , vol.

    42

    (стр.

    277

    341

    ) 86,,,.

    Экономическая эффективность стратегий лечения кишечных паразитов у иммигрантов

    ,

    N Engl J Med

    ,

    1999

    , vol.

    340

    (стр.

    773

    9

    ) 87.

    Лечение кишечных паразитов у иммигрантов

    ,

    N Engl J Med

    ,

    1999

    , vol.

    341

    (стр.

    377

    8

    ) 88,.

    Бактериальные осложнения стронгилоидоза: Streptococcus bovis meningitis

    ,

    South Med J

    ,

    1999

    , vol.

    92

    (стр.

    728

    31

    )

    © 2001 Американское общество инфекционных болезней

    Глобальное распространение и факторы риска

    Показатели распространенности

    S. stercoralis

    Показатели распространенности в мире S.stercoralis оценивались несколько раз. Значения варьируются от трех миллионов до ста миллионов инфицированных лиц [2], [21], [100] — [102]. В 1989 году, после изучения эпидемиологических данных, Джента [2] назвал эти оценки «не более чем вдохновенными предположениями» и поставил под сомнение «практическую ценность» этих цифр. Фактически, знания о национальных и региональных уровнях инфицирования S. stercoralis и рисках в конкретных группах населения приобретают все большее клиническое и эпидемиологическое значение.Инфицированные люди подвергаются риску развития осложненного стронгилоидоза, если клеточно-опосредованный иммунитет оказывается под угрозой. Широко распространенное и растущее использование кортикостероидов для иммуносупрессивной терапии, особенно в эндемичных по S. stercoralis районах, увеличивает риск серьезных осложнений, связанных с этой инфекцией.

    Наши результаты представляют собой обзор глобальной распространенности S. stercoralis , взятый из опубликованных отчетов об инфекциях с 1989 года.Впервые мы сообщаем о показателях распространенности для каждой страны, основываясь на опубликованных показателях инфицирования и принимая во внимание чувствительность используемых диагностических методов. В Африке уровень инфицирования в общинах варьируется от 0,1% в Центральноафриканской Республике до 91,8% в Габоне. В Южной и Центральной Америке распространенность инфекции на Гаити составляет 1,0%, а в Перу — 75,3%. Интересно, что в Юго-Восточной Азии, еще одной высокоэндемичной части мира, несколько стран сообщают о сравнительно небольшом диапазоне показателей инфицирования.В Камбодже уровень инфицирования составляет 17,5%, в Таиланде — 23,7% и в Лаосской Народно-Демократической Республике — 26,2%. Только Вьетнам с распространенностью 0,02% — по данным только одного исследования — выпадает из этой картины.

    В целом информации о степени инфицирования / распространенности паразита мало, а проанализированные нами исследования показывают, что информация о заражении S. stercoralis сильно занижена, особенно в странах Африки к югу от Сахары и Юго-Восточной Азии. Основная причина в том, что почти не проводилось исследований, посвященных S. stercoralis .Поэтому в исследованиях, сообщающих о распространенности S. stercoralis , чаще всего использовались низкочувствительные методы диагностики для S. stercoralis , и анализировались только образцы за один день. Кроме того, отсутствует информация о группах риска и затронутых популяциях, поскольку мало исследований посвящено стронгилоидозу и возможным группам риска.

    S. stercoralis имеет очень низкую распространенность в обществах, где фекальное заражение почвы встречается редко. Следовательно, это очень редкая инфекция в развитых странах и менее распространена в городах, чем в сельских районах стран с ограниченными ресурсами, за исключением районов трущоб в крупных городах.В Европе и Соединенных Штатах инфекция происходит в очагах и преимущественно поражает людей, занимающихся сельскохозяйственной деятельностью, или горняков. В Германии S. stercoralis признано паразитарным профессиональным заболеванием шахтеров [103]. Более того, в развитых странах стронгилоидоз остается проблемой для иммигрантов [33], [104], туристов [51] и военных [53], возвращающихся из дислокации в эндемичных районах. Этот факт имеет значение для медицинских служб в развитых странах и может потребовать систематического обследования после посещения эндемичных стран и до начала иммуносупрессивного лечения.

    В то время как информация о частоте инфицирования S. stercoralis носит разрозненный характер, информация о заболеваемости практически отсутствует. Ни одно из выявленных исследований не предоставило данных о первом или новом инфицировании. Показатели заболеваемости дадут представление о том, как часто и как быстро люди повторно заражаются после успешного лечения. Кроме того, он может установить, как часто впервые инфекции сохраняются в течение более длительного периода. Мы показали, что показатели распространенности у детей часто ниже, чем у взрослых, однако заболеваемость могла бы быть намного выше, если бы на самом деле многие взрослые пациенты заразились инфекцией в детстве.Кроме того, риск заражения у детей может быть другим, чем у взрослых. Для устранения этого пробела в знаниях необходимы лонгитюдные исследования, особенно на уровне сообществ.

    Сравнение показателей инфицирования от госпитализированных пациентов и показателей инфицирования в сообществах в одних и тех же странах часто показывает большие различия. Венесуэла и Замбия являются хорошими примерами, сообщив о 48,4% и 50,6% случаев инфицирования среди госпитализированных лиц, соответственно; тем не менее, в общинах зарегистрированный уровень инфицирования составляет всего 2.3% и 6,6% соответственно. Одна из причин этого несоответствия заключается в использовании методов с низкой чувствительностью в исследованиях на уровне сообществ по сравнению с использованием методов со средней и высокой чувствительностью в больницах. Кроме того, госпитализированные лица с большей вероятностью принадлежат к группе риска или имеют основные факторы риска заражения S. stercoralis . Кроме того, в больницах пациенты отбираются более чем на один день. Еще один фактор — небольшое количество исследований, помогающих рассчитать уровень инфицирования.Для стран, в которых доступно много исследований (в первую очередь, Бразилии и Таиланда), различия между уровнями инфицирования в общинах и в больницах значительно меньше (Бразилия 13,0% против 17,0% и Таиланд 23,7% против 34,7%). Эти результаты означают, что страны, в которых мало исследований на уровне сообществ, в которых сообщается о высоких показателях инфицирования в больницах, скорее всего, будут высоко эндемичными. Примеры могут включать Демократическую Республику Конго и Мадагаскар, в которых не проводились исследования на уровне сообществ, но уровень инфицирования составил 32.7% и 52,2% у госпитализированных, соответственно. Здесь отчаянно необходимы перекрестные исследования на уровне сообществ, в которых применяются высокочувствительные методы диагностики и которые предпочтительно исследуют несколько образцов стула на человека в течение последовательных дней, чтобы определить возможные очаги передачи S. stercoralis и количественно оценить уровни заражения и риски. .

    Благодаря нашему подходу мы можем впервые сообщить об уровне заражения по всей стране. Тем не менее, иногда большая часть исследований проводилась на сравнительно небольшой территории в конкретной стране.Это представляет собой ограничение для нашего анализа, как и страны, проводящие только одно или несколько исследований в конкретном месте, поскольку невозможно сделать общее заявление о распространенности, которое охватывает все части страны. Весьма вероятно, что исследования проводились в районах, где уже подозревалась инфекция S. stercoralis . Это особенно верно для больших стран, которые часто имеют большое разнообразие экологических и экономических условий, разные стандарты санитарии и большие различия между сельской и городской средой.

    Основная проблема, связанная с предоставлением обзора данных о распространенности S. stercoralis во всем мире, заключается в низкой сопоставимости исследований, сообщающих о показателях инфицирования. Большинство исследований, которые мы идентифицировали, были сосредоточены не на S. stercoralis конкретно, а на других ГПГ. Таким образом, S. stercoralis чаще всего описывается как дополнительный результат, а используемые диагностические методы обладают лишь низкой чувствительностью для S. stercoralis . Чаще всего использовались прямые мазки и метод Като-Каца, оба из которых показывают очень низкую чувствительность для диагностики S.stercoralis [5], [6], [23]. Более чувствительные и специфичные для Strongyloides методы, такие как метод Бермана и культивирование на чашках агара Кога, более громоздки и / или требуют больших затрат времени и ресурсов [7]. В нашей модели для оценки распространенности инфекции в масштабах страны мы рассмотрели это ограничение, приняв во внимание чувствительность используемых диагностических методов, представленных в виде диапазона, взятого из литературы.

    Для дальнейшего повышения диагностической чувствительности следует исследовать более одного образца стула у одного и того же человека в течение последовательных дней [105] — [108].Это также верно для лучших методов, таких как культивирование на чашках Бермана или Кога-Агара [109], [110]. Это необходимо из-за нерегулярной схемы выделения личинок S. stercoralis . Особенно при инфекциях низкой интенсивности существует большой риск того, что однодневное обследование вообще пропустит инфекцию. Однако в большинстве исследований исследовали только один образец стула. Следовательно, зарегистрированные уровни инфицирования, скорее всего, занижены.

    Изложенные выше проблемы приводят к очень разнородному набору данных о распространенности.Сегодня во многих странах (включая некоторые из самых густонаселенных) с экологически и социально-экономическими условиями, благоприятными для передачи S. stercoralis , данные о распространенности полностью отсутствуют. Больше данных требуется почти для всех стран и для различных социально-экономических / культурных условий. Дальнейшие крупномасштабные опросы населения в целом и использование высокочувствительных методов в течение трех дней подряд помогут сократить этот разрыв.

    Наконец, столь же всеобъемлющий, как и сборник информации о глобальном S.stercoralis , важная информация могла быть упущена из-за языковых ограничений и выбора баз данных для поиска.

    Группы риска заражения S. stercoralis

    В литературе сообщается о нескольких возможных факторах риска заражения S. stercoralis . Однако исследования, посвященные именно группам риска, очень редки. Мы провели метаанализ исследований случай-контроль, которые предоставили информацию о группах риска и контрольных группах.Большинство исследований было связано с инфекцией ВИЧ / СПИДа. Наш анализ показал, что риск заражения S. stercoralis для пациентов с ВИЧ / СПИДом был вдвое выше, чем риск для людей без ВИЧ / СПИДа (OR: 2,17, 95% BCI: 1,18–4,01). В большинстве исследований использовались одни и те же методы диагностики для случаев и контроля, однако в исследовании Feitosa и его коллег [59] использовались дополнительные высокочувствительные методы в группе ВИЧ-инфицированных. Еще одним значительным повышенным риском заражения S. stercoralis был алкоголизм (OR: 6.69, 95% BCI: 1,47–33,8). Установленные факторы риска HTLV-1-инфекции и диареи показали повышенный риск, но без статистической значимости (OR: 2,48, 95% BCI: 0,70–9,03 и OR: 1,82, 95% BCI: 0,19–12,2, соответственно. ).

    Случаи, при которых стронгилоидоз может вызвать серьезные осложнения у ВИЧ-инфицированных, редки. Как указали Кейзер и Натман [11], на сегодняшний день в литературе зарегистрировано менее 30 случаев гиперинфекции у ВИЧ-инфицированных.Основная причина этого — модуляция иммунной системы ВИЧ. Увеличение цитокинов Th3 и снижение цитокинов Th2 [111] — [113] приводит к паттерну, который может благоприятствовать бактериальным и вирусным оппортунистическим инфекциям, а не глистным инфекциям [9]. Кроме того, было высказано предположение, что непрямое развитие личинок стимулируется у пациентов с ослабленным иммунитетом из-за прогрессирования СПИДа, и, следовательно, возможность увеличения аутоинфекции снижается [114].

    Все исследования случай-контроль, включенные в метаанализ для HTLV-1 [75] — [78], показали повышенный риск для S.stercoralis у лиц с инфекцией HTLV-1. Однако результат метаанализа не показал статистически значимого увеличения риска у людей, инфицированных HTLV-1. Поскольку в метаанализ можно было включить только четыре исследования, что является возможным ограничением, потребуются дальнейшие исследования случай-контроль, чтобы прийти к единому выводу.

    Алкогольная зависимость — еще один потенциальный фактор риска заражения S. stercoralis . Об этом свидетельствуют исследования, проведенные в Бразилии [82], [83], [115].Утверждается, что регулярное употребление этанола модулирует иммунный ответ, облегчая выживание и размножение личинок в двенадцатиперстной кишке. Следовательно, личинки чаще встречаются в стуле больных алкоголизмом, но не всегда наблюдается повышенный уровень инфицирования.

    Для пациентов со злокачественными новообразованиями и / или иммунодефицитными состояниями исследований методом случай-контроль также мало. Де Паула и его коллеги [94] показали более высокую распространенность S. stercoralis у детей с ослабленным иммунитетом по сравнению с иммунокомпетентными детьми, хотя эти различия можно было выявить только с помощью серологических методов диагностики.Используя копрологические методы, не было обнаружено различий в распространенности между двумя группами. Это может быть связано с тем, что серологические методы диагностики перекрестно реагируют с другими гельминтозными инфекциями или из-за более высокой чувствительности. Три других исследования «случай-контроль» показали более высокую распространенность у пациентов со злокачественными заболеваниями или получающих иммуносупрессивное лечение [91] — [93].

    Возрастные данные свидетельствуют о том, что дети, как правило, не подвержены более высокому риску заражения S. stercoralis .Однако поведенческие факторы могут увеличить риск заражения, и многие инфицированные взрослые могли заразиться инфекцией в детстве и перенести ее через аутоинфекцию. Уровень инфицирования детей ниже или равный таковому у взрослых свидетельствует о том, что из-за устойчивости S. stercoralis инфекции накапливаются с течением времени. Необходимы лонгитюдные исследования, чтобы лучше понять заболеваемость и возможное накопление, наблюдая за одними и теми же людьми в течение более длительных периодов времени.

    Выявлению факторов риска или возможных факторов риска заражения S. stercoralis мешает небольшое количество исследований S. stercoralis в целом. Таким образом, для большинства факторов риска существует лишь несколько исследований случай-контроль, что затрудняет представление четких утверждений. Однако эти исследования могут указывать на тенденции и открывать путь для дальнейших и более подробных исследований.

    .

    Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *